Сердце в оковах - Кэтрин Болфинч

Я подцепил тонкие бретельки, нарочито медленно спустил их с плеч. Платье, огладив тело, упало прямо под ноги, оставляя Марго полностью обнаженной. Я обвел тонкую фигурку взглядом, зацепился за грудь, которая поднималась в такт частому дыханию, соски затвердели, а мне оставалось только гадать – из-за возбуждения или прохлады, царившей на первом этаже. Впрочем, плевать.

Расстояние между нами казалось пропастью, и я шагнул в нее, но не полетел вниз. Марго выдохнула, до меня донесся слабый аромат спелых персиков.

– Сделай себе хорошо, – прошептал я. Марго хлопнула ресницами, облизнула губы и все же скользнула рукой по груди, на секунду сжала сосок и повела ниже, со стоном касаясь нежной кожи.

Возбуждение буквально распирало изнутри, хотело выбраться и окунуть нас обоих в крышесносный оргазм, но я только сжал член сквозь брюки, пытаясь уменьшить напряжение, потому что ласкающая себя Марго – самая идеальная картина, которую я только мог видеть.

Девушка осмелела, другой рукой сжала грудь и посмотрела прямо на меня, ее глаза едва заметно закатывались от ощущений, пушистые ресницы подрагивали.

Черт возьми.

Больше не находилось сил сдерживаться, и я впился в искусанные губы поцелуем. Марго охнула и подалась навстречу, расстегивая пуговицу и молнию на брюках.

– Теперь ты сделай мне хорошо, – тихо проговорила Марго, пытаясь снять с меня рубашку трясущимися руками.

Мне не нужно было повторять дважды. Уголок губ приподнялся в усмешке, пальцы сжались на запястьях девушки, а в следующий момент она уже лежала грудью на столе, и мне открывался шикарный вид.

От возбуждения каждая клеточка тела казалась оголенным нервом, хотелось прижаться к теплой коже, ощутить ее собой, а затем заполнить полностью, вырывая из горла стоны, что доводили до грани.

Я спустил одежду, но не толкнулся внутрь, дразняще коснулся влажных складок членом и наклонился к девушке, запутывая пальцы в шоколадных волосах.

– Знаешь, мне сносит крышу от того, как ты ласкаешь себя. – Язык прошелся по тонкой шее, зубы легко сомкнулись на мочке уха, я потянул волосы на себя, открывая шею еще больше. – Коснись себя еще раз. – Марго выдохнула и исполнила просьбу. Я точно гребаный извращенец, но напряжение, перемешанное с вожделением на ее лице, доставляло такое удовольствие, что я был готов умолять о том, чтобы эта пытка длилась всю жизнь.

Марго ускорилась, опустив веки и втягивая воздух сквозь зубы, я резко вошел, отпустив волосы и сжав тонкую талию. В этот момент мы превратились в эгоистов, которым было необходимо почувствовать собственное наслаждение, испить его, словно бокал дорогого вина. И когда с пухлых губ девушки стали срываться неконтролируемые стоны, мои движения стали развязнее, быстрее, по комнате разносились шлепки тел друг о друга, а по красивой спине Марго стекали крупные бисеринки пота.

Она подалась назад, прогнулась в пояснице, цепляясь пальцами за край стола с такой силой, что костяшки побелели. Удовольствием пропиталось все вокруг, казалось, воздух наэлектризовался – стоит только прикоснуться, и прошибет молнией наслаждения. Так и случилось. Я стал резче, Марго привстала на носочки, и через несколько секунд ее тело задрожало, ноги подкосились, а дыхание на миг остановилось. В глазах потемнело, и я кончил следом, оставляя на бедре белые капли.

Марго устало опустила голову прямо на стол, я оперся на столешницу около нее, пытаясь отдышаться.

– Черт, ноги дрожат, – хрипло проговорила девушка, я усмехнулся, хотя все внутри меня кричало от усталости. Влажный поцелуй прилетел на оголенное плечо, я помог Марго подняться, и мы вместе рухнули на диван в гостиной. В этот момент я не думал ни о чем, кроме собственного счастья.

Зря.

Совсем скоро оно разрушилось.

Глава 30. Лола

Лукас задерживался уже на два часа. Он всегда приходил до полуночи, словно у него существовал какой-то свой комендантский час. Но если не успевал, то всегда звонил или хотя бы отправлял сообщение, потому что знал, что я не усну без него. В этот раз телефон молчал, и я с трудом усмиряла страх.

Я глянула на время. Часы показывали половину третьего ночи. Постель казалась до жути холодной и неуютной. Я бы легко потерялась в простынях, спрятавшись от мира, но сидела на самом краю со стаканом воды в руках.

Тревога клокотала где-то под ребрами и все никак не хотела утихать. Вдруг что-то случилось? Вдруг побег Адама все же толкнул итальянцев на войну с Лукасом?

Черт возьми. И зачем он это сделал? Почему не вернулся домой?

Убийство главы клана. За такое не прощают. После такого только один исход – казнь, перед которой демоны выбираются из ада, чтобы причинить боль. И одно дело, когда казнят солдата, совсем другое, когда это грозит близкому человеку.

И зачем он только это сделал? Отдал бы девушку в руки клана и бежал. Хотя… Лукас бы сделал то же самое ради меня. Я лишь надеялась на то, что подружка Адама этого стоила.

После того как Лукас, рискуя всем, предупредил его о Скальфаро, прошло два месяца. Два месяца с тех пор, как Вито Скальфаро мертв. Два месяца с тех пор, как Адам сбежал и оборвал с братом связь.

Все это время я жила в страхе, что снова потеряю Лукаса. Теперь, конечно, его позиции были сильнее, но в такие вечера, как сегодня, я боялась, что больше он не войдет в дверь, не крикнет «я дома», а мне больше не к кому будет сбегать по лестнице и падать в объятия, пока никто не видит этих нежностей.

Входная дверь хлопнула, тревога вмиг исчезла, и я подскочила с кровати, оставляя пустой стакан на тумбочке. Я добралась до лестницы, но остановилась на самом верху.

Лукас пришел домой. Не один. Один ублюдок держал пистолет у его головы, а второй ударил под коленями, заставив рухнуть вниз. Злость мелькнула на лице Лукаса, но он промолчал.

– Иди сюда, красотка, – пробасил незнакомец, дуло застыло у виска Лукаса. Я застыла от ужаса, прижав ладони к груди.

Все мои страхи сбывались.

– Иди в спальню, – без тени сомнений проговорил Лукас. Я не сдвинулась с места. Могла только думать о том, как отмываю его мозги с пола после визита этого ублюдка. А возможно, кому-то придется отмывать и мои мозги.

– Спускайся вниз, дура, иначе я выстрелю и спасать тебя будет некому. – Ублюдок спустил предохранитель. Я шагнула на ступеньку вниз.

Звери