Мой домовой — сводник - Ольга Горышина

— Я отказалась. А другая, возможно, и схватится за такое предложение. Так что работай с полной отдачей. Тебе когда в офис?

— Вообще-то в пятницу. Мне разрешили побыть с детьми. Но весь народ выходит завтра…

Я выдержала ее взгляд.

— Езжай-ка ты в контору, красотка, а то он действительно подыщет тебе замену. Если завтра в твое рабочее кресло сядет Карина, она из него не встанет!

— Он и о Карине с тобой говорил? — голос Арина дрожал.

— Нет.

У меня дрожало все внутри. Я чуть не стала заменой Карине. Пусть и на одну ночь. Какое счастье, что он забрал у меня тот бокал. Дурак, сам засыпал яму, которую умело вырыл!

— О Карине, — продолжила я, поняв, что сестра так и будет молчать, — говорила ты.

Больше говорить нам не дали отец и Андрей. О решении уехать Арина сообщила лишь за ужином, и я потом шепотом поинтересовалась, действительно ли Веселкин прислал ей эсэмэску с требованием выйти завтра на работу. Нет, на нее подействовали мои слова. Я говорила их от всего сердца. Рвение на работе еще никому не мешало.

Мы уехали утром на шестичасовой электричке, но пытались не говорить друг с другом. Даже не смотреть в лицо. На вокзале мы поехали на метро в разные стороны: она домой переодеться, а я домой к коту.

Но кот меня не ждал. Привольная жизнь пришлась ему по душе. Он раскидал по всей ванной комнате наполнитель для своего туалета и скинул с батареи мои кружева и привел их в непотребный вид. Я сгребла их на совок и выкинула в мусорные ведро, даже не расстроившись — туда им и дорога! Но вот переворачивать миску с едой было лишним! И разрывать пакет с печеньем…

— Чихунь, ну что за фигня? У тебя что, совести вообще нет?

Кот сидел в коридоре и смотрел на меня отсутствующим взглядом.

— Ревнуешь, да? Я у родителей на даче была!

Я закрыла лицо ладонями — что я делаю? Оправдываюсь перед котом…

Я вытащила из холодильника йогурт и стала завтракать. Потом проверила тесты и начала собираться на частные уроки.

— Веди себя хорошо, — пригрозили я коту.

Кот гордо прошел в комнату на разобранных диван. Я вернулась на кухню приоткрыть окно на проветривание, и за секунду до выхода из квартиры пришла эсэмэска от сестры: "Теперь тебя знает в лицо весь офис. Зато Карина у нас больше не работает. Дверь как-то удержалась на петлях. Но Виктор уже два часа отсутствует…" Я бросила телефон на стол, но он снова звякнул. Арина просто обнаглела: "Сестренка, он не у тебя случайно? А то мы всем офисом за него переживаем…"

Если бы у меня имелись лишние деньги, я бы расколотила телефон об пол, но денег не было от слова совсем, и я собрала нервы в кулак. Но мозги явно растеряла, потому что вызвала номер Веселкина, испугавшись, что тот действительно может приехать… Когда он не ответил после четвертого звонка, я, обливаясь ледяных потом, опустила руку на стол. Что я за идиотка? Чуть не выдала сестру! Откуда мне знать, что он психует… И психует по делу. Объясняться со всем офисом не входило в его планы, как и избавляться от любовницы. Впрочем, милые бранятся, только тешатся… Может, эти два часа они провели в постели.

— Алло!

Я с трудом сглотнула слюну, увидев номер звонящего. Прошло не больше минуты. Видимо, он выматерился и решил перезвонить.

— Что ты хотела, Ира?

Опять не поздоровался. Да и черт с ним! В мой голос вернулась твердость.

— Я хотела вернуть кольцо. Когда и как мы можем встретиться?

Секунды не прошло с вопроса, как мне в ухо ударил ответ:

— Никогда и никак!

И Веселкин сбросил звонок. От такой наглости я действительно чуть не лишилась телефона, но как-то удержала его в дрожащих пальцах. Отлично, Виктор Анатольевич, я положу кольцо в коробочку и якобы оставлю у вашей секретарши, пока вас не будет в офисе. Платье я уж как-нибудь пристрою. Нинке, например, отдам!

Я сунула руку в вазочку и, ничего не нащупав, подняла ее к самому носу — кольца в ней не было. Что за черт? Где оно? Чихуня? Не может быть…

Только искать кольцо стану вечером, сейчас надо бежать на уроки… Я уже сделала в группе опрос, завтра больше половины учеников собрались в библиотеку. Мой юный поклонник даже пообещал прийти с гитарой. Ничего, у нас тоже бывает весело… и без всяких Веселкиных.