Танго эсценарида - Галина Дмитриевна Гончарова

Нельзя о таком на весь мир.

Вот ведь… предавать можно, подличать можно, а подлеца и покарать не смей! Справедливость!

* * *

Во дворец Бернардо возвращался почти королем.

Почти-почти.

Под ручку с Феолой.

Правда, сейчас бы девушку не узнал никто, в том числе и сама Феола. Алисия постаралась.

Что другое, но там, где дело идет о гриме, красках, макияже, платьях – там златовласая красотка была специалистом. Так что под руку с Бернардо шла не рыжая красотка, а роковая женщина.

Черноволосая (другая краска не легла бы на рыжие волосы, а парик слишком заметен), с сильно подведенными глазами, и макияжем, выполненным в технике «озверевший некромант».

Бледное лицо, алые губы, подчеркнутые глаза. Ничего особенного, но на таком лице и губы можно нарисовать другой формы, да и линию бровей Алисия подправила, чтобы те были пошире и сходились к переносице. Даже крохотные усики Феоле наметила.

Бывает ведь такое, и сразу понятно, почему женщина накрашена. И почему у нее глухое платье.

Видимо, волосатость… бывает! Хоть ританы об этом и не говорят, но сахарной пастой пользуются регулярно.

Платье на скорую руку соорудила Треси. Пока сестра гримировала Феолу, Треси метнулась в магазинчик готового платья рядом и схватилась за нитки-иголки.

Хавьер уже пообещал ей открыть ателье, а Бернардо и первых заказчиков.

Из готового платья, плаща и меховой шапки Треси соорудила шедевр. Платье, глухое, чтобы никто не подметил отличия цвета кожи на лице и руках девушки, с воротником-стоечкой, с недлинным, но отчетливым шлейфом, с отделкой дорогим мехом по манжетам и подолу…

Здесь подогнать, там подвернуть, зашивалось вообще «на живую» так, что Феола его и снять бы сама не смогла без ножниц. Но не протестовала. Какое – снимать? Ей и выспаться этой ночью не удастся.

Во дворце было тихо-тихо.

Как на кладбище?

Да, пожалуй. Придворные, кто поумнее, сидели по своим покоям, кто поглупее, собирались по гостиным, шептались, обсуждали перспективы, а самые глупые сейчас выражали свое сочувствие фаворитке.

Алехандра Патрисия Роблес молилась в часовне. Активно так молилась, у гроба, в который уже уложили части Хоселиуса Аурелио.

Успели организовать.

Стоило Бернардо войти, как женщина вскочила и кинулась к нему.

– Дорогой!!!

Взгляд Феолы затормозил ее на подлете. Даже провизг каблучков послышался, и дым пошел. Да что там! Таким взглядом парочку великанов остановить можно было! А может, и демона!

– Не забывайтесь, ритана, – нарочито неприятным голосом скрипнула Феола. – Увижу, что на его высочество кто-то вешается – не постесняюсь проклясть!

– П-проклясть?! – пискнула Алехандра.

– Нам, некромантам, несложно, – скучно отозвалась Феола. – Можете говорить о чем пожелаете, но держитесь на расстоянии. И ручки шаловливые уберите.

– Бернардо!!! – возопила красавица.

Алехандра явно горевала. Но относилась к той редкой породе женщин, которые умеют рыдать красиво. Никакого опухшего лица, покрасневшего носа, заплывших глаз! Даже волосы растрепались в строго продуманном беспорядке, чтобы была видна их роскошь.

– Ритана Роблес, – ледяным тоном отозвался Бернардо. – Ритана Карраско мой хороший друг. И она останется на коронацию. И будет меня охранять.

– Да-да, конечно. Я не подумала. Ты будешь… молиться?

– Я буду молиться ночью у гроба отца. Безусловно.

– Но ты же позволишь и мне… тоже?

– И вам, и ритане Карраско.

– ЕЙ?! – взвыла блондинка, понимая, что это будет кошмар. Молиться рядом с некроманткой? Это вообще возможно?! Да при взгляде на эту породу у нормальных людей судороги начинаются!

– Ритана Карраско будет меня сопровождать, сколько понадобится.

Придворные прислушивались, а кое-кто и одобрительно переглядывался. Маг-телохранитель по нашим временам не украшение, а необходимость. А уж некромант тем более!

И Карраско?

Пусть ее никто не знает, а что? Знают всех Карраско? Род большой, людей в нем много, всех не переберешь. А фамильные способности и фамильный же злопакостный характер это только подтверждают.

Алехандра тоже не была дурой, а потому смирилась.

– Да-да, конечно. Просто мне так хотелось молиться о несчастном Хосе с теми, кто любил его так же, как я…

– Вы хотите попрощаться с его величеством? – снова скрежетнула голосом Феола. – Вам его поднять? Какую часть?

Это оказалось последней каплей для Алехандры. Фаворитка ушла в глубокий обморок.

* * *

– КАК?! Ну КАК можно было допустить такую глупую нелепую ошибку?! – Мегана визжала, не стесняясь никого, даже мужа. И что? Кто ее не поймет?! Нервы у нее, нер-вы!

Это ж надо!

Половина королевской семьи полегла, а принцы – живы! Оба!!!

Игнасио поправляется, Бернардо завтра будут короновать!

Сесар поморщился. Пронзительные звуки ввинчивались под череп, заставляли вибрировать кости и мышцы.

Сильно виноватым он себя не ощущал. С чего бы? Вот еще глупости! Кто был, того и прибил, ему что – надо было ждать, пока там все соберутся? Да он и не знал, что этот самый Бернардо куда-то удрал! Так вообще не делается и не полагается! Куда там несчастному убийце всё предугадать?

По-хорошему… да он и сам предложил бы исправить ситуацию! Ясно же! Сходит ночью, ну и добьет его высочество. Но сейчас, глядя на истеричную бабу, которая просто человеческой облик теряла, идти никуда и не хотелось.

– Молча! И вообще – или заткнешься, или заткну, – не выдержал он.

Щупальца вылетели из рукавов, взмахнули перед лицом Меганы – и женщина замолчала. Все же впечатление было неприятное. Когда вот эти склизкие веревки, покрытые наростами, словно бородавками… такие, зеленоватые, неприятные! Фу!

Тут и истерика отступит!

– Не смей так говорить с моей супругой, – нахмурился Мануэль Хоселиус.

Сесар Мариано Мартин взмахнул рукой еще раз, напоминая, что он вообще-то не человек и маг. Не надо наглеть! Просто – не надо!

Мужчины осознали и прониклись. Мегана тихо икала в сторонке.

Мигель Рамон потер лицо руками, собираясь с мыслями.

– Сесар, простите. И поймите нас правильно – все сложилось очень неудачно. Епископ уже объявил, что коронация завтра. Значит, до завтра надо устранить и Бернардо и Игнасио. Вы сможете это сделать?

Сесар качнул головой.

– Не смогу. Если б они были в одном месте, было бы проще. Но они же в разных концах столицы! Это мне из госпиталя бежать во дворец? Или наоборот? Нет, на такое я не согласен. Так только до плахи добежать можно. Летать я не умею, а от моря там далеко.

С этим сложно было поспорить. Принцы переглянулись.

– Хорошо. На вас Бернардо, на нас Игнасио, – вздохнул Мигель.

Не хотелось.

Вот решительно не хотелось никого убивать своими руками! Одно дело планировать чью-то смерть, а другое, когда лично ты, с клинком… ну, не приходилось Мигелю Рамону никого убивать! По сей