Сердце Моего Монстра - Рина Кент

На Саше свободное черное платье длиной чуть выше колен. Ее блестящие светлые волосы распущены и теперь достигают середины спины. Она ни разу не стригла их с тех пор, как снова стала женщиной.

На её ногах не особо высокие каблуки, как у остальных, но она все равно самая высокая из всей компании. К тому же самая красивая. Просто к слову.

— Твоя жена на удивление прилипчива, — я направляю свой злобный взгляд на моего брата. — Держи ее подальше от моей.

Он приподнимает бровь.

— Не уверен, что это так работает.

— Тогда найди решение, которое работает.

Он улыбается, и это удивительно озорно.

— Неужели это так плохо, что у нее появляются подруги? По крайней мере, они не те охранники, против которых ты категорически выступаешь.

— Мне не нравятся те люди, которые склонны красть ее время.

— Тебе нужна помощь.

— Да. Твоя. В форме того, чтобы помешать Кристине увезти мою жену хрен знает куда.

Даже Карина начала злиться из-за того, что не может проводить с Сашей как можно больше времени. Пока мы разговариваем, моя сестра прячется в своей комнате. Возможно, она и начала время от времени выходить из дома, но толпы людей все еще пугают ее.

— Но ведь когда-нибудь ей действительно может понадобиться круг общения за пределами тебя. Разве нет? — Константин спрашивает, как идиот.

— Нет.

— Я бы сказал, что удивлен, но это было бы ложью... — он замолкает, когда наша мама — поправка, его мать — появляется на лестнице со своим братом Яковом.

Он входит в правление семейного банка, а еще всегда игнорировал меня, в отличие от остальных ее братьев и сестер, которые поддерживали меня с самого первого дня. Включая моего старшего дядю, который является главой семьи и банка.

Юлия всегда ладила с Яковом. Он единственный брат, которого она навещала на протяжении многих лет, но в прошлом он редко приезжал сюда, потому что они с Романом страстно ненавидели друг друга.

Он начал появляться в нашем семейном доме только после его смерти.

Мое внимание возвращается к Константину, который так крепко сжимает свой бокал, что я удивляюсь, как он не разбивается на куски.

Ни для кого не секрет, что у него с Юлией натянутые отношения, поскольку он косвенно предпочел Кристину ей и женился на женщине, которую не одобряет его мать.

Но Юлии потребовалось бы чудо, чтобы возненавидеть своего золотого ребенка. Я думал, что Константин использовал этот шанс, чтобы установить некоторую дистанцию между ним и его ядовитой матерью, но, возможно, это не вся история.

Я прищуриваюсь на Юлию и Якова, затем перевожу взгляд на своего брата.

— Есть что-то, что мне нужно знать?

Он поджимает губы, но ничего не говорит.

— Константин, — я принимаю свой самый дипломатичный тон, когда смотрю ему в лицо. — Я знаю, мы не были образцовой семьей, но ты все еще мой брат. Если Яков несет тебе какую-нибудь чушь, я повешу его за яйца, прежде чем он успеет моргнуть. Тебе не нужно беспокоиться о последствиях. У меня достаточно силы, чтобы раздавить его...

— Это Юля.

— Ты хочешь, чтобы я повесил Юлю за ее воображаемые яйца?

Он хихикает, но это мимолетно.

— Будь серьезен.

— В чем проблема?

— Сегодня утром кое-что произошло, и я.. я хочу верить в то, что это ошибка.

— Я тебя слушаю.

— Она... Я уже пару раз слышал, как она что-то шептала своей горничной. Что-то насчет того, чтобы давать Крис травы, улучшающие иммунитет, и хрен знает что еще. Вначале я не придал этому особого значения, но из предосторожности предложил дать Кристине все травы, которые приготовила моя мать, а потом выбросил их в канализацию. Я попросил Крис никогда не пить и не есть в ее компании и употреблять только то, что дает ей Анна, — его кадык подпрыгивает при сглатывании. — Скажи мне, что я веду себя как параноик.

— Ты проверял эти травы?

— Сегодня я получил результаты.

— Дай угадать. Они ядовиты.

Сжатие его челюстей — это весь ответ, который мне нужен.

— Может быть, она не знала...

— Проснись, мать твою. Эта женщина никогда ничего не делает без цели. Она хочет, чтобы твой ребенок умер.

— Но это ее внук.

— А мы с Карой — ее гребаные дети. Как ты думаешь, она принимала это во внимание, когда пыталась нас убить? Ты видел как она бросилась с чертовой лестницы, когда была беременна нашей сестрой. Ты был достаточно взрослым, чтобы помнить, — я делаю паузу и смягчаю свой тон. — Она всегда была одержима твоей безопасностью и благополучием, но она терпеть не может Кристину. Она та женщина, из-за которой ты пошел против нее. Твоя мать не из тех, кто принимает отказ в качестве ответа. Она, наверное, думает, что если избавится от ребенка Кристины, у тебя не будет причин оставаться женатым и ты разведешься с ней.

— Этого не случится.

— Тогда она не остановится, пока это не произойдет.

Его грудь поднимается и опускается в интенсивном ритме.

— Что мне теперь делать? Я думаю, что Крис больше не в безопасности рядом с ней.

— Я могу выгнать Юлю.

Он делает паузу, касается своей шеи, затем вздыхает:

— Она бы попросила меня пойти с ней.

— Тогда скажи «нет», ублюдок. Если только ты не в настроении стать свидетелем трагедии?

— Конечно, нет.

— Тогда я сделаю так, чтобы это произошло первым делом утром, — я чокаюсь своим бокалом с его.

Он пьет, хотя все еще кажется нерешительным. Проблема Константина в том, что он всегда пытается увидеть в Юлии хорошие стороны. Это имеет смысл, учитывая всю любовь, которую она излила на него. В какой-то момент она закончила тем, что задушила его, и он всегда ненавидел ее отношение к нам, даже если притворялся, что это не так.

— Возможно, ты захочешь подробнее узнать о Якове, — говорит Константин.

— Для чего?

— Он ее правая рука во всем, в чем я отказываюсь принимать участие.

Хм.

Интересно.

Это может быть ключом, которого мне не хватало в основе моей теории. Я отправляю Виктору сообщение.

Кирилл: Проверь местонахождение Якова во время взрыва коттеджа и любые возможные связи с Макаром.

Вскоре после этого к нам присоединяется Адриан, который тоже