Под тенью твоих чувств - Нетта Хайд

Я смотрю на него, совершенно не понимая, зачем он здесь и что ему от меня нужно.

– Я Мэддокс, брат Тео, – произносит он, чуть наклонив голову. – Ты меня не помнишь?

– Не помню, – отвечаю правду, продолжая стоять неподвижно.

– Что ж, давай познакомимся еще раз, – говорит он мягко, протягивая мне ладонь. – Меня зовут Мэддокс, я брат Тео.

– Скай, я…

А кто я?

– Я – никто для Тео, – отвечаю на рукопожатие.

– Сделаю вид, что это на самом деле так, – Мэддокс скептически усмехается. – Тяжело работать с этим психопатом?

Ага, сейчас я тебе расскажу правду, а потом Тео заставит меня взобраться на Эверест за какой-то вещицей из-за того, что я обсуждаю его подход к работе с его братом. Ну уж нет.

– Нет, что ты, – судорожно улыбаюсь, – он потрясающий человек. Совершенно не напрягает меня. Относится как к божеству: постоянно хвалит, делает комплименты, балует подарками и словесно отлюбливает.

– Скай, – выдыхает он, качая головой.

Я ловлю в его тоне не то чтобы осуждение, скорее – удивление, будто он ожидал другого ответа.

Слова о том, что Тео «потрясающий», звучат слишком ярко, чтобы быть искренними?

– А что ты тут делаешь? – спрашиваю я, пытаясь вернуть контроль над ситуацией.

– Приехал сюда на неделю, пока моя жена отдыхает.

– Я имела в виду не это. Что ты делаешь вот здесь – в этом убогом кабинете?

– Искал Тео, – отвечает он, проводя ладонью по спине спящего ребенка.

– А-а-а, ну его здесь нет, – произношу я, осматриваясь по сторонам. – Он торчит в студии звукозаписи. Поэтому тебе лучше пойти туда.

– Покажешь, куда идти?

– Ты разве там не был? – уточняю я.

– Нет, еще не был.

Какая-то странность… Но ладно.

Я показываю ему, где находится студия, и когда открываю дверь, раздается голос Тео, который режет пространство:

– Где мой племянник, черт возьми?!

Мэддокс вздыхает, бросая на него строгий взгляд, смешанный с упреком:

– Тео, если ты сейчас разбудишь Дилана, я заставлю тебя укладывать его спать всю предстоящую неделю.

– Напугал, – хмыкает Тео. – Дил, я тебя не видел больше двух месяцев, а ты вздумал спать? Иди к своему крестному папочке.

Крестный? Тео – крестный отец этого маленького мальчика? Нормально ли то, что я ощущаю себя сейчас утонувшей лужей в луже?

– Тео…

– Что? – спрашивает Тео, забирая внезапно проснувшегося ребенка у Мэддокса. – Я соскучился.

– Я тебя предупредил. Всю предстоящую неделю: сон Дилана на тебе.

– Ты не расстроишь меня этим, – Тео полностью игнорирует Мэддокса, посвящая все внимание ребенку.

Стоп! Я же не могла провалиться дважды в параллельную реальность? Ведь буквально минут десять назад я была здесь, и Тео уже держал этого ребенка. Когда его успели переодеть?

Мне срочно нужен выходной…

– Дил, ты скучал по своему крестному? Я скучал невыносимо.

И почему в этот момент мое сердце превращается в мед и стекает в пятки? От этой сцены меня даже немного тошнит: я понимаю, что никогда не испытаю такого. Я проебала эту возможность с его лучшим другом…

Во мне появляется странное ощущение, будто этот спектакль разыгрывается специально для меня. Я не хочу смотреть. Здесь невозможно дышать из‑за множества людей – и, как будто этого мало, в комнату входит девушка с длинными белыми волосами, чересчур красивая и стройная, с малышом в руках – таким же, как у Тео. А следом входит высокий, темноволосый мужчина, в его руках, к моему удивлению, детей нет.

Слишком большая нагрузка на мой мозг, которую я не выдерживаю. Я сейчас расплавлюсь от скопления этой нежности и человеческих взаимоотношений.

МНЕ ТОЧНО НУЖЕН ВЫХОДНОЙ!

– Мэд, – говорит девушка, подходя к Мэддоксу. – Подгузник поменяла, едой накормила. Возьмешь Эрику?

– Конечно, – отвечает он, потянувшись к девочке, – моим рукам не хватает нагрузки.

Что-то мне подсказывает, что сейчас самое время мне свалить отсюда.

Стараясь быть максимально незаметной, я отворачиваюсь и делаю всего пару шагов, прежде чем меня останавливает голос Мэддокса:

– Скай, это Хантер и Тея. Наш брат и его жена.

– Я думаю, что ей плевать на всех, кто здесь находится, – говорит Тео, бросая на меня презрительный взгляд.

– Правильно думаешь, – фыркаю я, собираясь отвернуться.

– Где мой кофе и игрушки? – спрашивает он меня.

– Вот как раз за ними и иду, – говорю я, наигранно улыбнувшись.

– Скай, оставайся, я думаю Тея будет рада твоей компании, – произносит Мэддокс, удивляя меня своими словами.

– Мэддокс Каттанео, если ты вдруг забыл, у меня есть язык и я прекрасно умею им пользоваться, – встревает девушка,

– О-о-о, из нас троих твои языковые умения очень хорошо известны только Хантеру, – говорит Тео, усмехаясь.

– Скажи спасибо Дилану, иначе бы я пригласила тебя уединиться и поколотила бы твое красивое лицо своими кулаками, Теодор.

– Тея, – встревает парень, которого, судя по всему, зовут Хантер.

– Что?

– Ничего, – вздыхает он, опускаясь на диван.

– Ладно, мальчики, вам нужно пару часов отдыха от женского внимания. Эрика не считается, – она целует своего мужа и машет всем ладонью: – Пока-пока.

– Тея, – в один голос произносят все трое, но Тея игнорирует их.

Я смотрю на происходящее, не понимая, в какое сумасшествие я попала… Качаю головой и снова предпринимаю попытку уйти.

– Далеко собралась? – слышу голос Теи, но не останавливаюсь.

– Далеко, – шиплю я, хотя понимаю, что делать это вообще не обязательно. – Ты же слышала: кофе и игрушки.

Девушка следует за мной, а я считаю минуты до конца рабочего дня, когда смогу пойти на диализ и понять, что моя реальность совсем далека от той, которую я только что увидела. Надо вернуть себя обратно. В исходное состояние, где у меня не будет болеть там, где не должно.

– Скай, значит, – говорит она, игнорируя мое агрессивное настроение. – Рассказывай, ты всегда колючая или что-то произошло, и теперь ты ненавидишь весь этот мир?

– Не люблю людей с фамилией Каттанео, – отвечаю я, продолжая идти в свой кабинет.

– Оу, так у нас с тобой много общего. Я тоже ненавижу эту фамилию.

– Но ты ведь жена… – резко останавливаюсь и поворачиваюсь к ней.

– Это долгая история, и я как-нибудь тебе расскажу, если ты захочешь, – говорит она, улыбаясь. Ее взгляд медленно проходится по моей фигуре и останавливается на лице с легким прищуром. – Можешь считать меня идиоткой, но я помню, как ты перелезала через ограждение, чтобы залезть в дом Каттанео.

Я закрываю глаза и рассуждаю на тему «Почему я веду себя, как сука, даже тогда, когда могу этого не делать?»

Так получилось, что с момента моего появления в этих стенах, я, не прекращая, находилась в напряжении