Репутация герцога - Сюзанна Энок

Себастьян изложил эти пункты. Написав имя Жозефины, он задумался. Если бы мир был совершенным, как бы он, Себастьян, относился к ней? Он откинулся на спинку удобного кожаного кресла. Если бы мир был совершенным, Шарлотта не таяла бы у него на глазах и не умерла бы всего через четыре года после свадьбы. Он не питал никаких иллюзий о мире, в котором живет. Но если Жозефина та, за кого себя выдает, если на миг представить, что ее отец сказал правду…

Себастьян на мгновение прикрыл глаза, потом снова вернулся к своему списку. Валентин сказал, что род Гриффинов выдержит скандал. Трудность в том, что Жозефина, эта хитрая, вспыльчивая, сыплющая сказками дерзкая девчонка, завязала его в такие узлы, что он не может черного от белого отличить. И любит ее за это.

У него перехватило дыхание. Господи! Себастьян вскочил. Слово «любовь» было не из тех, какие он употреблял с легкостью, даже в мыслях. Он мог легко признать, что Жозефина часто невыносимо раздражает его. Но она ему подходит. Она перечит ему. Бросает вызов. Возможно, хаос, который окружал ее, и заставил его почувствовать себя… живым. Наполовину безумным, но живым.

В дверь постучали.

— Войдите.

Он ожидал поверенных, но на пороге появилась его невестка.

— Себастьян, мне нужно поговорить с тобой.

— Кэролайн? Мы все встретимся сегодня вечером. Это не может подождать до…

— Я только что получила это, — перебила она, протянув письмо.

Подняв бровь, Себастьян развернул его. Прочитав, он снова поднял глаза на невестку:

— Ты приглашала ее на ленч?

— Нет. Я уже собиралась отправиться по магазинам с Энн и Джоанной, когда прибыло письмо, и лакей заявил, что ему велено ждать ответа.

Его ум лихорадочно заработал. Жозефине нужно поговорить с кем-то из его семьи перед дневной встречей. И в обществе замужней женщины ей не требуется компаньонка.

— Что ты ответила?

— Сказала, что заеду с сестрами в полдень, как она просит.

— С сестрами…

— Мы втроем уже садились в карету, когда появился лакей. Я не знала, что еще сказать, не давая Джоанне повода закатить истерику. Она и так злилась, что я знакома с принцессой и не представила ее. — Жена Закери нахмурилась. — Думаю, она что-то не смогла тебе сказать во время твоей утренней встречи с ее отцом.

— Я тоже так думаю.

— Привезти ее сюда?

Это самое удобное, но если Жозефина вынуждена была прибегнуть к такому способу связи, то, возможно, за ней следят. Он тут же отбросил желание уединиться с нею, чтобы ее отец не заподозрил, что она перешла на сторону противника. Себастьян взглянул на карманные часы. Почти полдень.

— Отвези ее к себе домой, — сказал он медленно. — Зак там?

— Да. Он просматривает с папой отчеты о животноводстве.

— Хорошо. Пусть не уходит. Я заеду поговорить с ним. Ты сможешь оставить меня наедине с Жозефиной на несколько минут, так, чтобы никто не заметил?

— Думаю, да. — Она открыла дверь. — Ты доверяешь ей, Себастьян?

Он коротко улыбнулся:

— Это очень хороший вопрос. Спасибо, Каро, что приехала ко мне с этим.

Она улыбнулась в ответ:

— Никто из нас не может предсказать, куда приведет сердце. Я рада, что ты понял это о Закери и мне. И я надеюсь… Но пока оставим это.

Шагнув вперед, он быстро поцеловал ее в щеку.

— Только постарайся держать Джоанну подальше от Жозефины. Нам еще дамской драки не хватало.

Удивленно кивнув, Кэролайн вышла и спустилась в холл, откуда доносились жалобы Джоанны, что ей не позволили встретиться с герцогом, и замечание Энн, что ей крупно повезло.

Что случилось? Когда он утром видел Жозефину, то не ощутил ничего безотлагательного, но что-то заставило ее затеять эту странную игру.

Себастьян сунул бумагу назад в ящик. Ленч мог оказаться именно ленчем. Но у Кэролайн хорошая интуиция, и сегодня он полностью согласен с ней. Что-то происходит, и это связано с Жозефиной. Как обычно. Себастьян тепло улыбнулся.

Поднявшись наверх переодеться, он взял с прикроватного столика последнюю книгу, рекомендованную Закери. «История камберлендского рогатого скота» прекрасно помогала заснуть, а название, вытисненное крупными золотыми буквами, служило оправданием визита к брату.

Когда Себастьян спустился в холл, Стэнтон как раз распахнул дверь, вошли Хакли, Суинк и Чаллингтон, его поверенные. Проклятие!

— Господа, — сказал Себастьян, взяв перчатки и шляпу у дворецкого, — у меня для вас два задания, оба нужно закончить к четырем часам. Второе мы обсудим после моего возвращения. Первое — составить договор между мной и Стивеном Эмбри, королем Коста-Хабичуэлы, что я буду ежегодно выплачивать ему десять тысяч фунтов.

Хакли, самый старший из трех, кивнул:

— Мы сразу же начнем, ваша светлость. Я могу спросить, за что выплачивается эта сумма?

— За дочь Эмбри. Мою будущую жену, Жозефину Катарину Эмбри.

Дружный вздох бесстрастной, всякого повидавшей троицы заставил Себастьяна улыбнуться. Если его брак потряс этих троих, то можно вообразить, что творится сегодня в Мейфэре. Но это, не идет ни в какое сравнение с тем, что начнется, когда свет узнает, что ее отец вор, а герцог Мельбурн женился на особе — как он начал понимать, — без благородной родословной. На простолюдинке, скажут они, хотя он с этим решительно не согласен. В Жозефине Эмбри нет абсолютно ничего простого.

Если он не придумает выхода, скандал будет грандиозный. Никто не посмеет напрямую отказать им от дома, но будут вечера, приглашения на которые затеряются, и ленчи, где старухи будут с упоением сплетничать. Для Жозефины это будет тяжело, но это лучше, чем остаться в Англии незамужней.

Так что вопрос не в том, хватит ли у него отваги поднять бурю, но в том, есть ли у Жозефины храбрость противостоять ей. И вполне возможно, что лучше позволить ей исчезнуть за Атлантикой, это надежнее любой защиты, которую он может предложить.

— Папа! — окликнула его Пип, когда он подходил к конюшне.

Конюх уже вывел Мерлина, но Себастьян повернулся на голос дочери. И нахмурился, увидев, откуда она появилась. Миссис Бичем поблизости не было.

— Ты опять выбралась через окно библиотеки?

— Дело неотложное, — запыхавшись, она схватила его за руку. — И миссис Бичем меня подзадорила.

— Тогда в чем дело?

— Ради Бога, не здесь. — Она тащила его прочь от удивленных конюхов.

— Хорошо, Пип, — сказал он, когда они почти вернулись к дому. Миссис Бичем, шелестя юбками, спешила из-за угла, но он махнул ей. — У меня мало времени.

— Сегодня утром Мэри Хейли сказала мне, что когда ты женишься на принцессе Жозефине, нам придется покинуть Англию и жить в Коста-Хабичуэле. Я не хочу ехать. — На ее серые глаза навернулись слезы.