Багорт. Том 1 - Анастасия Валерьевна Суворова

– Как почему, дитятко? – недоумевала Ведара. – Он же лишил крестьян дичи и грибов с ягодами, не говоря уже о целебных травах, – сокрушалась кухарка.

– Может он хотел…

Оправдать опального Веда Деи не удалось, потому что томящегося на вертеле поросенка вдруг охватило пламя.

– Идиоты, вы спалите мне обед! – заверещала Ведара, бросаясь к непутевым поварятам, не справляющимся с углями в жаровне.

Дея любила бывать на кухне. Суетящаяся тетка и вечно портачащие повара, умудрялись создавать комичные ситуации изо дня в день. И это всегда веселило Дею, поэтому она осталась сегодня на кухне до обеда, а потом и до ужина, который разделила вместе с рабочими.

Она порывалась пойти к Вайесу, но Ведара сказала, что к ним прибыли послы из самого Серварга и что они пробудут в столице с неделю, поэтому лучше не тревожить сейчас Господина, у которого и так непомерно тяжелая ноша. Вдобавок она пообещала сама разузнать, на какое такое задание отправили ее друга. Дея, в свою очередь, сетовала на то, что поручение должно быть секретное, раз сам Горий ей о нем ничего не сказал. На что старушка ей только хитро подмигнула и наказала приходить завтра после обеда.

Глава 21

Солнвейсы.

Ровно в пять Влад ожидал Дею у ворот сада. Было еще довольно темно, мир только готовился встретить новый день, поэтому Вед держал в руке небольшой кристалл, распространяющий мягкий серебристый свет. Другой рукой он поддерживал под уздцы вороного коня. Завидев девушку, конь повел ушами и зафыркал, протягивая к ней морду. Дея погладила ласковое животное и только тогда решилась посмотреть на его хозяина. Влад улыбнулся и не говоря ни слова, поцеловал ее руку.

«Какая странная галантность, при его нелюбви к традициям», – подумала она про себя. А Влад тем временем вставил кристалл в приспособление на сбруе, и у Деи вырвался вздох изумления. До того кристалл походил на звезду, а конь на сказочного Пегаса, что она присмотрелась, не выросли ли у него заодно и крылья. Но нет, крыльев не было.

Молодой человек усадил ее в седло, и только сейчас девушка заметила, что оно было рассчитано на двух человек. Дея и не подозревала о существовании седел для двоих, хотя это и не было странным, учитывая, что до появления в Багорте, лошадь она видела лишь в зоопарке.

Она хотела было сказать, что не умеет ездить верхом, но Влад предупредил ее попытку нарушить тишину, приложив палец к губам. Ее губам.

– Помолчим, – прошептал он прямо у самого ее уха. – Рассвет так прекрасен, не будем портить его болтовней.

Легко запрыгнув в седло, он нашел Деины руки и обвил ими свой торс, скрестив ее пальцы у себя на животе. Боясь сделать лишнее движение девушка затаила дыхание, чувствуя, как к лицу приливает кровь. Влад пустил коня трусцой, и она поневоле отвлеклась от новых, волнующих ощущений, потому что прогулка была отнюдь не комфортной. Но вскоре, привыкнув к особенностям верховой езды, Дея смогла насладиться окружением.

Казалось, в присутствии Влада могло преобразиться любое несовершенство. Рядом с ним ей представлялись чудесными, даже морось и прохлада, а тьма предрассветных часов превратилась в этакий таинственный морок. Вед направлял своего коня вперед, и тот рассекал черноту серебряной стрелой света. Деи чудилось, что она спит и видит волшебный сон, потому как в жизни не была настолько очарована.

Наконец, на полотне неба забрезжил первый свет, и в общей массе мрака уже начали несмело вырисовываться силуэты деревьев, домов и гор вдалеке. Чем больше свет завладевал небом, тем отчетливее становились очертания пейзажа, и уже вскоре можно было разглядеть, куда ведет дорога, по которой мчала их лошадь. Но вот, Влад свернул с тракта на сильно изрытую канавами тропку. Когда их конь перепрыгивал одно из препятствий, Дея плотнее прижалась к его спине, вдыхая исходившей от его одежд аромат иланг-иланга. Ей хотелось никогда не расставаться с этим одурманивающим запахом, хотелось дышать им, раствориться в нем, присвоить себе. Хотелось скакать так вечность, вечность держать его в кольце своих рук и никуда не отпускать…

Но они уже приближались к Синему лесу, а рассвет тем временем набирал силу. На фоне дымчатого заднего плана, четко и графично, чернели два высохших деревца, до которых было уже рукой подать. Даже мерцание последней утренней звезды растворилось в розоватом свете, разливавшемся по кромке леса в дали. Влад съехал с ухабистой тропинки и припустил по широкой, но довольно заросшей дороге, которой, судя по всему, давненько не пользовались, как раз в тот момент, когда стало всходить солнце. Его румяный бочек выглядывающий из макушек деревьев пылал словно факел. Деи казалось, что Солнце еще никогда не было таким ярким как в это утро. Она неотрывно следила за огненным диском, пока они не остановились у границы леса.

Влад спешился сам, а затем спустил на землю и Дею, оказавшись настолько близко, что она ощутила биение его сердца. На одно лишь мгновение задержал он свои руки на нее спине, но девушке хватило и этого. В ее груди, словно кто-то бил в набат, воздух в легких разом закончился, а колени мандражировали, рискуя подломиться.

– Пора, – прошептал Влад и, взяв коня под уздцы, ступил в заросли.

Солнце тем временем набирало силу. Когда они входили в лес, из-за кромки деревьев уже была видна его половина. Сами же деревья, стояли словно кисти, чьи кончики окунули в золотистую краску. Дея жадно вдыхала воздух легкий, будоражащий, пьянящий. Пахло росой и грибами.

Влад остановился и указал рукой вперед.

– А сейчас просто смотри.

Словно расплавленное золото, солнечный свет залил все вокруг, и из недр земли стали пробиваться бутоны. Они тянулись вверх с натужным, еле уловимым поскрипыванием, раскрывали свои лепестки, жадно поглощая солнечные лучи и преобразуя их в ослепляющий свет. Цветы имели поразительное сходство с янтарем, они переливались всеми оттенками желтого, шелестя на легком ветру.

Влад подошел к одному из них и хотел было сорвать, но Дея сама не зная отчего, остановила его, схватив за руку.

– Не надо, прошу тебя! Они же живые! Ты погубишь их, – взмолилась она, и оторопевший Вед выпрямился.

– Все растения живые, моя красавица.

– Эти… они особенные. Их нельзя рвать.

– Отчего?

– Не знаю…

Дея чувствовала себя ужасно глупо. И чего ее потянуло защищать цветы? Вон их сколько – целый ковер. Что сталось бы, сорви Влад один? Но где-то в глубине души она знала, что права, хоть и не могла объяснит почему.

Влад внимательно