Мужчины "пять звезд" - включены - Габи Хауптманн

Жан был первым, кто смог говорить.

Он припустил за ней, оставив позади всю шайку. Но у Катрин были быстрые нога, и она легко понеслась, прыгая через три ступеньки. Преследователь, сопение которого она слышала у себя за спиной, был, конечно, Жан. На первом этаже она выскочила к стойке администратора и влетела в бар, никак не рассчитывая, что вся компания последует за ней. Перед глазами изумленных посетителей бара предстали четверо полуголых мужиков, только Бруно в пижаме остался стоять у входа. Приятели ринулись за ней, круша на своем пути стулья и столы, пока не окружили шутницу в одном из углов. Дружно, не говоря ни слова, они схватили Катрин и поволокли через бар, мимо администратора, на улицу в снег.

Катрин царапалась, визжала, лупила их налево и направо руками и ногами, а они бросили ее в сугроб и вчетвером стали сдирать с нее одежду, пока не раздели до нижнего белья. Потом вместе с ее шмотками снова убежали в отель. Катрин ринулась следом, промокшая до костей и босая. Она нашла всех своих поклонников в баре, разумеется, в одних трусах.

– И тебе бокальчик? – как ни в чем небывало спросил Матиас.

Катрин отряхнула с себя снег, поправила бюстгальтер, расправила трусики на попе, кивнула и с достоинством уселась на подставленный ей стул.

– Вино или шампанское? – спросил Жан.

– Шампанское! – ответила Катрин.

– Мы же купили четыре бутылки, – заметил Оливер. – Где они?

– Наверное, в камере хранения!

Герхард указал в ту сторону.

– Если Бруно не спер! – вставил Жан.

Все прыснули.

– Как он выглядел!

Матиас, казалось, вот-вот рухнет под стойку от хохота.

Катрин притормозила это падение.

– Вы выглядели не лучше, утешься!

Оливер ухмыльнулся:

– Думаю, за это нас не покарает инквизиция. Роксаны более чем достаточно!

Жан скромно кивнул.

– Давайте выпьем за это!

Он взял меч и отсек от бутылки шампанского часть горлышка.

Просто выставочный павильон, да и только, подумала Катрин, пока наполняли ее стакан. Она внимательно и впервые спокойно рассматривала все представленные образцы.

Несомненно, лучшая фигура была у Жана. Высокий, широкоплечий, с рельефной мускулатурой, и все тело покрыто ровным бронзовым загаром. На вкус Катрин, лишь немного тяжеловесный и слишком много волос на теле. У Матиаса обозначился животик, о котором можно было не вспоминать, когда его скрывала одежда. Оливер же имел фигуру мужчины, который постоянно находится в движении, но специально не тренируется, небольшой возрастной жирок на талии, но плоский живот. Герхард понравился ей больше всех. Может, все дело в том, что он нравился ей больше всех. Но и фигура была неплоха. Крепкий торс, круглые плечи, нормальной величины бицепсы и нормальный, не накачанный, но и не плоский живот. Все же подчеркнутую заботу о мускулатуре она находила довольно же манной. Катрин не хотелось бы просыпаться каждое утро, прижимаясь к твердому, как камень, телу. Ей по душе был больше мужчина чуточку мягче.

Сумасшедшая, сказала она себе, вспомнив, что сама сидит перед ними в нижнем белье. Поднимая бокал, чтобы чокнуться, Катрин заметила, что все четверо смотрят не на шампанское, а гораздо ниже.

– Кхе! – с укором сказала она.

– Жаль, однако, – вздохнул Жан.

– Тебе непременно надо было приглашать других зрителей? – Оливер укоризненно покачал головой. – Нам с тобой совсем не нужны были наблюдатели.

– Это ты зритель! – уперся Матиас. – Она выбрала главным действующим лицом меня!

– Я чего-то не понял? Кого?

Это был Герхард. Все в упор смотрели на Катрин.

– Бруно! – выпалила она.

Оливер запустил в нее горсть льда из ведерка.

– Бруно! – скривился Жан. – То, что он учинил в прошлом году, ни в какие ворота не лезет. Это была откровенно грязная победа. С «ауди-ТТ» в качестве главного приза можно охмурить кого угодно!

– Кого угодно! От кого я это слышу! – Катрин поморщилась. – Я вообще не должна сидеть с вами за одним столом! То, что вы говорите о женщинах, не выдержит никто!

– Так он окрутил ее или нет? Он поимел ее, она поимела машину, и дело было сделано! Против всяких правил!

– Против всяких правил! – Катрин фыркнула Матиасу в лицо. – Вы же все были заодно или нет? И что это за игра? Кошки-мышки? Охота на зайца с громким улюлюканьем или что?

– Нуда, – согласился Жан. – По-честному следует признать, что на этот раз заяц сам перестрелял всех охотников…

– Мне не очень нравится такая формулировка, – попытался обороняться Матиас.

– А почему все должны быть исключительно в этих дурацких боксерских трусах? – спросил Оливер. – Мне пришлось специально одолжить пару у Элко!

– Оно и заметно, – огрызнулась Катрин.

Желто-зеленый материал его трусов имел вид сильно застиранный.

– Тогда ты знаешь как минимум что подарить своему другу на следующий день рождения!

– Ну так почему все-таки?

Герхард вернулся к вопросу Оливера, на который Катрин так и не ответила.

– Я уже сказала. Там, на лестнице. Потому что мужчины в боксерских трусах выглядят особенно нелепо. И одно из доказательств я вам продемонстрировала!

Когда Катрин соскользнула со своего стула и сгребла в руки одежду, уже минуло пять часов.

– Ты не можешь теперь уйти одна, – остановил ее Матиас. – Одного из нас ты должна выбрать!

Катрин не смогла удержаться от смеха.

– Ты не находишь, что в вашем мире все перевернулось с ног на голову? Вы словно типичные представители Марианнештрассе!

– Марианнештрассе? – озадаченно переспросил Оливер.

– Ну да, Гербертштрассе для женщин! Улица красных фонарей!

– А что, есть такая улица?

В голосе Матиаса зазвучал неподдельный интерес.

– Нет! – Катрин ухмыльнулась. – Пока нет! Хотя это мог бы быть весьма прибыльный бизнес-проект. С вами в качестве стартового капитала…

Она выпрямилась и важно продекламировала:

– «Сегодня предлагаются пятизвездочные мальчики, отборные сорта. Все включено!».

Жан возвел глаза к небу:

– И Роксана в качестве генерального директора проекта! Я представляю себе это во всех деталях!

– Ну, если не хотите, очень жаль!

Катрин кивнула всем и направилась, как была в нижнем белье, держа свои вещи под мышкой, в сторону стойки портье. Там сама сняла с крючка ключ и зашла в лифт.