Случайная жизнь - Лидия Лукьяненко

– Ты что? – запротестовала Катя.

– Тогда какого рожна тебе надо? – грубо спросила Вика. – Егор – мужик положительный. Не пьет, не курит. Деньги приносит?

– Всю зарплату отдает.

– Так что тебя не устраивает? А что зарабатывает мало, так это ты и раньше знала. Сама найди работу получше. Я, например, пока зарабатываю больше Жорика. Но это пока. Он у меня перспективный. Я собираюсь в декрет года на два как минимум. Женщина должна побуждать мужа зарабатывать деньги. Надо капать им на мозги потихонечку, каждый день: мебель надо, шубу надо, машину надо… Вот тогда у мужа не будет времени пить и налево бегать. Задачи будут, которые нужно решать каждый день!

– И когда ты успела стать такой мудрой женой?

– Язви, сколько хочешь, но я права. Тебе вон ремонт в квартире делать надо да квартирантов туда пустить. Вот вам и доход. Будет на что в декрете сидеть.

– Ты не представляешь, какой у нас сарай! Не знаю, где там детскую кроватку приткнуть. Хлама – по уши. И ничего не дает выбросить.

– Мы с Жорой придем к вам в гости, – заявила Вика. – Посмотрим, в каких ты условиях рожать собралась. И всыплем твоему мужу по самое «не могу». Не дрейфь, сестричка! Прорвемся!

После их разговора Кате стало легче. Все-таки она не одна, а Вика, какой бы резкой и нетерпимой она ни была, – ее сестра. И они, что не говори, похожи – одна кровь. Даже влюбились в одного и того же мужчину, и ни одна его не выбрала. Хотя каждой из них он предлагал это в той или иной степени.

Слова сестры убедили ее. Ну и что, что она не любит Егора? Не нужно на этом акцентировать внимание. Вика тоже вышла вроде без любви, а теперь довольна. И у них все наладится. Вика права, это раньше она могла дурить, пока одна была: люблю – не люблю, хочу – не хочу… А ребенку нужен отец.

Объясняться с Егором не пришлось. Когда она доехала домой после работы, он уже все знал: Вика позвонила.

– Я рад, – говорил он, словно оправдываясь. – Я правда рад…

«Вика уже начала воспитывать его», – поняла Катя.

– Вика сказала, что они хотят прийти к нам в гости в субботу.

– Я знаю. Ты будешь дома?

– Конечно! – с наигранным энтузиазмом воскликнул Егор. – Я тебе помогу. Не можешь же ты в своем положении таскать сумки с продуктами.

Да, вмешательство родных имеет иногда и положительные стороны. Вика и Жорик пришли на ужин. Жорик повзрослел, похудел, отпустил тоненькие черные усики для солидности. Отношения у них были прежние: Вика вертела им, как хотела, а он только счастливо улыбался. Вика упорно вела свою линию – ужасалась состоянием квартиры и убеждала Егора, что будущему ребенку и его матери очень вредно жить в таких условиях. По ее утверждению, книжная пыль – самая вредная, а библиотекари и работники архивов все сплошь умирают от туберкулеза. Вика несла абсолютную чушь, но настолько уверенно, что даже такой умный человек, как Егор, поддался ей и с виноватым видом поглядывал на Катю.

– Но мне все это нужно для работы, – оправдывался он.

– Ну и неси на работу, – отвечала Вика. – Пусть тебе там шкаф под это дело выделят, что ли. Или кладовку. Работа – она на работе. А дом – для жизни. А как здесь жить? Да еще с ребенком! Где здесь можно поставить кроватку, пеленальный столик?

Она возмущенно оглядывала комнату, в которой они сидели.

– Кроватку мы поставим в спальне, – неуверенно предложил Егор. – А пеленать можно и на этом столе.

– Ты что? – напустилась на него Вика. – Пеленать ребенка нужно рядом с кроваткой и обязательно на специальном столе. И зарядку на нем делать, и массаж. Но не возле телевизора. Ты что, собираешься с первых дней облучать собственного ребенка?

Кате показалось, что в глазах Егора мелькнула паника. Он не ожидал, что появление потомства связано с такими бытовыми неудобствами. У него закончились аргументы, и весь оставшийся вечер он помалкивал.

– Ничего, ничего, – шепнула сестре Вика перед уходом. – Пусть думает. Привыкает. Пусть он тебе создает условия, а не ты ему. – И уже громче добавила: – Береги себя, сестра. Егор! Береги Катю.

Через день Егор сдался.

– Знаешь, – сказал он, – ты у двери складывай, что надо унести. Мне на работе место под литературу выделили.

Но в отношении новой квартиры Егор по-прежнему вел себя так, словно ее вообще не было. На предложение Кати съездить посмотреть, что там нужно сделать в первую очередь, он не реагировал или ссылался на занятость.

– Пойми, пока там нет ремонта, мы не сможем ее сдавать.

– Катюша, – сдержанно отвечал он, – но это ведь твоя квартира. Ты же знаешь, я вообще был против развода.

– При чем здесь это? Когда я уйду в декрет, на что мы жить будем?

– Я же тебе всю зарплату отдаю.

– Но ее даже на питание не хватает. За квартиру я плачу из своих. А бытовая химия, мелочи для дома? Я уже не говорю про одежду! У тебя даже костюма приличного нет.

– Как нет? А серый?

– У него уже локти блестят.

– Ну и что? Меня устраивает.

– Мне зимние сапоги нужны.

– Купи.

– На что? Мы все тратим.

– Значит, ты неэкономная хозяйка.

– Да как тут сэкономишь, когда цены такие! И платить теперь нужно за две квартиры.

– Вот видишь? Зачем была нужна эта квартира? От нее одни убытки. Продай ее – вот тебе и деньги.

– А если Вера завтра вернется?

– Чего вдруг она вернется? А насчет расходов, то тут нужно вести строгий учет. Ты живешь не по средствам. Мы с мамой мясо ели два раза в неделю – и ничего. Умеренность полезна для здоровья.

– А я ела, что хотела. А теперь беременной должна поститься?

– Я этого не сказал. Но без дорогой колбасы и вырезки можно обойтись. Покупай куриные потроха или суповые наборы. Нужно готовить первое, а не тратиться на колбасу.

– Я готовлю. Но я еще и работаю! – вскипела Катя.

– Можешь не работать, – ответил Егор. – Я же зарабатываю.

– А жить на что будем? На твою зарплату?

– Но мы же с мамой и Верой жили…

– Так и Вера ведь работала, а мама пенсию какую-никакую получала. Кроме того, она находилась весь день дома, могла готовить.

– Ты все время ищешь себе оправдания, – наставительно, но терпеливо сказал Егор. – Вместо того чтобы прислушаться к советам и пересмотреть манеру ведения домашнего хозяйства, ты упорствуешь и стоишь на своем.

После таких перебранок Кате хотелось уйти куда глаза глядят и никогда больше его не видеть. Но куда было идти? В пустую квартиру с бетонными полами и голыми стенами? Жорик, когда забирал мебель, по распоряжению Вики отвез туда ее кровать, бабушкин комод и швейную машинку.