Игры мажоров. Совратить недотрогу - Юлия Михайловна Герман

– Я, теть Люб.

– Откуда такая нарядная?

–Да вот, на день рождения ездили.

– Это дело хорошее, – стреляла глазами мне за спину, на стоящего позади блондина.

Я чувствовала тепло, идущее от сильного тела Державина, ощущала его энергетику, которой не могла сопротивляться. Хотелось прильнуть к нему, найти утешение в крепких объятиях и вычеркнуть из памяти весь этот день. Но душа болела от предательства. У него ведь были возможности рассказать все самому, но он не стал. Не посчитал нужным посвятить меня в такие важные детали наших отношений.

– А это, Наташенька, кто? Жених твой? – теперь уже рассматривали блондина не таясь.

– Это друг. Провожает меня, – не смотрела на Державина, но почувствовала, как он недоволен таким представлением. – Вот только теперь я не понимала, кем мы приходимся друг другу. – Тёть Люб, могли бы вы дать ключи от нашей квартиры? Я свои оставила на дне рождения и возвращаться уже не стану.

– Конечно, Наташенька, – подскочила она с лавочки и направилась к подъезду.

Блондин шагнул за мной, но я обернулась, преграждая путь.

– Пока, Державин, – встретилась с ним взглядом, увидев там молнии.

– В смысле “пока”? – растерялся он.

– Возвращайся на юбилей. Тебя там ждут. А мне нужно время побыть одной.

– Я не оставлю тебя в таком состоянии.

– У тебя нет выбора, Петь, – усмехнулась. – Пока я даже видеть тебя не могу. Дай успокоиться и тогда… тогда мы все обсудим.

Зашла в подъезд, оставляя блондину на улице и желая выть в голос от боли.

– Позвони мне! Обязательно позвони! – неслось мне вдогонку. – Ты нужна мне!

Глава 57

Пётр

– Ната, – усмехнулся, почувствовав щекотку и уже собираясь притянуть ее к себе, как вспомнил ужасный прошлый вечер.

Мотылька здесь быть не могло. Она прогнала меня, и я уехал домой. Один.

Резко распахнул веки, встретившись с карими насмешливыми глазами Миры.

– Какого хуя ты тут забыла? – сел на кровати, озираясь по сторонам и пытаясь понять, как она очутилась в моей спальне.

– Доброе утро, соня! – сделала из пальцев человечка и поставила его мне на руку, шагая вверх по предплечью.

– Мира, блядь! – дернул рукой, не желая, чтобы ко мне прикасался кто-то, кроме моей Молениной. – Повторяю вопрос для особо одаренных. Какого хуя ты забыла в моей спальне и моей квартире?

Она же а в ответ лишь тянула улыбку и наклонилась ко мне, переместив человечка из пальцев мне на грудь.

Снова скинул с себя ее руку, чувствуя, как все сильнее закипаю.

– Блядь! Ты что, говорить разучилась?

– И что ты такой бука, Пит? – прикусила нижнюю губу. – Твоя официантка совсем превратила тебя в злобного отшельника, – пыталась снова дотронуться до моей груди, но я перехватил ее руку, останавливая.

– Ты сейчас же отвечаешь, какого хера тут делаешь, – видел, как она сморщилась от моей хватки, – а затем проваливаешь. Это понятно? – отпустил, отталкивая.

Рыжая зашипела.

– Совсем с ума сошел! – нахмурилась она. – Что с тобой случилось? Где тот, Пит с которым было весело и который с радостью участвовал в любом безумстве? Что эта дура с тобой сделала?

– Я бы не советовал тебе говорить о ней хоть что-то, – понимал, что не вытерплю, сорвусь и наделаю глупостей, если услышу хоть слово о Мотыльке.

– Нужна она мне сильно, – скривилась Игнатова и села прямо на моей кровати.

– А что, блядь, тебе нужно?

– Я по тебе соскучилась, Пит, – бросила через плечо на меня взгляд побитой собаки.

– Не помню, чтобы у нас были с тобой отношения, – потер лоб, порядком подустав от этого бесполезного разговора.

– Да ладно, Державин. Нам с тобой было весело. Может, по старой доброй памяти потрахаемся? – снова зазывно выставила грудь обтянутую бордовой тканью платье.

– У меня есть девушка, – смотрел на рыжую и не понимал, какого хрена она это все устроила. Неужели так нравилось меня провоцировать.

Сначала лицо Миры исказила непонятная гримаса, а затем она расплылась в улыбке.

– Она ничего не узнает, глупенький. Неужели не знаешь, как это происходит? Хочешь, сделаю тебе утренний минет?

– Повторяю вопрос: как ты здесь оказалась? – смотрел на нее не моргая, совершенно не настроенный на идиотские шутки. Хотел выставить как можно скорее рыжую за дверь и подумать, как сделать так, чтобы Ната быстрее поговорила со мной и мы вернулись к нашим прежним отношениям.

– Мы с Никой вчера так здорово повеселились. И решили продолжить в клубе. А потом так получилось, что решили вместе приехать сюда.

– Ну ты, как я вижу, проснулась и вполне можешь ехать домой.

– Подбросишь меня? – улыбнулась она. – Я правда скучаю по тебе, Пит. Мне не хватает нашего общения.

– Вызовешь такси, – смотрел не моргая, дожидаясь, когда она наконец-то покинет мой дом.

– Серьезно? – разглядывала меня так, будто видела впервые.

– Мир, серьезно! Давай, выход сама знаешь где. Я сегодня не в настроении для всякой херни. Пока, – откинул одеяло и под пристальным взглядом рыжей прошел в в ванную.

– Козел! – донеслось мне вслед.

Плеснул в лицо водой, посмотрев в отражение, и действительно увидел там самого настоящего козла. И урода. Но блядь! Если бы я не попросил Виту устроить тот цирк в ресторане, то ничего бы с Наташкой у нас не сложилось.

Стоило только подумать об этом, как по позвоночнику пробежал холод.

Нет! Такое даже представлять страшно. Не знаю, как жил все эти годы без нее. Существовал.

А что если она не простит меня?

Волосы на теле встали дыбом от одного лишь предположения.

Услышал, когда наконец-то хлопнула дверь моей комнаты, и вышел из ванной. Нашел смартфон, проверяя на наличие новостей от Молениной. Пролистал пару десятков сообщений от ненужных людей и не нашел ничего от Наташи.

Открыл окно нашей переписки, где висели мои послания без ответа, и быстро вбил новое сообщение:

Нат, я скучаю…

Даже в дом к деду не поехал. В городе остался… Давай скорее мириться.

Отправил и так же, как прошлым вечером, в животе заледенело, когда увидел, что сообщение никто так и не прочитал.

Чтобы отвлечься, принял душ, и когда вышел, заглянул в мессенджер, но там все так и осталось без изменений. И это очень сильно настораживало.

Надел спортивные штаны и спустился в гостиную, где все еще находилась Игнатова и с обиженным видом рассказывала что-то Нике.

– Ну, я поехала, – сказала Мира.

– Что ты, девочка, оставайся еще. Никто тебя не гонит.

– Что ты, Никуся. Мне здесь не рады, – прибеднялась эта актриса.

– Пит просто не выспался. Да, Пит? – зачем-то втягивала меня в их фарс мать.