Под сенью омелы - Александра Васильевна Миронова

– А что у нее есть?

– Мусоросжигательный завод Серябко. Или нефтедобывающая база. Или чем они там еще занимаются. Все это оформлено на нее.

Свет присвистнул и откинулся на спинку стула.

– Неплохо. Значит, наш преступник очень глубоко в теме. И кому это может быть выгодно? Кроме самого Серябко?

– Зачем ему городить огород? – Аля уставилась на Света. – Лиза в него безоглядно влюблена и подписывает любые документы не глядя. Он мог бы приехать лично, подсунуть ей очередную бумагу, в которой она отказывается от права собственности в его пользу, и Лиза бы все безропотно подписала. И даже не догадалась, что лишилась огромных доходов. К тому же…

– Что?

– К тому же это, конечно, странно звучит, зная, какой Серябко мерзавец, но он ее по-настоящему любит. Ее «смерть» стала для него шоком.

– Откуда ты знаешь? – Свет наклонил голову и заглянул Але в глаза.

Скрывать визит к Серябко не было смысла, все равно первый же допрос его ассистента вскроет этот факт.

– Я его видела, – коротко сообщила Аля.

– Когда?

– Сегодня утром.

– Зачем?

– Мне надо было поговорить с ним по личному вопросу.

– Какому?

– Тебя это не касается.

– Меня касается все, что касается следствия, – внезапно голос Света утратил обычное равнодушие.

– Это не касается следствия.

Некоторое время они сверлили друг друга взглядом, Свет отступил первым.

– И все же, как там друиды?

– С друидами ничего не ясно, – вздохнула Аля. – Их фетиш – это омела. Но как омела страдает от нефти и газа, пока непонятно. В нашей местности она паразитирует на дубах, а наши дубы и так умирают.

– Почему?

– Потому что вода в реке оставляет желать лучшего, а дубовые рощи находятся на берегу. Даже базу «Дубки» закрыли, потому что на местном пляже купаться невозможно.

– А что с водой? – заинтересовался Свет.

– Ничего хорошего. Кстати, про воду. В ней нашли тело Ксенофонта.

– Ксенофонт… это у нас кто? – нахмурился следователь.

– Человек без определенного места жительства.

– Местный бомж?

– Не называй его так, – внезапно вспылила Аля. – Он был хорошим и никому зла не причинял. Между прочим, сын профессора, просто был болен. К тому же он друг моего друга.

– Федора Михайловича?

– Да.

– Давно хотел спросить, что тебя с ним связывает? – светским тоном поинтересовался следователь, к которому снова вернулась доброжелательность.

– Это мой бывший учитель биологии.

– Так что случилось с Ксенофонтом?

– Он утонул в реке, но на теле обнаружились ожоги от каустической соды. И появились они уже после смерти.

Свет напрягся и подался по направлению к Але.

– Я попросила сделать анализ.

– Какие у тебя планы на вечер? – Смена темы была настолько неожиданной, что Аля не успела отреагировать и растерялась.

– А что?

– Нам надо наведаться на этот странный завод.

– Каким образом? – удивилась Аля. – Тебя же туда не пустили. Или ты думаешь, что охрана будет сражена моей красотой и упадет замертво?

– Я бы не удивился.

– Я серьезно. Думаешь, нам дадут ордер? Серябко сейчас все свои связи наверху поднимет, ему наверняка доложат о твоем визите. После чего нас к базе и на пушечный выстрел не подпустят.

– Значит, нам надо наведаться туда до того, как он об этом узнает.

– Ты думаешь, он еще не знает?

Некоторое время оба помолчали.

– Нам нужно узнать, что в фурах? – поинтересовалась Аля, первой нарушив тишину.

– Да, – кивнул Свет.

– Тогда давай ими и займемся. Шансов, что застигнутый врасплох водитель растеряется и не станет возражать против быстрого досмотра, больше, чем пройти через профессиональную охрану на входе на нефтебазу.

– Я говорил тебе, что ты гений? – улыбнулся следователь.

– Нет, но можешь сказать.

– Ты очень красивый гений.

– Я свяжусь с ГИБДД, – уходя от неудобной темы, Аля встала и направилась к двери.

– А они тут при чем?

– Они нам помогут.

– Мы должны ставить в известность начальство о том, что ты задумала? – задумчиво протянул Свет.

– Начальство здесь ты, и ему все известно, – Аля подмигнула Свету, открыла дверь и вышла в коридор.

– Мне пока ничего не известно! – крикнул Свет ей вслед.

– Скоро все узнаешь, – донеслось из коридора, и дверь захлопнулась.

Спустя два часа они стояли на единственной дороге, которая вела к мусоросжигательному заводу или тому, что скрывалось под его видом. ГИБДД согласилась предоставить в помощь следствию машину с одним сотрудником и изобразить проверку документов.

Едва они устроились в машине, как инспектору позвонил коллега, находящийся на посту, через который проезжали грузовики, и сообщил, что один из них как раз движется в их направлении.

Инспектор вышел из машины и при появлении фуры сигнализировал ей подъехать к обочине. Представившись по всей форме, попросил у водителя документы и накладные на груз.

– А что происходит, начальник? – поинтересовался тот.

– Проверка документов, – сурово ответил сержант средних лет, который, казалось, был создан для этой работы. Непроницаемое лицо, напрочь лишенное эмоций, с неизгладимой канцелярской печатью.

– С документами все в порядке, – сообщил водитель, стараясь сохранять спокойствие.

Свет постучал в окно с пассажирской стороны, водитель опустил окно. Следователь показал ему корочку:

– Следователь по особо важным делам Светозар Яворский. Откройте машину.

– У меня все по накладной, – сообщил водитель.

– Прекрасно, – широко улыбнулся Свет. – Сейчас мы в этом и убедимся.

Водитель протянул накладные следователю и поспешил спуститься из кабины. Распахнув двери в кузов, он сделал шаг в сторону и предложил Свету с инспектором:

– Пожалуйста, проверяйте.

Аля, околачивающаяся рядом с машиной, с интересом заглянула в кузов грузовика, который снизу доверху был забит мешками.

– Что в мешках? – поинтересовался Свет.

– В накладной все написано, – буркнул водитель.

– Натрий хлорид, – прочитал сержант ГИБДД и с удивлением уставился на Света.

– Соль? – недоуменно переспросил тот и, легко забравшись в кабину, подошел к одному из мешков.

– Откройте, – приказал он водителю.

– Я не могу, – занервничал тот.

– Почему?

– Я только грузы перевожу, вскрывать ничего не могу.

– Тогда я сам вскрою, – и не успел водитель возразить, как Свет одним движением достал из кармана раскладной нож и с силой ударил по мешку. Из которого тут же посыпалась тоненькая струйка белого вещества. Свет протянул руку, набрал немного в ладонь и собрался пробовать, как Аля воскликнула:

– Подожди! А вдруг там что-то другое? Надо отдать на анализ.

Свет наградил ее долгим взглядом, и Аля поняла, что сморозила глупость. Они не имели права ничего забирать из машины и отдавать на экспертизу. И за меньшее снимали с должностей. Но и давать Свету пробовать непонятно что ей тоже не хотелось. Но не успела она отреагировать, как Свет поднес руку к