Охота на журавлей - Ольга Николаева

Миша, кажется, только сейчас как следует понял, что значит выражение «немая сцена», о которой в школе читал очень много раз. Так-то, понимал и раньше, но вот прочувствовал в полной мере именно в этой каморке и в этот момент.

Он давно уже отвернулся от Сергея, во все глаза рассматривая Арину. Девушка, в свою очередь, так же пристально глядела на него, лишь на секунду переводя взгляд на мужчину, стоящего за спиной Михаила, а затем снова - в Мишины глаза.

- Арина… - все былые проблемы с поиском слов, которые парень испытывал ранее, теперь казались мелочью и ерундой. Раньше и не было в них особой надобности. Но вот потребовались, и очень сильно хотелось выразить бурю из мыслей и эмоций, что в его душе разгулялась. Но вместо слов на ум приходили одни междометия да нецензурщина какая-то. Явно, не тот набор, которым любимых женщин возвращают.

- Миш, я думаю, тебе стоит уйти…

- Нет уж. Теперь точно - придется разговаривать. Раньше не выходило по-человечески, а теперь мы просто обязаны это делать, Арин.

- Слышь, парень. Тебе не ясно сказали, чтобы ты отсюда валил? - из-за спины, наконец-то, подал голос этот новый  ухажер его жены.

- А вас, молодой человек, наши с женой, - специально выделил голосом, - отношения вообще не касаются. Я попросил бы вас оставить нас одних. У нас очень личная беседа. - Миша говорил и наслаждался тем, как широко распахиваются и без того большие глаза Арины.

- Я же сказал, что сейчас вызову охрану!

- Я бы тебе дал по морде, пока твоя охрана бежит, вот честно. Очень чешутся кулаки. Но вот беременную женщину расстраивать не хочу. - Пришлось-таки обернуться к этому назойливому гаду. И говорить с ним, очень внушительно разминая кулаки. Они, действительно, безумно чесались. Но драться при жене было бы глупо, некрасиво, неправильно.

- Миша, прекрати! - В голосе Арины  звенела надвигающаяся истерика. - Сереж, дай нам пообщаться, пожалуйста! Я не хочу устраивать тут скандалы.

- Отлично. Понял, Сережа? Не мешай супругам общаться.

- Не мешаю. Но общаться будете при мне.

Арина кивнула, подтверждая, что согласна с такой идеей. Миша был не в том положении сейчас, чтобы условия ставить.

- Когда ты собиралась сообщить мне о ребенке? - решил брать быка за рога. Судя по всему, долгие душевные беседы им вести, все равно, не дали бы.

Девушка молчала, опустив глаза, и явно мялась. Что могло быть истолковано вполне однозначно…

- Ты хотела скрыть от меня, что у нас будет ребенок, Арин? Серьезно? Я понимаю, что во многом виноват перед тобой… Но неужели заслужил даже такое? - Он пытался не обвинять, не давить вопросами, но… в голове не укладывалось то, что его милая девочка была способна на подобную жестокость. Особенно, после совместно пережитого горя.

- А ты уверен, чувак, что это твой ребенок? Что ты на нее наезжаешь-то? Может, ты к этому не имеешь никакого отношения, потому и не нужно тебе ничего было сообщать.

Миша вздохнул. Он, конечно, молчаливый, замкнутый и не сильно общительный. Однако, новый Аринин избранник начинал откровенно раздражать своей манерой воткнуть хоть слово туда, где его никто не спрашивал. А его жену, похоже, потянуло на то, чего она еще не испытывала никогда. На балабола-затейника. Было грустно от того, что придется как-то на этого придурка походить, чтобы Арине захотелось обратно вернуться…

- Я - уверен. Поэтому даже не задавал такого дурацкого вопроса. А вот ты, судя по всему, очень этой проблемой озадачен. Иначе, даже не пришло бы в голову спрашивать, чьего ребенка ждет твоя любимая женщина. У моей жены может быть только мой сын или дочь. Других вариантов я не рассматриваю. - И он сейчас не бравировал, не играл на публику в лице Арины. Действительно так считал.