Ключ к сердцу - Саманта Саксон

Джульет уже больше ни о чем не думала, перед ее глазами стоял образ мрачного Шеймуса Маккаррена, дающего свадебные обеты ничем не примечательной леди Джульет Первилл.

Это был кошмар, а Фелисити продолжала сгущать краски на этой безобразной картине.

– Он на тебе женится, а потом ты сможешь жить в его городском доме, это совсем недалеко от нашего. – Джульет не находя слов, смотрела на кузину. – И если ты еще не потолстела, то скоро потолстеешь. А если я когда-нибудь выйду замуж, мы сможем вместе растить детей как растили нас.

Фелисити все еще описывала детали их будущей жизни, когда Джульетт упала на колени, что заставило кузину посмотреть на нес и спросить:

– Что ты делаешь?

– Молюсь. – Джульет закрыла глаза и молитвенно сложила руки. – Молюсь, чтобы Бог убил меня на этом самом месте.

– Не говори таких ужасных вещей, – ахнула Фелисити.

Но в эту минуту Джульет так не думала, она только хотела, чтобы этот день никогда не наступил.

Приняв ванну, Шеймус через голову натягивал рубашку, когда дверь его спальни открылась.

– Ты все еще здесь? – взглянув на Кристиана, спросил он, и рывками стал заталкивать полы рубашки в свои лосины.

– Все еще здесь, – подтвердил Сент-Джон, направляясь к креслу. – Ты не возражаешь, если я побуду с тобой?

– Возражаю, – сказал Шеймус, но это было неправдой. Он был рад обществу, но ему не хотелось говорить о прошлой ночи. Как и о Джульет. – Я не видел Йена в вашей веселой компании.

– Он уехал на выходные. – Кристиан налил обоим бренди в высокие стаканы. – Я полагаю, это как-то связано с просьбой твоей невестки подобрать подходящих женихов для ее бала.

– Подходящих женихов? – Шеймус набросил на шею галстук. – Да леди еще не понимает, какой ужас внушает это слово светским джентльменам.

Сент-Джон отхлебнул бренди, а мистер Маккаррен затягивал шелковую петлю на своей шее.

– А какие мысли вызывает брак у тебя?

Шеймус отдернул руку от галстука.

– Проклятие! – Он уставился в зеркало на смятый галстук, лишь бы не смотреть на своего проницательного друга.

– Я позову твоего слугу, если ты ответишь на этот вопрос.

Шеймус продолжал смотреть в зеркало, зная, что ответа на этот вопрос ему не избежать.

– Не знаю. – Он отвернулся от зеркала и сел в кресло напротив Сент-Джона. – Полагаю, те же, что и у любого мужчины.

– Ладно, друг мой, – сказал Кристиан, положив ногу на ногу, – думаю, я могу тебе помочь.

– В самом деле? – спросил Шеймус, зная, что этот узел нельзя разрубить. – Каким образом?

– Женись на ней.

– Жениться на Джульет Первилл? – Шеймус рассмеялся и, наклонившись, отобрал у Кристиана стакан. – Правильно. Если бы ты не пил в такой ранний час, ты бы вспомнил, что не далее как полчаса назад ты вместе с другими тремя очень большими и влиятельными людьми решил, что сделать предложение девушке – единственное, чем я могу искупить свой грех.

– О, помню. – Кристиан выхватил свой стакан из его руки. – Но я хочу сказать: женись на ней по-настоящему. Не из чувства долга или потому, что тебя заставляют, а потому, что ты хочешь на ней жениться.

– А в чем тут разница? – Шеймус натянул сапог. – И в том и в другом случае мы будем мужем и женой.

– Послушай, – в голосе Кристиана слышалось раздражение, что случалось крайне редко, – для женщины это огромная разница, женятся на ней по любви или из чувства долга.

– Прости, но я разочарую тебя, Кристиан. Я не хочу жениться на леди Джульет.

– Почему? – Простой вопрос, на который, казалось, было легко ответить. Но это только казалось. – Леди Первилл из хорошего рода, если не считать ее отца. – Сент-Джон сбросил его со счетов. – И у леди есть дополнительное преимущество: она очень интересная личность.

– Все не так просто.

– Почему?

– Ты когда-нибудь задумывался над своим местом в жизни? – попытался объяснить Шеймус. – Я хочу сказать, кто ты в этом мире, кем тебя считают другие?

– Это просто. – Кристиан поднял стакан. – Я – запасной игрок.

– Правильно, именно так, а я…

– А ты – умный, – поняв его, согласился друг.

– Да, – вздохнул Шеймус, зная, что Сент-Джон не примет это заявление как проявление высокомерия. – Я – умный, всегда был умным.

– О, думаю, я тебя понимаю. – Кристиан поднял глаза к резному деревянному потолку, пытаясь выразить свою мысль. – Ты не хочешь жениться на женщине, которая умнее тебя?

Шеймус застыл, пристыженный этим нелестным предположением.

– Это не совсем то, что я имел в виду…

– Претендует на твое место в мире, если можно так сказать?

– Да, полагаю, что так, – проворчал Шеймус, а Кристиан рассмеялся, как смеются над кем-либо их добрые друзья, такие как Кристиан.

– Боже милосердный, Шеймус. – Друг покачал головой. – Я молю Бога, чтобы я женился на женщине намного добрее, умнее и, черт побери, красивее меня. – Кристиан усмехнулся. – Хотя если моя жена окажется большей бездельницей, чем я, то, может быть, это вызовет у меня желание соперничать с нею.

– От твоих слов я чувствую себя мелочным человеком, Сент-Джон.

– Ты довольно мелочный и высокомерный и в данный момент… чертовски глупый. Эта девушка – прекрасная пара для тебя, Шеймус. – Кристиан дважды постучал пальцем полбу, поясняя свою мысль. – Ты влюблен в Джульет Первилл, влюблен так, что сам этого не понимаешь. Если девушка умнее тебя, то тебе придется проглотить свою проклятую гордость и найти другое место в жизни, рядом со своей умнейшей женой.

Шеймус молчал, лишившись дара речи от истины, заключавшейся в неожиданной мудрости Кристиана.

Он был влюблен в леди Первилл и в глубине души признавал, что именно поэтому он вчера ночью обладал ею, как своей собственностью, своей ровней, своей любовницей и своей будущей женой.

А не этого проклятого Барксдейла.

– Спасибо тебе, Кристиан, – сказал он, тяжесть вынужденной женитьбы свалилась с его плеч.

– Всегда рад помочь, безмозглый ты тупица.