Любовь по обмену - Елена Соколова

— Ой, — восклицает она, когда доска приходит в движение.

— Вот так. — Тяну ее за руки за собой. — Тихонько.

— Мама! — Зоя переходит на русский. — Ой, мама!

А я качу ее по краю дороги, рассекая кроссовками ворох из желтых листьев.

— Нравится? — Спрашиваю, крепко обхватывая крохотные ладони.

Тяну одновременно за обе руки, осторожно двигаясь вперед спиной и постоянно оглядываясь.

— Нет, — пищит она.

Но на лице уже сияет робкая улыбка. В глазах — детский восторг от происходящего.

— Кого ты пытаешься обмануть, Зайка? — Усмехаюсь, продолжая подтягивать ее к себе за руки. — Тебе нравится!

— Нет, — смеется она, наклоняясь вперед, чтобы не упасть.

Ветер раскидывает по плечам ее светлые волосы.

— Не ври. — Усмехаюсь, ускоряя шаг. — От меня ничего не скроешь. Ничего!

— А-а-а! — Кричит она от страха и сильнее вцепляется ногтями в мои ладони. — Нравится, да! Да!

— То ли еще будет, — обещаю.

Но тут же замедляю шаг, чтобы не пугать ее еще сильнее.

Так мы добираемся до проезжей части, переходим ее пешком, а потом продолжаем катание. Дорога до университета пролетает будто в минуту.

Холод между нами тает окончательно. На глазах — слезы от смеха у обоих, руки разжимать теперь не хочется совершенно. Даже когда Зоя спрыгивает с доски у лесенок на крыльце, даже когда ей больше не требуется моя помощь, мы не отпускаем друг друга. Смотрим в лицо, тщетно пытаемся отдышаться и перестать хохотать.

— Привет! — Разрушает идиллию знакомый голос.

Оборачиваюсь. На верхней ступени стоит Вика. Ладони Зои мгновенно, словно по команде, выскальзывают из моих рук. Хватаю скейт, и мы поднимаемся.

— Привет, — бросаю Вике на ходу. — Как дела?

— Отлично. — Как только мы поравнялись, она начинает движение с нами. — Сегодня нас официально наградят за первое место на турслете! Здорово, да?

— Угу. — Кивает Зоя, ускоряя шаг. Она прижимает сумку к груди, ее лицо снова приобретает безразличный вид. — Здорово.

— Так что не расходитесь сегодня после занятий. — Вика старательно улыбается, заглядывая мне в глаза.

— Хорошо, — говорю.

— И вот еще. — Она протягивает мне какой-то флайер. — В пятницу будет концерт. — Девушка явно нервничает из-за присутствия Зайки, смущается. — Я подумала, может… — Ловит мой взгляд и прикусывает губу. — Ты… — Отбрасывает волосы назад, замешкавшись возле двери в аудиторию. — Ладно, потом. — Отмахивается. — Спишемся.

— Э… О’кей. — Бормочу я, убирая листок в карман.

— Она хотела, чтобы ты пригласил ее с собой. — Шепчет Зоя, когда мы занимаемся свои места.

— И? — Бросаю скейт под стол. Достаю тетрадь. — А если я не хочу?

Зайка устраивается удобнее и упирает подбородок в ладонь:

— Вика — красивая. А ты… парень свободный. Думаю, вы бы подошли друг другу. Тебе, — она пожимает плечами, — стоит к ней присмотреться.

Она не смотрит на меня. Смотрит на преподавателя, который только что вошел и поставил свой портфель на стул. Вот же вредина эта девчонка!

В кабинет на цыпочках входит Маша, за ней расслабленно и почти вальяжно — Дима. Мы коротко машем им в знак приветствия и вместе со всеми затихаем — лекция (на которой я ни черта без Зои не пойму) уже начинается.

Поворачиваю голову налево и замечаю, что взгляд Вики устремлен на меня. Девушка обернулась и сжала губы в подобие печальной улыбки.

— А ты знаешь… — Прочищаю я горло и задумчиво барабаню пальцами по столу. — Пожалуй, я прислушаюсь к твоим словам, Зоя.

— Вот и правильно, — едва слышно бормочет она.

Зоя

— И я сама предложила ему приударить за нашей пиявкой, — наконец, сознаюсь я.

— Не-е-ет, — протягивает Маша.

Мы сидим на стадионе, заняли несколько сидений в самом верхнем ряду. Она вытирает с лица капли воды и громко кашляет. Только собралась попить водички, а тут я на нее эту новость вываливаю.

— Это будет справедливо, Маш. — Кутаюсь в ветровку. После обеда становится прохладно и зябко. — Он — свободный парень, нас с ним ничего не связывает. Да, может, есть какая-то симпатия, но я не уверена. Джастин очень общительный, люди к нему тянутся, и он со всеми так общается, как со мной. Так что…

— Не-е-ет, — опять выдает подруга. — Со всеми? Честно? Тогда я должна сообщить, что ты слепа!

На секунду зависаю, выхватив глазами его силуэт из десятка игроков на поле. В футбольной форме он выглядит жилистым, подтянутым и крепким. А как двигается: будто всегда точно знает, куда полетит мяч, и оказывается там в самый нужный момент. Принимает подачи ловко, передает их быстро и четко, в то время, как от его партнеров по команде мяч, кажется, отскакивает, как от дерева.

Похоже, я его идеализирую.

— И ты отдаешь такого парня в лапы этой хищницы? И еще думаешь, что это будет правильным решением? — Машка застегивает кожаную куртку под самое горло и трет замерзшие руки друг о друга. — А что ты будешь чувствовать, когда будешь видеть их вместе?

— Привыкну.

— Не знаю. — Она качает головой. — Такой красивый парень, необычный. На вид разгильдяй и наглец, а в общении душка! Девчонки наши часами готовы его слушать. От акцента балдеют. Знаешь, им ведь плевать, сколько бабла у его родителей, гораздо важнее, что он — красавчик и обаяшка. А вот Вике нет. Она хоть и предлагает ему себя открыто, но все ходы просчитывает наперед. Если вцепится — ни за что потом не отдаст. Я думала, ты будешь бороться…

— Маш, господи, ты чего? — Складываю ладони вместе. — У меня же есть Слава! Ты все время про него забываешь.

— А ты сама тоже давно про него забыла, — ворчит подруга, — только боишься себе в этом признаться. Просто сравни их, Зой. Их сравни между собой. И ответ будет очевиден. И явно не в пользу Славы.

— Маш, я не могу так поступить с ним. Это же Слава. — Мой голос становится похож на едва слышимый писк. — Он любит меня!

Она задумчиво чешет лоб. Хмурится:

— Значит, нужно честно сказать ему, что любишь другого.

— Как? — Мне кажется, что я уменьшаюсь в размерах от страха. — Сказать, что все, что было между нами в течение двух лет — ничто? Почему? Потому что приехал какой-то парень, и за месяц общения я вдруг поняла, что влюбилась? Да я Славе сказала «люблю», наверное, только через год! Когда привыкла к нему, стала доверять.

— Ты сама только что ответила на свой вопрос. — Сурикова закатывает глаза.

— Он вчера так завелся… — Я начинаю вспоминать, и все мое тело привычно покрывается мурашками. Меня колотит. — Увидел этот снимок у Джастина в соцсетях. Покраснел, будто в гнездо с шершнями лицо опустил, и давай орать на меня. Я так испугалась, никогда его таким не видела…