Случайная жизнь - Лидия Лукьяненко

– Пусть пока там стоит. Кровать-то новая, машинка тебе пригодится. А комод мне жалко стало оставлять. Он симпатичный, хоть и громоздкий, – сказала Вика. – Антиквариат!

Куда было уходить?

Катя иногда наведывалась в свою квартиру. Сидела в комнате у окна на тумбе швейной машины и смотрела на озеро и синеющую вдалеке полоску реки, зеленые склоны. Это было ее место. Ее дом. Она чувствовала себя здесь гораздо спокойнее и увереннее, чем у Егора. Вытирала пыль на подоконниках, подметала пол. Ради этого пришлось купить некоторые мелочи: веник, совок, несколько чашек. Брать у Егора ничего не хотелось. Как-то она заглянула в старую квартиру. Там уже никого не было. В их комнате оказалось еще много вещей. Вика оставила бо́льшую часть кухонной посуды: они с Жориком купили новую. На окне висел тюль, на стенах картины: портрет старика и натюрморт с фруктами.

– Вика, ты чего картины не забрала? А если бы украли? Я взяла их пока к себе, – позвонила Катя сестре.

– Себе и оставь.

– А может, они дорогие?

– Это вряд ли. Хорошие картины в таких рамах…

– Ну, натюрморт, возможно, и ерунда. А портрет старика?

– Сомневаюсь.

– Тогда я повешу их у себя. Все-таки память…

– Как хочешь. Я на них не претендую.

– А если окажется, что они дорого стоят?

– Продай. Хоть на ремонт хватит. Все-таки ты в худшем положении, чем я.

– Чего это? Ты же сама говорила: у нас все одинаково – квартиры, дети, мужья.

– По внешним признакам только. У меня двухкомнатная – своя. А у тебя – его. Про детей пока говорить рано. А что до мужей… Конечно, Егор не Жора.

– Понятное дело. Он – Егор.

– Ты же понимаешь, о чем я.

– А кто меня уговаривал? Муж, мол, отец ребенка…

– А что не так? И муж, и отец. Но, если честно, я бы с таким Егором… Где ты вообще его надыбала?

– С Вадимом поскандалила в парке, бежала домой и на Егора налетела.

– И тут Вадим! Прямо судьбовершитель какой-то. Тебя толкнул в объятия Егора, меня – Жорика. Ну, я допустим, не в обиде. А вот ты…

– И я. Егор – положительный человек. Сама говорила: не пьет, не курит.

– Говорила, но…

– Не переживай. У меня все хорошо.

Картины и прочее она перевозила частями. Много ведь не поднимешь, а помочь некому. Егор устраняется. Не Вадиму же звонить. Он больше не тревожил ее. Значит, смирился и с ее выбором, и с женитьбой брата. Все правильно. У нее своя жизнь, у него своя.

Она залезла на тумбу-машинку и вбила четыре гвоздя: на два – картины повесила, на другие два – старый карниз приспособила. Тюль выстирала. Ничего, что недорогой, зато веселенький – с голубыми цветочками. С каждым приездом квартира становилась все роднее. В кухне прямо к оштукатуренной стене Катя прибила полки, которые забрала из общей кухни. Полки принадлежали Таисии. Она их не взяла – значит, не нужны. На полку поставила посуду. Кастрюли сгрузила в углу.

Долго находиться в квартире было невозможно. Не было ни лампочек, ни унитаза, ни воды. Катя, зайдя за квитанциями в ЖЭК, поинтересовалась, есть ли в доме электрик.

– Конечно есть. И электрик, и сантехник. А как же!

Она начала с электрика. Он справился довольно быстро, и вскоре в квартире были лампочки и розетки с выключателями. Стоило это не так уж дорого. Окрыленная первым успехом, со следующей получки Катя купила унитаз. Она экономила на питании, в конце концов, Егор сам на этом настаивал. Вела учет до копейки. Ели супчики и кашки. Мясо – два раза в неделю. Суповые наборы и куриные потроха. Сам хотел, пусть радуется. Мыло, шампунь, порошок – все самое дешевое. Зато в квартире установила раковину со смесителем. Пока только в ванной. Но это уже был прогресс. В такой квартире можно жить. У них в деревне и этого нет. Вода – из колодца, туалет – во дворе, мыться – в корыте. Ничего, выжили. Мама двух детей так подняла. Она что, одного не поднимет? Странно, но пока даже в мыслях Катя не могла себе представить, каким отцом будет Егор.

Как-то Егор пришел домой не один. С ним пожаловал худой высокий мужчина в очках и почти лысый.

– Это Костя, мой коллега, – представил Егор. – У него к тебе дело.

– Ужинать будете?

– Конечно.

Ученые мужи послушно хлебали вчерашний супчик, ели вермишель по-флотски и обсуждали дела в лаборатории. Катя сидела в уголочке и записывала в блокнот предстоящие расходы по новой квартире. Из этого приятного занятия муж выдернул ее неожиданным вопросом:

– Возле твоего нового дома метро уже пустили?

– Пока нет. Обещали в следующем месяце.

– Видишь? – повернулся Егор к Косте.

– А в чем дело? – насторожилась Катя.

– Да вот Костя хочет снять у нас квартиру.

– Костя?

– Да, – подтвердил Егор.

Костя кивнул.

– Я могу оплачивать коммунальные услуги, – сказал он, – если вам в тягость.

Катя растерялась. Она, конечно, говорила мужу, что квартиру можно сдавать, но в последнее время она так привыкла проводить в ней все свободное время, что совершенно забыла об этом. Там были ее книги, ее вещи, даже спортивный костюм и тапочки. Постельное белье, старый бабушкин плед, маленький приемник, который она купила, когда жила в общежитии. Это был уже ее дом, хотя в кухне еще не было даже стула. И когда становилось совсем невмоготу слушать занудство Егора, она уезжала туда, лежала на своей кровати, мечтала, делала что-то… Заниматься своей, именно своей квартирой доставляло ей такое удовольствие! И теперь впустить туда совершенно постороннего человека, чтобы он платил за нее квартплату… Катя сдержала слова негодования и с натянутой улыбкой спросила:

– Костя, а вы вообще в курсе, сколько стоит аренда квартиры в городе?

Егор посмотрел на нее укоризненно, а Костя смутился:

– Конечно знаю. Я снимаю комнату возле института. Но там же у вас нет ремонта.

– Не только ремонта. Там даже унитаза нет. И лампочек, и патронов, и плиты, – принялась перечислять Катя.

Егор никогда не был в квартире и ничем не помогал, сколько она ни просила. И Катя справедливо полагала, что он не мог знать о происшедших там переменах.

– Я не знал, – растерялся Костя.

– Так что сдать ее за одну квартплату я могу только тому, кто сделает там полный ремонт: сантехнику установит, обои наклеит, линолеум положит. А если все это будет сделано мною, то я сдам ее за соответствующую цену.

Услышав ответ хозяйки, гость заторопился и быстро ушел. Как только дверь за ним закрылась, Егор напустился на Катю с небывалым раздражением:

– Как ты себя ведешь! Я от стыда чуть сквозь землю не провалился!