Сердце в оковах - Кэтрин Болфинч

Наши пальцы сплелись в замок, Адам по-мальчишески легко улыбнулся.

– Ура, она согласна! – и притянул меня к себе, закрыв в объятиях от всего мира.

Наверное, в этот момент я поняла, что счастье – это не взрыв эмоций, а тихое, спокойное принятие, когда есть желание провести с человеком остаток своей жизни.

Мы просидели на берегу еще около десяти минут, хотя по большей части не могли оторваться друг от друга и целовались как одержимые. Слишком много чувств мешалось под ребрами, они давили изнутри, переливаясь через край, как если бы я стала бокалом, в который непрерывно наливали вино.

Адам поднялся, подал мне руку, а затем собрал немногочисленные вещи для небольшого пикника, и вскоре мы вышли на тропинку, ведущую к дому. Валерио и Ирма стояли около крыльца, о чем-то шептались, и оба не сговариваясь повернулись в нашу сторону. От их вида стало тепло. Почему-то они, совершенно незнакомые мне люди, стали близкими. Ирма окутывала еле уловимым ощущением уюта, а Валерио выглядел как брат, которого я лишилась много лет назад. Может быть, перерождение все же существовало.

– Мы вас потеряли! – воскликнула Ирма.

– А чего вы такие красные? – Валерио прищурился и театрально удивился. – Вы что, осквернили лес?!

– Ну, не твою кровать, так что помолчи, – отозвался Адам, повернулся к Ирме. – Простите мне мою бестактность.

– Твоей бестактности поучиться бы моему внуку, – буркнула женщина под наш общий смех. Да, у меня впервые за долгие годы возникло ощущение дома. В какой-то маленькой деревушке, почти на самом краю карты, около небольшого домика, который мы арендовали с моим уже женихом.

Пожалуй, этот день рождения стал лучшим за много лет. Как синоним новой жизни.

Глава 29. Адам

Мачете – Нежность

Мы планировали задержаться здесь на пару недель, а задержались на целый месяц. Он пролетел стремительно и легко, оглушив напоследок. Вся прошлая жизнь стала казаться сном, который однажды заставил проснуться в холодном поту.

Я много раз представлял этот день в своих мыслях, но никогда не думал, что он будет именно таким. Ирма нашла белое платье, которое выглядело так, будто его отобрали у хиппи, я надел единственный сохранившийся костюм, Валерио сменил халат на приличные брюки и рубашку в клетку и теперь выглядел, как дровосек из канадской глубинки, Ирма надела лучшее платье из своего гардероба, жемчужное ожерелье и прицепила на трость маленькую бутоньерку. Это все гости, которые собрались на нашу скромную свадьбу с Марго.

После прогулки в лесу мы решили перестать откладывать жизнь на потом. Мы мечтали об этом пять лет назад, потом все потеряли, так и не приступив к исполнению желания, а сейчас… сейчас момент показался самым подходящим. Он был идеальным в своей неидеальности. Оказывается, вот о чем писали в книгах – людям нечего терять, кроме любви и жизни. И не нужны никакие горы золота, дома с охраной и «роллс-ройсы». И я и Марго с лихвой попробовали богатую жизнь и теперь наслаждались тем, что просто просыпались по утрам вместе.

Я стоял около священника, сложив руки перед собой, и ждал появления Марго. В церквушке царила тишина, прерываемая только тяжелыми вздохами Ирмы, в затхлом воздухе, пропахшем ладаном, кружили пылинки, а редкие солнечные лучи игрались разноцветными из-за витражей зайчиками на стенах с росписью.

Я нервничал. Пожалуй, даже больше, чем тогда, когда Вито появился на пороге квартирки в Риме. Да если бы он возник сейчас в виде призрака, это не задело бы меня так, как трогало ожидание Марго.

Скрипнула массивная дверь, внимание немногочисленных гостей устремилось к вошедшей девушке. Марго растерянно оглядела пространство, а когда наткнулась на меня, широко улыбнулась и направилась по проходу, не сводя с меня глаз. И я смотрел в ответ, словно она приворожила меня с помощью какой-нибудь черной магии. Платье оказалось немного велико, тонкая лямочка так и норовила соскользнуть с плеча, а оборки разлетались в такт шагам. Шоколадные волосы удалось завить в легкие кудри, а передние пряди заколоть на затылке. На ее лице не оказалось ни грамма макияжа, но Марго выглядела прекрасной.

Честно, этот день не сравнился бы с картинкой из головы. Реальность была в сотню, нет, в миллион раз лучше.

Марго остановилась около Ирмы, отдала ей маленький букет из белых роз и, наконец, встала напротив меня, вложив холодные ладони в мои.

Если я умер, то точно попал в рай.

– Властью, данной мне Богом и этой страной, я соединяю две души, что решили объединить свои сердца и стать единым целым. Брак – священный нерушимый союз, который любящие проносят через всю жизнь, они хранят верность, принимают друг друга и учатся быть счастливыми друг с другом, – громогласно проговорил священник.

Я не мог оторвать от Марго взгляда, хотелось рассматривать тихое счастье, расплывающееся океаном в глазах, легкой улыбкой на губах, из-за которой появлялись едва заметные ямочки.

Рядом с ней мне не нужно учиться быть счастливым. Я становился счастливым по умолчанию.

Слышал бы это Лукас. Он отправил бы меня в кабинет к психотерапевту с такими речами. Жаль, что его здесь нет. Я скучал по брату, никогда бы не подумал, что на моей свадьбе его не будет. Лукас даже не ответил на мое сообщение. Прошел месяц, он так и не дал о себе знать. Наверное, это к лучшему, по крайней мере все останутся в живых.

– Повторяйте за мной: я даю обет перед Богом, отдаю ему во власть свою душу и сердце и прошу благословения. Я обещаю быть опорой, поддержкой и защитой, обещаю быть рядом, делить и горе, и радость, обещаю относиться с трепетом и любовью. – Я не особо верил в Бога, но исправно повторял каждое слово за священником, наблюдая за тем, как Марго произносила то же самое. – Кольца, пожалуйста. – Святой отец махнул рукой, Валерио зашевелился, поднося небольшую красную коробочку с двумя кольцами.

Мы купили самые простые, которые только смогли найти в соседнем городе. Это был первый раз за полтора месяца, когда мы выбрались из деревни.

Я подхватил золотую полоску, ладонь Марго слегка подрагивала, когда я надевал на тонкий пальчик кольцо. Момент, когда она проделывала те же действия, казался вечностью. Мне не терпелось ее поцеловать.

Отец всегда учил нас с братьями, что брак священен, неважно, кто твоя жена или муж, но