Интермеццо Лина - Рита Трофимова

Лина, застигнутая врасплох внезапными откровениями Фила, задрожала. От этих слов, от внимательного неотрывного взгляда сердце её растаяло, а душа ожила, запорхала, словно недавняя бабочка на кусте Буддлея. Тихая трепетная радость наполнила всё её существо. «Неужели, неужели это случилось, и Фил действительно стал мне другом?» — подумала девочка.

Они заворожённо смотрели друг на друга и держались за руки. На Лининых ресницах дрожали капельки слезинок, а самая крупная скатилась по щеке, разбилась о руку Филиппа. Он вздрогнул и тут же отвёл глаза, но Лининых рук не выпустил, так и удерживал, будто боялся потерять возникшее между ними доверие.

— Филипп! — прогремел голос дяди Эдика, разрушив момент хрупкого волшебства. Лина испуганно вздрогнула, Фил отстранился. Мужчина остановился за спиной сына, и Лине открылся его грозный вид.

— Концерт окончен, отпусти девчонку и иди ко мне, есть важный разговор, — строго сказал он.

Фил изменился в лице, а взгляд его стал холодным и колким. Он медленно разжал пальцы и повернулся к отцу.

Глава 30

— Нет, нет и нет, — категорично заявила Эла, подкидывая один за другим веские аргументы, — ты ещё маленькая, будут в твоей жизни и не такие игры, к тому же мне по дому помощь необходима, завтра утром уезжаем, а тут ещё столько работы, и дом прибрать, и фрукты уложить!

Лина молчала. Она и сама сомневалась после вчерашнего недоразумения с Филом. Да и ослушаться не могла. Ведь Эла права: слишком много дел нужно переделать, ей одной не управиться. Значит, так тому и быть, придётся остаться дома.

Занятие с тётей Мариной перенесли на утреннее время. Ровно в десять, как и договаривались, Лина отправилась к Полянским.

Во дворе уже собиралась команда Фила — «Слоны»: Фил, Пашка, Серёга, пара мальчишек помладше, шустрых и смекалистых, незнакомая девочка лет тринадцати, а ещё… Юлька. Хотя бывшая подруга оказалась в команде Фила скорее из недоверия.

Это был хитрый ход «Слонов». «Болтун — находка для шпиона», — шутил Розин в присутствии самой Юльки, не таясь, со стёбом, с целью задеть. Хотя Лина подозревала: нравится ему Юлька — вот такая вертлявая и болтливая, но, конечно же, красивая, яркая девочка. Юлька же заносчиво фыркала, но, с другой стороны, благосклонно принимала его внимание.

Все они облачились в хаки, камуфляжные штаны и обязательные чёрные банданы. Девчонки слились с ребятами в единой цветовой гамме, их выдавали лишь длинные волосы, собранные в хвосты да миловидные мордашки. Группа увлечённо обсуждала предстоящую игру, оттого-то Фил не сразу обратил внимание на притаившуюся возле калитки Лину. Девочка прижимала ноты к груди и с любопытством изучала ребят. Как же ей хотелось поиграть! Она бы точно не подвела, старалась изо всех сил.

Наконец Лину заметил Филипп. Лицо его вмиг просветлело, а в глазах засияли смешливые искорки. Он оторвался от приятелей и решительно направился к ней.

— Ты с нами? — не здороваясь, спросил Фил, окинув Лину взглядом — она была одета совсем не для игры: в ярком сарафанчике на тонких бретельках и босоножках. — Если ты с нами, то так не пойдёт, — серьёзно сказал он, — нужно переодеться.

— Нет, — с сожалением вздохнула девочка, — Эла не разрешает, но мне бы очень хотелось.

— А убежать слабо? Хотя ладно, Одуванчик, лучше не нарушать…

Фил подмигнул ей напоследок и вернулся к друзьям.

Всё занятие тётя Марина выглядела рассеянной, будто озабоченной чем-то. Неглубокая складка пролегла между бровями, а пальцы нервно постукивали по подлокотнику. Однако женщина легко улавливала мелкие оплошности игры и вовремя вставляла замечания.

В перерыве между гаммами и полонезом она наконец улыбнулась и как бы между прочим сообщила радостную новость:

— Линочка, а серьги-то я нашла. Они в моей сумке лежали, в той самой, которую я брала с собой, когда мы Марту отвозили в больницу. Я, видимо, их сама туда и положила, да из головы вылетело.

У Лины будто груз с плеч упал. Всю дорогу домой она мечтательно улыбалась и прокручивала вчерашнюю сцену с Филиппом, лишившую её сна.

«Значит, это всё же не Филипп, — облегчённо вздыхала девочка. — Всё же вот он какой! Никогда не поймёшь, что у него на уме! И эти бабочки…»

Отсутствующий вид дочери не на шутку озадачил Элу.

— А ну-ка, красавица, бери авоську и иди собирай яблоки возле ворот, да смотри, чтоб целые были и не червивые! — скомандовала она, и девочка задумчиво отозвалась:

— Да я и на дерево могу залезть.

— Окей, вперёд, а я пока обедом займусь.

Лина забралась на самую высокую и крепкую ветвь старой яблони, поудобнее устроилась в развилке, потянулась к мелькающим среди зелёной листвы круглым розовым бочкам, но взгляд её блуждал по окраине леса. Где-то там уже вовсю шла игра.

Неожиданно на дороге послышались голоса, к дому Альтман приближались двое ребят, тех самых, что постоянно ошивались в Юлькиной компании.

«Соперники Фила — 'Фениксы», — догадалась Лина, припомнив вчерашний рассказ Филиппа.

— А мы — «СЛОНы», — с запалом говорил тот, подкрепляя слова крутым «пацанским» жестом.

— Почему «Слоны»? — рассмеялась Лина.

— Самый Лучший Отряд Наш — вот что это значит, в названии и девиз, а «Фениксы» — те горят, — как на духу произнёс Фил.

Теперь же Лине довелось увидеть «Фениксов» своими глазами. Они были одеты в чёрные футболки и лёгкие вязаные шапочки в полоску. Игроки остановились возле забора, метрах в пяти от девочки, ей даже прислушиваться не пришлось.

— Ай, пятку уколол, — посетовал парнишка.

— Я ж говорил, надо было кроссы надеть, — возразил второй.

Тот, что повыше, нагнулся к ступне, и футболка его задралась, обнажив золотую дощечку, так похожую на хрисовул. Она торчала из-за пояса и поблёскивала на солнце.

Глаза Лины округлились от удивления, а душе зародились сомнения.

— Ну ты придурок. — Одёрнул футболку напарник. — Вдруг кто увидит, тогда нам капец.

«Фениксы» покосились на окна дома и забор.

— Никто не узнает, все уже там. Юлька здорово придумала.