Белый лебедь - Линда Френсис Ли

И в это мгновение ее осенило.

Она не может жить без него — несмотря на то что сходила по нему с ума с тех пор, как увидела его с другой женщиной. А она действительно сходила по нему с ума, поняла она с головокружительной ясностью. Сходила с ума, злилась и мучилась, что его нет рядом с ней, когда он ей так нужен.

И вдруг она поняла, что ей нужно для счастья, — то самое, с чем она так упорно боролась. Ей нужен он.

Она надеялась, что еще не поздно — не слишком поздно показать ему, что она хочет смеяться вместе с ним, быть с ним, любить его.

Тут-то она и поняла — и у нее перехватило дыхание, — что все еще любит Грейсона Хоторна и что он нужен ей не только на сегодняшнюю ночь.

Как же это возможно? Как может она влюбиться в того, кто наверняка потребует от нее полной покорности?

Но надежда рая, возникнув, расцвела в ее сердце пышным цветом.

И тут Грейсон опять ее удивил!

Он доказал, что не требует от нее покорности — его ласки сделали то, что не могли сделать его слова, — она сама покорилась ему.

Ей захотелось закричать от радости. Потому что в конце концов она поняла, что выйдет замуж за этого человека.

Софи прижималась к Грейсону, забыв о том, где она находится. Тело ее ожило от любви к этому мужчине и от тех ощущений, которые он в ней пробудил.

В коридоре послышались голоса, Софи замерла;

— Я совершенно уверена, что это она! С Грейсоном Хоторном, — услышала она знакомый голос. Грейсон напрягся.

— Я могу поверить, что это Грейсон: его брат — владелец этого заведения, — но Софи Уэнтуорт? — с сомнением отозвался мужской голос.

— Не глупите. Это была она, и они пошли сюда. Я обязательно найду ее.

Голос, без сомнения, принадлежал Меган Робертсон. Отдаваясь от плиточного пола, он звучал слишком громко.

— Даже если это она, — проговорил мужчина, — какое это имеет значение?

— Для меня — имеет. Она впорхнула в Бостон и ведет себя так, точно он принадлежит ей. Если люди узнают, что она ходила в «Найтингейлз гейт», они не будут так слепо ее обожать.

Грейсон почувствовал, как вздрогнула Софи, Он хотел выйти в коридор и положить конец разговору, но не знал, как это сделать, не обнаружив присутствия Софи.

— Конечно, она покорила Бостон, — задумчиво произнес мужчина. — И судя по той статье, она покорила весь мир.

— И чем же? — возмутилась Меган. — Неужели вы не заметили, что в статье нет ни одного упоминания о том, что она исполняет?

— Хм… теперь, когда я думаю об этом, я не могу не признать, что вы правы.

— Конечно, я права. Дело в там, что я знаю музыкальный мир, и я никогда не читала статьи о каком — либо концерте, в которой не говорилось бы об исполняемых произведениях. А в этой нет ни одного упоминания о том, что играет Софи Уэнтуорт… или не играет. Уверяю вас, это обман. Она всегда была обманщицей. Я хорошо помню, как все говорили о том, что она будет играть соло во время Большого дебюта. Но кого Найлз выбрал вместо нее? Кому он предложил выступить?

Софи сжалась, словно от удара. Ей хотелось выскочить в коридор и защитить себя, но она не могла — или не знала, как это сделать.

— Он предложил мне! — с торжеством закончила Меган.

— Это ведь произошло сразу после смерти матери Софи? Это тогда он предложил вам играть соло? — Меган воскликнула:

— Да. И о чем это говорит?

Мужчина молчал, и Грейсон почувствовал, что Софи крепко прижалась лбом к его груди.

— Подумайте сами, Питер. Вспомните, сколько времени Найлз Прескотт проводил с Женевьевой Уэнтуорт. Все знают, что у них был роман.

— Не может быть! — ахнул изумленный Питер.

— Не будьте наивным. Я не могу поверить, что до вас не дошли эти слухи. И как только она умерла, ему уже ни к чему было делать вид, что из Софи выйдет толк.

— Я не могу этому поверить!

— Придется. А хотите знать, почему Софи сбежала в Европу? Исключительно из-за разочарования. Предполагаемый вундеркинд слетел с пьедестала туда, где ему и место.

Пара остановилась у двери. Грейсон выругался, вспомнив, что в спешке забыл ее запереть.

Софи чувствовала себя приговоренной к казни. Но Грейсон с той же ловкостью, с какой кружился с ней по залу, встал с кровати, поднял Софи и спрятался вместе с ней за толстым бархатным занавесом как раз в тот момент, когда дверная ручка повернулась.

— Я знаю, она где-то здесь, — проговорила Меган, и ее голос больше не заглушали стены.

Застучали каблуки, Меган со своим спутником вошла в комнату, распахнула какой-то шкаф. Шаги приблизились. Грейсон крепко держал Софи, а Меган подошла к окну и посмотрела в ночную тьму.

— Я просто уверена, что видела ее.

Как она близко!

— Ну, здесь ее нет.

— Хм… — задумчиво пробормотала Меган, и Грейсон решил, что они попались.

Но Меган со своим другом удалилась, и голоса их исчезли вдали. Снова наступила тишина, не прерываемая ничем, кроме стука дождя в окна.

Софи долго стояла неподвижно после того, как дверь захлопнулась. Грейсон посмотрел на нее, полагая, что она огорчена. Но тут она заговорила:

— Ну что же, язык у нее подвешен неплохо. — Услышав ее дерзкий тон, Грейсон понял, что она снова воздвигла между ними стену.

— Софи, не нужно так говорить, — попросил он, — я же слышал твою игру, — ласково добавил он. — Я знаю, что ты талантлива.

Она засмеялась, но смех ее звучал напряженно и безжизненно.

— В том-то и дело, Грейсон. Вы никогда не слышали моей игры.

Взгляд у нее был злой, губы дрожали. Внезапно, словно прорвалась какая-то плотина, глаза ее наполнились слезами, и она, громко всхлипнув, рванулась от него, оправила платье и закуталась в плащ.

— Софи, объясни, о чем ты говоришь. — Но она его не слушала. Она распахнула дверь, бросилась к черному ходу и выскочила под холодный колючий дождь.

— Софи! — крикнул он.

Но она не остановилась; подхватив юбки, Софи побежала по аллее без пальто, без шали, защищенная одним только тонким черным плащом и невесомым платьем из прозрачного шелка.