Покорить эльфийку - Натали Нил

Великий шаман спрятал улыбку в бороде.

— Ты одной крови с Хеллегер. Вот она и поведёт меня к ней. Надеюсь, твоя немеда уже спит.

Дугальд встал и пошёл к столу, где заранее разложил травы, положил ритуальный нож и поставил тяжёлую ступку. Величественным жестом поманил воина.

— Поди сюда. Что ты готов дать мне?

Не мешкая он начал ритуал, и под сводами старого замка зазвучали слова, наполненные древней магией.

*****

Во сне Хеллегер гуляла по необыкновенно красивому дворцу, красивее даже, чем эльфийские чертоги. На её душе было светло и легко. Ей нравился дворец. Вдруг огромная птица ударилась грудью в окно. Хеллегер испугалась, но пошла к окну.

Чёрный ворон бился о преграду широкой грудью, терял перья, но не мог пробить хрупкое на вид стекло. Хеллегер хотела распахнуть окно, но не смогла. Тогда она размахнулась и стукнула по стеклу кулачком… ничего… Ворон кричал, широко раззевая клюв, но Хеллегер не могла разобрать, что он хотел ей сказать…

Хеллегер проснулась и резко села в кровати. На её лбу блестели бисеринки пота. Она вскочила и заметалась по покоям. Без сомнения, это Дугальд приходил к ней, но не смог пробиться… Что это значит? Кто поставил полог? Мать? Ниир? Несносный брат?

Хеллегер захлестнул гнев. Она хотела немедленно пойти к матери, но остановилась уже у самой двери. Если расскажет свой сон, только подтвердит опасения Эленвэль, что Дугальд может приходить к ней во сны… и та может ещё усилить её защиту. Хеллегер заломила руки. Что ей делать? Зачем приходил Дугальд? Что там у них случилось? Она чувствовала магию Гэйра. Даже сильнее, чем раньше.

Вдруг Хеллегер похолодела. Как она глупа! Боги, за что? Её мать и бровью не повела, когда Хеллегер рассказала про сочетанную магию… А что сказал Ниир? Он бы пол жизни отдал, чтобы найти такую пару… Эленвэль постарается больше не дать Хеллегер шанса уйти в замок Хаттэн.

Хеллегер щелчком пальцев зажгла магический огонёк и подошла к столику, заваленному свитками… Она точно помнила, куда положила тот самый, запутанный свиток. Его не было! Не было! Она упала в кресло и бессильно опустила руки…

Эленвэль не отпустит её.

В это время в замке клана Хаттэн пришёл в себя Дугальд. Он мрачно вытирал руку с порезом о чистую тряпицу и тяжело вздыхал. Наконец, Сеок не выдержал.

— Не томи, уважаемый. Сил нет.

— Не пробился я к ней, воин… — С тоской в голосе ответил старик.

— Как это? — Сеок в растерянности хлопнул себя по бёдрам.

Дугальд пожал сгорбленными плечами.

— Она не в родовом замке, а в эльфийских чертогах. Не хочет кто-то, чтобы с нею говорили. Магия вязкая, что тот кисель… мысли плавит. И ей теперь трудно будет. Надо самим Гэйра возвращать. Вон, так и продолжает метаться. Никак не успокоится…

В подтверждение его слов за окнами снова рыкнул дракон.

— Иди спать, воин. Мне подумать надо…

Сеок тихо вышел и прикрыл за собою дверь. Дугальд снова уселся перед камином. Не надо было Хеллегер возвращаться в чертоги… У старого шамана осталась только одна, такая хрупкая, надежда — на Кнуда. Но если они не вернутся в ближайшее время, то и он ослабнет. Все духи питаются силой рода в местах родовой силы…

Шаман откинулся на высокую спинку кресла. Боги, помогите им…

Глава 53

Хеллегер больше не ложилась. Она решилась на то, на что ни один человек в своём уме не пошёл бы… Она зарылась с головой в древние свитки, выискивая заговор призыва древних богов. Она решилась обратиться к Хегаль…

— И что это ты тут делаешь? — Вдруг совершенно неожиданно перед нею появился Кнуд. Выглядел он, прямо-таки не очень. Волосы висели космами, родового венца не было и в помине, полупрозрачная одежда потеряла лоск и в некоторых местах висела лохмотьями.

Хеллегер не обратила на него ровно никакого внимания. Она сосредоточенно продолжала вчитываться в свиток, игнорируя призрачного наглеца.

— Эй, я с тобой разговариваю! — Дух просочился сквозь ветхий свиток и возник прямо перед глазами Хеллегер.

— Пошёл вон. — Эльфийка беззлобно послала духа, поднялась и продолжила изучать свиток уже стоя.

— Не понял… — Совсем растерялся дух.

— А чего ты не понял? — Сощурила глаза Хеллегер. — Ты бросил меня. Я бы тебя не бросила. Никогда. А ты меня бросил. Так что, ты мне не нужен. — И спокойно повторила. — Пошёл вон.

Кнуд выглядел совсем растерянным.

— Ну, прости. Не надо было на меня орать. Вас две, а я один. Прости, прости, прости… — Дух белёсым туманом, обвился вокруг Хеллегер и, сильно дунув, растрепал её волосы.

— Вот, что ты делаешь… — Хеллегр не смогла удержать улыбку. — Мерзавец.

— Что распутываешь? — Дух заглянул в свиток.

Эльфийка вздохнула и сдалась. Как никак, а Кнуд был единственным существом, с кем она могла поделиться планами. И тут дух совсем сник.

— Хеллегер, всем, что мне дорого, прошу, не связывайся с нею… Боги умеют быть жестокими. Им нет до нас дела. Они помогают, а потом шкуру живьём снимают… Ты представить себе не можешь, как изощрённо они умеют издеваться. Прошу, не надо.

— А что нам делать? Дугальд приходил… но в сон ко мне не пробился… Там что-то происходит. Магия Гэйра стала другой… Как бы тебе объяснить… она стала более сильной, более тяжёлой, даже зловещей…

— А всё из-за тебя! — Не сдержался Кнуд. — Если бы тебя научили быть более сдержанной, ничего не случилось бы! Как ты вообще додумалась к Гэйру в спальню портал открыть?

— Да не хотела я в его спальню! Но я ж на его магию, как по ниточке шла… вот и промахнулась…

Хеллегер беспомощно опустила руки, а дух, наконец, смилостивился и рассказал ей, как было дело, когда она так неожиданно появилась. Хеллегер не выдержала и расхохоталась.

— Боги нижнего мира, ты серьёзно? Отец сам привёл полуголую девочку к Гэйру?

— А я тебе о чём! А ты вся такая глупая — шасть обратно в портал, и слушать ничего не стала. Вот кто бы тебе сейчас правду рассказал, останься я в замке, а? Вон, уши отрастила, а пользоваться ими так и не научилась. — Кнуд надулся и стал похож на воробья холодной зимой.

— Ох, что ж делать-то теперь? — Хеллегер вдруг внимательно посмотрела на духа. — А с тобой-то что? — Она только сейчас рассмотрела, во что превратился Кнуд. — Ты на оборванца похож, а не на уважаемого немеда великого клана…

— То самое… — Огрызнулся дух. — Мне надо моё место силы. Ты,