Красивая, как ночь - Лиз Карлайл

* * *

За четверть часа до назначенного отъезда Хелен вместе с Арианой вышла из классной комнаты и обнаружила, что Томас приехал раньше времени. Радостно улыбаясь, тот устремился им навстречу.

— Одну минуту, Томас, сегодня должен вернуться его светлость, — рассеянно сказала Хелен и вытащила из кармана аккуратно сложенную записку. — Мне надо оставить ему личное послание, чтобы сообщить, куда мы с Арианой отправились.

— Позвольте, — сказал Томас, забирая у нее записку и накидку. — Вы чрезвычайно внимательны, мисс де Северз, но Трейхерн вернулся четверть часа назад, и я взял на себя смелость сообщить ему о наших планах.

Хелен растерялась. Она втайне надеялась, что Кэм, вернувшись, разыщет ее. Или по крайней мере поинтересуется успехами своей дочери. Очевидно, ее растерянность была очень заметна, поскольку Томас осторожно кашлянул.

— Насколько я понял, возникло какое-то дело, требовавшее срочного внимания Трейхерна. Он сказал, что увидит нас сегодня вечером на званом ужине.

— Вечером? Да, конечно.

Настоятель огляделся, словно ища чего-то, потом небрежно сунул записку себе в карман, взял у Хелен накидку и аккуратно набросил ей на плечи.

— Отправимся в Фэрфорд, дамы? — учтиво спросил он и подбадривающе улыбнулся Ариане. — У одной из моих лошадей ослабла подкова, но грум Трейхерна любезно все исправил. Моя карета вернулась и ждет нас.

— Конечно, — сказала Хелен, нервно дергая за ленты шляпки.

— Тогда мне ужасно повезло! — заявил Томас. — Я провожу день с двумя самыми очаровательными дамами во всем Глостершире.

* * *

Не сводя глаз с кареты, стоявшей внизу, Кэм рассеянно нагнулся, чтобы поднять Боадицею, которая терлась о его ноги. По крайней мере хоть кто-то ожидал его возвращения. Кошка вскарабкалась по его сюртуку и с довольным мурлыканьем устроилась на плече.

— Господи, — пробормотал он. — Что она могла в нем найти?

— Мур-мур, — ответила кошка, выпуская когти. Они впились ему в плечо, и боль оказалась такой же острой, как и его разочарование.

Он не сможет сказать Хелен все, что хотел. Правда, Кэм и сам не знал, как это сделать. Он чувствовал себя таким неуклюжим. Таким сердитым. Таким расстроенным и чертовски неопытным.

— Наверное, ты права, царапая меня, — сказал он кошке. — Даже у Бентли это получилось бы намного лучше. А сегодня вечером придется расплачиваться.

Да, именно сегодня ему придется сидеть за одним столом с тетушкой и кузиной! Он будет вынужден изображать радушного хозяина перед Лоу, его подобострастной сестрой и этим тихим викарием Бэзилом… или как его там. А теперь еще и наблюдать, как его брат станет лебезить перед Хелен наперегонки со священником.

По пути домой Бентли постоянно заводил о ней разговор, и, хотя этот наглый щенок воздержался от чересчур неучтивых высказываний, было ясно, что он намерен близко подружиться с Хелен. И никаких причин отказать брату в этом праве у Кэма не было.

Он до сих пор не знал, почему Бентли решил сопровождать его в Девон, хотя чертовски благодарен ему за помощь. Однако напряженность между ними не исчезла. И вот сейчас Кэм наконец понял, в чем причина: это очень похоже на старую как мир ревность.

Из-за Хелен? Но в этом не было никакого смысла, ведь Бентли злился на него и задолго до ее приезда. Нет, дело в том, что он сам безумно ревновал Хелен к брату. Он знал это и не мог ничего с собой поделать.

Впервые в жизни Кэму вдруг захотелось, чтобы у него был опыт в понимании женщин. Даже Бентли, наверное, уложил в постель не одну женщину, а уж скольких он пытался соблазнить! Но это почему-то не задевало Кэма. Сам он ни разу в жизни никого не соблазнил. А почему?

Потому что, кроме Хелен, ему никто не был нужен.

Вот так! Еще одно признание. Должно быть, он вздрогнул, поскольку Боадицея раздраженно мяукнула и спрыгнула с плеча, снова поцарапав его. Но Кэм почти не заметил этого.

Он смотрел, как настоятель усаживает в карету Ариану. Хелен стояла рядом, улыбаясь им. Кэм шагнул к столу, налил щедрую порцию бренди и залпом осушил половину.

* * *

Хелен без особого желания надела свое лучшее вечернее платье из темно-синего шелка, отделанное черной тесьмой. Кэтрин приняла деятельное участие в выборе платья и настояла именно на этом, хотя оно выглядело несколько броским, если учесть положение Хелен в доме. Кэтрин даже привезла из Олдхэмптона свою горничную, чтобы та уложила им волосы.

Это не помогло. Дурные предчувствия и боль камнем лежали у Хелен на сердце. Она не видела Кэма с того дня, когда он, поцеловав ее на прощание, отправился в Девон. И она не испытывала желания видеть его сейчас, особенно под руку с Джоан Белмонт.

Но какой у нее выбор? Притвориться больной или придумать еще более очевидный предлог? Нет, она не могла проявить такую неучтивость по отношению к сестре Кэма, которая ей очень нравилась.

Поэтому, собрав все свое мужество, Хелен спустилась в желтую гостиную вскоре после приезда мужа Кэтрин. Уильям Вудвей вырос в шумного белокурого великана. Он тепло приветствовал Хелен, однако не проявил никаких признаков того, что узнал ее. Хелен с интересом отметила про себя, что и Кэтрин не напомнила ему об их знакомстве.

Кэм тихо разговаривал с сестрой Томаса Лоу, невероятно красивый в парадном костюме. Хелен быстро отвела взгляд и снова посмотрела на Уильяма, который почти сразу вовлек стройного светловолосого джентльмена в одностороннюю дискуссию по поводу охотничьего сезона.

Хелен слушала его вполуха, иногда поддерживая разговор о том, что в этом году сезон охоты на птицу весьма неудачный. Даже хуже, чем предшествовавший ему сезон охоты на лисят. И никто, узнала Хелен, теперь не умеет скрещивать собак, чтобы получить хорошую английскую гончую.

Вудвей бубнил и бубнил, а молодой человек — кузен настоятеля, с которым Хелен познакомилась в церкви, — вежливо с ним соглашался. Подняв голову, Хелен встретилась взглядом с Томасом, глаза которого смеялись. Он тут же пересек комнату и встал рядом с ней.

— Неужели вам неинтересны достоинства гончих Вудвея, мисс де Северз? — прошептал он с дразнящей улыбкой. — Бэзилу придется страдать в привычном молчании, но для бедняги Уилла и молчание сойдет. — Лоу поднял бокал, указав им в сторону миссис Фейн. — А вам, я думаю, стоит присоединиться к моей сестре. — Хелен устремила взгляд в угол, куда намеренно избегала смотреть. — Кажется, моя сестра произвела на Трейхерна впечатление своими познаниями о растениях и животных. Покойный мистер Фейн имел свою ферму, и она полюбила сельское хозяйство.

Миссис Фейн взирала снизу вверх на Кэма, вежливо наклонившегося над ее стулом. Правда, в этот момент он совершенно утратил к ней интерес, если таковой и был. Словно ощутив присутствие Хелен в комнате, он поднял глаза и посмотрел на нее.

Томас моментально коснулся ее руки.