Мама для сирот - Павлова Павлова

Второй этаж таверны был, как я думала, для приезжих гостей с номерами. Или же просто жилой этаж для владельца таверны и его семьи.

— Ты, — Глеб остановился около двери и посмотрел на меня угрожающе. — Чтобы молчала до самого нашего отбытия. Иначе тебе не поздоровится.

Я с трудом удержала маску безразличия. Захотелось его ударить. Давно меня так никто не злил. Но пришлось лишь кивнуть. Удовлетворенно усмехнувшись, Глеб толкнул двери таверны и меня накрыли громкие звуки голосов.

Глава двадцать вторая. «Путешествие. Часть вторая».

Таверна представляла собой широкое помещение с множеством деревянных столов. Посетителей было довольно много. Между ними бегала и суетилась рыжеволосая девушка, с пышными формами. Она была в фартуке, сером платье, из которого виднелись старенькие лапти. Волосы были собраны в косу, а сверху был надет платок, узлом на затылке.

Меня потащили не к ней, а к мужчине, который стоял недалеко от широкого стола. Это было что-то вроде барной стойки. Только позади стола стояли бочки с пивом. И вот от них-то и несло алкоголем. Тошнота начала подниматься вверх по гортани. Главное, чтобы не стошнило.

— Добрый день, господин, — расплылся в улыбке мужчина, стоило нам подойти поближе. — Чего изволите?

— Стол. Отдельный, — коротко сказал Глеб, бросив на меня взгляд.

Я никак не отреагировала. Глова кружилась от неприятного запаха. Я сглатывала горькую слюну и сдержалась изо всех сил. Совсем не хотелось злить муженька еще сильнее. Я уверена, что он мог и ударить меня в таком случае.

— Как пожелаете, Господин, — мужчина улыбнулся еще шире.

Только тут я обратила внимание на его внешность — высокий, полноватый, с тонкими жиденькими волосами и усами. Зубы слегка пожелтевшие. И маленькие глазки, которые бегали туда-сюда, словно он что-то задумал. Не понравился мне этот тип. Очень не понравился. Мой опыт говорил, что такие люди не ведут честный образ жизни.

— Настасья, дорогая! — гаркнул мужчина. — Проводи гостей до отельного столика.

Рядом с нами тут же появилась та рыжеволосая девушка. Она кивнула, опустив взгляд. На мужчину девушка не смотрела.

— Следуйте за моей женой.

Женой?!

Однако сказать ничего не успела. Глеб пошел вслед за девушкой, а меня поволокли следом. И никого не смущало такое поведение мужчины. Будь это в моем мире, на такое бы уже хоть кто-то бы обратил внимание. Да и...

Жена?! Серьезно? Ей на вид лет пятнадцать! А ему явно уже за сорок! Да она ему в дочки годиться. Бедная девочка. Как она вообще попала в лапы этому скользкому старику? Если она была не сиротой, то родители ее точно не любили.

Нас провели по левую сторону здания, и только сейчас я заметила, что в стене есть комнаты с небольшими столиками. Они укрывались коричневой тканью и буквально сливались со стеной. Однако было интересно, как людям пришла в голову такая интересная мысль?

— Чем изволите отобедать, господин? — тихо спросила Настя, не поднимая взгляда.

Я бросила на нее сочувственный взгляд. Совсем запугали девочку. А еще, если мне не кажется, она была беременна. Возможно, третий месяц. Или это просто комплекция тела у нее такая. Но я подозреваю, что первый вариант более вероятен.

— Запеченную утку... — произнес Глеб, затем внезапно передумал. — Мужа своего позови. Не доверяю я девке.

— Хорошо, господин.

Девушка слегка поклонилась и бесшумно исчезла. Шторки она опустила, поэтому мы с Глебом снова остались наедине. Я не стала ничего говорить. Даже если Глеб сейчас и сказал резкие слова, девушке это было на пользу. Не стоило ей таскать тяжелую еду еще и нам. Пусть этот старик побегает вместо нее.

Через минуту к нам подошел владелец таверны. Он любезно улыбался и кланялся Глебу. На меня мужчина не обращал внимания. И я впервые подумала, что это даже удобно. Мне совсем не хотелось разговаривать с этим человеком.

— Щи на двоих. Запеченную утку с картошкой, — сказал Глеб, смотря в глаза хозяина. — Квас. Моей жене морс.

— Еще что-нибудь?

— Нет.

— Все будет готово в считанные секунды, господин!

Мужчина умчался. Я снова осталась с Глебом наедине. К счастью, тошнота прошла, и я могла вздохнуть чуть свободнее. Голод вернулся. Я бы еще выпила травяного чая. Но кто меня спрашивал? Тут к женщинам уже не относились, как ко второму сорту. Но считалось, что они должны подчиняться мужчинам. Сначала отцу, а затем мужу. Разумеется, если они у них были. А если нет, то женщина могла стать полноправной хозяйкой дома. И вот с такой женщиной уже было принято считаться. Еще были женщины, которых очень любили мужья. И именно мужья ставил свою супругу рядом с собой, а не позади. Любящего мужа у меня нет. Воспоминаний Нади у меня тоже нет, поэтому можно сказать, что я росла одна. И никогда никому не подчинялась. Однако менять устои целого мира — это дело не одного человека. Если я начну перечить, меня просто накажут розгами или плетями. Вот и все.

«Надо бежать от мужа и его семьи», — подумала я, когда шторка в очередной раз отодвинулась.

Нам принесли еду. Щи пахли очень даже вкусно. Утка была большой, с яблоками и картофелем. ЕЕ явно было много для двух людей. Квас и морс принесли в огромных, литровых кружках. Владелец, поставив последнюю тарелку, пожелал нам приятного аппетита и испарился.

Еда была приличной. Можно сказать даже вкусной. Разве что суп оказался слегка пересоленым. Но я с удовольствием его съела. И даже немного поклевала мясо утку. Больше в меня не влезло, поэтому я просто сидела, пила морс и наблюдала за Глебом.

В помещении было светло из-за окна. А еще мы сидели ближе друг к другу, чем в карете. Поэтому я смогла разглядеть его светлые ресницы, которые были неприлично длинными. Его суровому лицу они совершенно не шли. Я невольно улыбнулась.

— Нашла что-то смешное?

Ледяные глаза уставились на меня. Таково поведения не позволяли себе даже близнецы Максима. Они были еще теми шалопаями, но никогда не разговаривали грубо просто потому что так хотели.

— Ничего, — коротко ответила я, но взгляд не отвела. — Смотрю на вас и пытаюсь найти