Навсегда с тобой - Дженнифер Арментроут

По вечерам, когда у него получалось вырваться, он приходил ко мне или мы где-нибудь ужинали. Каждый раз мы узнавали что-то новое друг о друге, еще больше открываясь.

Мы не только болтали. Много времени проводили кожа к коже. Или кожа к одежде. Или просто срывали только самое необходимое. Каждый раз, как и в ночь Хеллоуина, все было по-другому. Это уж точно не напоминало ничего не значащий секс.

В субботу Ник неожиданно приехал ко мне после работы. Я полусонная впустила его в квартиру, но в тот вечер мы почти не разговаривали. Закрыв за собой дверь, он тут же подхватил меня на руки, и на несколько минут в мире остались только мы вдвоем. Секс… то, как он прижимал меня к спинке кровати, как раздвинул мне ноги и…

Боже, он… набросился на меня так, словно жаждал меня, только меня.

Я полностью погрузилась в воспоминания, поэтому, когда доктор Коннелли вошла в кабинет, почувствовала невероятную неловкость. Судя по легкой ухмылке на лице Ника, он прекрасно понимал, о чем я думала.

Доктору Коннелли было за пятьдесят. Каштановые волосы, тронутые сединой, она собрала в аккуратный пучок у самой шеи. Вокруг уголков глаз и губ собрались тонкие морщинки. Она выглядела так, словно много улыбалась, и понравилась мне с первого взгляда.

На приеме все проходило, как всегда у гинеколога, пока не пришло время УЗИ. Ник тут же пододвинул свой стул поближе к кушетке и жадно уставился в монитор, пока доктор Коннелли двигала датчиком. По экрану растекалось множество черных и серых… капель.

– А вот и он, – сказала доктор Коннелли. – Ваш малыш любит камеру, и нам прекрасно его видно.

Мой взгляд метнулся к экрану. Э-э-э… Я вообще не понимала, на что смотрю.

– Ты видишь его? – спросила я Ника.

Он наклонился ближе.

– Да, кажется, вижу. – Потянувшись, он обвел пальцем то, что напоминало фасолину. – Это он, верно?

Доктор Коннелли кивнула.

– Все верно.

Какого черта? Я покосилась на Ника. Он видел ребенка, а я – нет? Я перевела взгляд на доктора, а она широко улыбалась Нику, словно тоже попала под его очарование.

– Я ничего не вижу.

– Как и большинство людей, – сказала она, когда экран замер. Распечаталась фотография. – Сейчас он мало чем напоминает ребенка. Он очень маленький, но определенно есть. Верите или нет, его пальцы двигаются, и ноги – тоже.

– Правда? – спросила я, широко раскрыв глаза.

Она кивнула и начала отходить от кушетки.

– На этом сроке его пальцы еще перепончатые.

Ник усмехнулся.

– И еще один интересный факт для вас, – продолжила доктор Коннелли. – Его вкусовые рецепторы уже формируются.

– Ого, – поразилась я и удивленно уставилась на экран.

На нем высвечивалось множество точек, линий и цифр, но я сосредоточилась на пятне, на которое с такой легкостью указал Ник. И чем дольше на него смотрела, тем четче видела. Ребенок оказался невероятно маленьким.

В горле образовался ком, и я откашлялась. Не говоря ни слова, Ник наклонился ко мне и сжал мою руку.

– Ты рассмотрела его? Или тебе обвести его кружком и пририсовать кучу стрелочек?

Я хрипло рассмеялась.

– Кажется, я его вижу. Он похож на фасолинку, да? – Я перевела взгляд на Ника и утонула в его светло-зеленых глазах, которые светились нежностью. – Так вот как он выглядит?

Ник кивнул.

– Ребенок похож на фасолинку, – борясь с усмешкой, сказала я ему.

– Да, но это наша фасолинка, – сказал он.

Уголки моих губ дрогнули, и я кивнула.

Да, это была наша фасолинка.