Под тенью твоих чувств - Нетта Хайд

Но вышло так, что я веду себя, как отбитая, и при этом мое поведение не отталкивает окружающих, а наоборот – привлекает. А должно быть иначе. И чем больше интереса к моей персоне, тем острее мои словесные и поведенческие шипы будут вонзаться в их уши и души.

Я делаю глубокий вдох, выравнивая таким образом пульсацию в своих венах, а потом поворачиваюсь к девушке и произношу:

– Хочу сказать, что у тебя очень хорошая память.

– Не хочешь кофе? – предлагает она, кивая в сторону выхода.

– Не думаю, что это хорошая идея.

– Из-за Тео?

– Из-за того, что в мои планы не входило набиваться в подружки к родственнице моего начальника, – отвечаю я, не удержав себя надолго в состоянии покоя. – Поэтому не надейся, что после того, как ты сказала, что помнишь о моем незаконном проникновении в дом Каттанео, я рискну посвятить тебя в тайны, связанные с КРЧУБ.

– КРЧУБ? – уточняет она, явно не понимая значения простейшей аббревиатуры.

– Какого размера член у бывшего.

Она начинает смеяться, а потом показательно аплодирует и продолжает:

– А после этой фразы ты должна стать моей подругой, – говорит она, осторожно подхватывая меня за локоть и направляясь к выходу. – Потом повозмущаешься. Мы идем пить кофе и обсуждать эти забавные тайны.

– Выбрала еще что-то? – спрашивает она, и я убираю от лица ламинированную бумагу и смотрю на нее.

– Нет, я буду только чай.

Когда к нам подходит официант, Тея озвучивает наш заказ, и он уходит, оставляя нас одних. Я предполагаю, что сейчас будет затяжная и неловкая пауза, где мы будем очень долго молчать, открывать рот для того, чтобы что-то произнести, но не сможем, потому что мы очень сильно отличаемся друг от друга. Я – неадекватная стерва, а она – жена брата моего бывшего.

– Как тебе работается с Тео? – спрашивает она, и это мог бы быть нейтральный разговор, если бы меня не трогала любая тема, связанная с ним. – Он ведет себя как конченный придурок или просто как придурок?

– Вообще, мне не очень хотелось бы о нем говорить, но…

– Тогда не будем, – она пожимает плечами. – Расскажи немного о себе.

– …но лучше поговорим о Тео, – выдыхаю я, не желая рассказывать о себе ничего девушке, с которой мы видимся в первый и в последний раз.

– Вы уже спали? – интересуется Тея, опираясь локтями о стол и опуская на него подбородок. Этим вопросом она слегка качает мою эмоциональную нестабильность.

– Ты всегда такая…

– Отбитая на голову? С изюминкой? Странная?

– Прямолинейная.

– Я? – Она отдергивает руку от стола, пальцем тычет в свое декольте. – Да, говорю то, что вижу. Вот, например, когда смотрела на вас и видела ваши взгляды друг на друга – вы миллион раз снимали друг с друга одежду, любились глазами и ставили в разные положения.

– Это неправда, – приглушенно говорю я, принимая из рук официанта кружку и делая едва заметный глоток.

– Пусть будет так. Но не стоит подавать правду в удобных порциях лжи, – грустно улыбается она, погружая ложку в заказанное мятное мороженое. – Правда режет, но лучше порезаться однажды, чем годами страдать от плохо скрываемых компромиссов, ты так не считаешь?

– О чем ты? – хмурюсь я, недоуменно уставившись на нее.

– Подробности расскажу позже, – отвечает она и, указав в меня десертной ложкой, продолжает: – Кстати, не хочешь скрасить завтрашний вечер в моей компании в клубе? Обещаю интересные разговоры, вкусные напитки, танцы и отдых от человека, чья фамилия тебя раздражает.

– Звучит заманчиво, но я не планирую с тобой сближаться, – говорю я прямо.

– Боишься, что жить без меня не сможешь после этой ночи? – интересуется она, и я замечаю искорки в ее глазах.

– Боюсь, что ты захочешь от меня больше, чем я смогу тебе дать.

– У меня есть муж, который в крупных масштабах дает мне все, что я хочу, – отвечает она, восторженно закатывая глаза. – У тебя, кстати, тоже есть кое-кто – тот, кого ты так сильно ненавидишь. И это, между прочим, отличный способ побесить его.

– Еще и по этой причине… – начинаю я, а потом на минуту задумываюсь: а почему нет?

Я не помню, когда в последний раз где-то была. Вся моя рутина: работа, диализный центр и дом. Меня ведь никто не заставляет после одной встречи жить с этой странной семейкой. И почему я не могу согласиться? Особенно, если есть вероятность, что его может это разозлить.

– Я надеюсь, после долгой паузы последует положительный ответ? – уточняет Тея, наклонившись ко мне и слегка прищурившись. – Отрицательные не принимаются.

– Куда поедем? – интересуюсь я, выстреливая в нее уверенным взглядом.

– Если бы я могла сказать это… а-а-а, к черту! Моя девочка, – Тея поднимает руку вверх, выставляя ладонь ко мне, и я отбиваю ее своей. – Диктуй свой адрес, я заеду за тобой.

Я выбрала для этой женской тусовки короткое черное платье, которое одолжила у Минт. Открытый вырез, обнажающий чуть больше душевной части, где обычно скрытое становится видимым. На ноги – черные чулки, которые приглушают каждую неровность, скрывают те места, которые я предпочитаю не показывать. И туфли на среднем каблуке – те самые, что я купила для собеседования.

Получив сообщение от Теи, я выхожу из квартиры и замираю. Передо мной – ярко‑красный спорткар. У дверцы, опершись бедром, стоит девушка, от которой невозможно отвести взгляд. Вчера она была в шортах и футболке – и тогда уже притягивала внимание. Но сегодня… сегодня на ней надето предельно короткое темно-синее платье, которое кричит о ее «прямолинейности», а ее длинные волосы аккуратно уложены за спиной.

– Если ты будешь на меня так смотреть, Скай, я захочу развестись со своим мужем, – шутит Тея, закусывая нижнюю губу. – Выглядишь охренительно красиво. Есть планы на ночь? Ну, я имею в виду, не входит ли в твои планы намерение переспать с кем-то менее выводящим тебя из себя?

– Ты сейчас на себя намекаешь? – интересуюсь я, оценивающе скользя по ее фигуре и останавливаясь на ее карих глазах.

– Засчитываю, – усмехается она, открывая дверь и усаживаясь на водительское сиденье. – Садись.

Я обхожу машину, сажусь на сиденье и пристегиваю ремень безопасности.

– Тео еще не звонил? – спрашивает Тея, запуская двигатель.

– А должен? – нахмурившись, уточняю я. – Я не отчитываюсь перед ним, куда иду.

– Не должен, –