Навсегда с тобой - Дженнифер Арментроут

– Я очень разумно использую ее прямо сейчас.

Он поднял руку, подцепил пальцем лямку бюстгальтера и спустил ее по моей руке. И сделал то же самое со второй.

На этом он не остановился, а провел пальцем под кружевом каждой чашечки, затем скользнул между моими грудями и, обхватив материал, притянул меня к себе. Его губы повторили тот же путь.

У меня перехватило дыхание, и я завела руку за спину, потом расстегнула лифчик. Когда я сняла его, между губами Ника и моей кожей ничего не осталось. Он обвел языком розовую вершинку и обхватил ее ртом. Моя спина выгнулась, а с губ сорвался стон.

– Хорошо, – выдохнула я, проводя пальцами по его волосам. – Думаю, нужно выяснить… – стон прервал мои слова, когда его рука сжалась на второй груди, – насколько чувствительна грудь во время беременности.

Он сжал вершинку большим и указательным пальцами, и я вцепилась в его волосы.

– Очень сильно, – протянул он, прикусив мой сосок и обведя его языком, чтобы успокоить боль. – Я только что сэкономил твое драгоценное время.

Я поцеловала его в лоб.

– Сколько же от тебя пользы.

Он обхватил мои груди и приподнял их.

– Знаешь, мне кажется, они стали больше.

– Немного.

– А соски… – Его язык закружил вокруг одной из вершинок, затем вокруг второй. – Они потемнели. Знаешь, мне очень нравится беременность.

У меня перехватило дыхание. Влюбленность. Любовь. Я чувствовала совсем не это, но мое сердечко просто воспарило от этих слов. Отодвинувшись, я перекинула ноги на одну сторону и встала. Ник потянулся ко мне, но я покачала головой и, наклонившись, стянула штаны.

– О, – пробурчал он. – Без трусиков. Снова.

Я нахально ухмыльнулась, положила руки ему на ноги и раздвинула их. Опустившись между ними на колени, я смотрела, как он взялся за ремень и потянул, пока тот не выскользнул из петель.

– Стефани…

Мое имя прозвучало словно мольба, а ведь я еще не приступила к самому главному и от этого почувствовала себя богиней. Расстегнув пуговицу, я потянула за молнию. Ник приподнял бедра так высоко, как смог, а я схватила его джинсы и стащила вниз, обнажая ту часть его тела, до которой так хотела добраться.

И больше не стала тянуть время.

Наклонившись вперед, я обхватила его член рукой и ртом. Бедра Ника воспарили над диваном, а комнату наполнил сдавленный стон. Его рука сжала мою шею, когда я заглотила его член так глубоко, как только смогла. У него оказался слегка солоноватый, но поистине мужской вкус, и, когда я провела рукой по нему, у меня непроизвольно сжались бедра. Никогда прежде я так не возбуждалась от оральных ласк, но была уверена, что если продолжу, то мы уже не доберемся до главного.

Проведя языком в последний раз по всей длине и поцеловав головку, я снова уселась к нему на колени. Потом обхватила рукой его член и опустилась на него. Чем глубже он проникал в меня, тем сильнее Ник сжимал мои бедра. Может, все дело было в позе, а возможно, в беременности. Я не знала. Но я настолько возбудилась, что мои нервные окончания простреливали все тело от восхитительных рывков и отступлений.

Обхватив руками его лицо, я прижалась к нему и начала медленно раскачиваться вперед-назад. Его шерстяной свитер дразнил мои соски, а кожа на бедрах терлась о грубую ткань джинсов.

Было что-то невероятно сексуальное в том, что я оказалась полностью раздета, а он по большей части одет.

Думаю, Ник считал так же, судя по тому, что он нашептывал мне на ухо, пока я объезжала его.

Все это длилось несколько мгновений, но я уже чувствовала, как внизу живота нарастает напряжение. Наклонившись, я положила руки ему на предплечья, а лбом прижалась к его лбу, и наше дыхание смешалось между нами.

– Ты убиваешь меня, – сказал он и, ослабив объятия, скользнул руками к моей попе. – Ты убиваешь меня. Я бы не смог придумать лучшего способа.

Одной рукой сжав его предплечье, а второй – шею, я ускорилась. Пружина сжималась внутри все сильнее и сильнее.

– О боже, – выдохнула я.

Мне на лицо упала прядь волос, и я запрокинула голову.

Его губы обожгли кожу на моем горле.

– Я никогда не устану от этого.

Никогда. Никогда – это невероятно долго. Никогда – это вечность. Вечность без любви. Мое сердце сбилось с ритма от этой шокирующей мысли, и я замерла. Грудь вздымалась и опадала от неглубоких вдохов.

Оказались бы мы здесь, на этом диване и в этой же позе, если бы я не забеременела?

– Что случилось? – спросил Ник и обхватил рукой мой подбородок. – Стефани!

– Все в порядке.

Моргнув, я отбросила эти мысли и снова начала раскачиваться, чтобы достигнуть сладкого освобождения, которое теперь оказалось вне досягаемости.

Ник притянул меня к себе и страстно поцеловал, а его рука двинулась по моему позвоночнику вниз. Одним длинным пальцем он отыскал и надавил на кольцо мышц, отчего мое тело пронзило удовольствие, и я дернулась. Он проник внутрь, и тут же на меня нахлынул оргазм. Кровь застучала в висках, а с губ сорвался крик.

Неожиданно Ник поднялся, и, прежде чем я успела опустить ноги, мои руки оказались на подлокотнике дивана, а колени уперлись в мягкие подушки. Ник оказался позади и тут же начал вонзаться в меня мощными и сильными рывками. Положив руку чуть ниже моей груди, он притянул меня к себе, а его бедра вжались в мою попу. Тут же по комнате разлетелся хриплый вскрик, а затем мое имя.

Через какое-то время я поняла, что оказалась зажата между Ником и спинкой дивана. Лицо прижималось к его свитеру, а нога очутилась между его ногами.

– Боже, – хрипло выдохнул Ник.

Я промычала в ответ, и он как-то сумел обхватить рукой мой затылок.

– Ты жива? – спросил он.

– М-м-м.

– Ты в порядке?

– Угу.

Повисла тишина.

– И ты собираешься двигаться?

– Не-а.

– Отлично. – Ник положил руку мне на поясницу. – Я тоже.

На моем лице появилась улыбка, и я порадовалась, что он не видел, насколько натянутой она вышла. Потому что даже в таком расслабленном состоянии я не могла не задуматься над тем ужасающим вопросом снова.

Были бы мы здесь?

Но я не знала на него ответ. И никогда не узнаю.