На исходе февраля - Александра Миронова

— Господи, да никто тебя и не обвиняет! — не выдержал Борис и, вернувшись на несколько шагов назад, приобнял Марину и потряс ее за плечи. — Все знают, что ты делала для дочери все, что могла. Просто ей пятнадцать, просто она запуталась, просто ей на голову свалились деньги, и она сама не знает, что ей со всем этим делать. А ты взрослая, умная и ответственная, ты должна ей помочь.

Марина, не выдержав, расплакалась, а Борис обнял ее и принялся укачивать, как маленькую.

— Ну перестань, все образуется, я обязательно что-нибудь придумаю.

Так их и застали Танька с Зиной, вышедшие на улицу после рабочего дня, чтобы покурить на открытом воздухе перед возвращением домой.

— Марина? — робко окликнула ее Зина, стараясь на замечать злобный Танькин взгляд.

Она так и не поняла, что произошло между бывшими лучшими подругами, но после ухода Марины и неожиданного богатства, свалившегося той на голову, Танька оборвала все связи с подругой и объявила, что та «жлобиха и вообще человек-говно». Наверняка просила деньги, а Марина отказала. Что было в общем-то удивительно: Марина никогда не казалась Зине скрягой, и она неоднократно видела, как та помогала людям, чем могла. Скорее всего, причина заключалась в самой Таньке: неизвестно, на что она просила деньги. Наверняка на какую-то ерунду. В этой непонятной ситуации Зина была на стороне Марины и, увидев ту плачущей в объятиях видного мужчины, немедленно кинулась на помощь. Доброе сердце в мощной груди забилось в ожидании драмы: сейчас она этому негодяю устроит! Альфонс несчастный. Почему, собственно, альфонс, она и сама не могла толком объяснить, но это казалось логичным: кто еще мог прибиться к одинокой состоятельной женщине в столь короткие сроки?

— А ну-ка отойди от нее, — рявкнула Зина, отбрасывая недокуренную сигарету и кидаясь грудью на амбразуру. Танька, шокированная и немедленно привлеченная увиденным, ринулась вслед за ней и заголосила с тайной радостью, все еще помня об обиде:

— Мариночка, он тебя обижает? Ах ты сволочь, все вы мужики такие, а ну-ка, отошел от нее, быстро!

Зина и Танька ввинтились между рыдающей Мариной и растерянным Борисом словно ледоколы, бороздящие просторы Антарктики.

— Дамы, вы все неправильно поняли, — попытался было объяснить Борис, но Танька, почуяв азарт и знакомое чувство жалости, которое всегда было основным двигателем их с Мариной отношений, тут же набросилась на него:

— А что тут понимать? И так все ясно, обидел ее!

— Нет, нет, девочки! Кира пропала! — в отчаянии крикнула Марина.

Зина и Танька, уже готовые броситься на Бориса и показать ему, где на самом деле зимуют раки, застыли, а потом наперебой кинулись к непутевой подруге, которой даже при наличии денег не везло (и в этом было большое облегчение и утешение). Перебивая друг друга, принялись расспрашивать, что да как.

Спустя десять минут все бывшие сотрудники, среди которых Марина разглядела и несколько новых лиц, были в курсе происходящего, наперебой предлагали свою помощь и излагали теории, где же может быть ее дочь.

Новый охранник вспомнил, как прошлой весной нашел труп в лесу, гуляя с собакой, но на него сразу же зашикали, а Гуля даже любовно стукнула в массивное плечо, глазами сигнализируя, что подобные воспоминания неуместны.

Звучали и дельные предложения: обратиться на телевидение, распечатать листовки и развесить их на столбах. Две молоденькие продавщицы предложили разместить объявление в социальных сетях. Борис стоял в стороне, пораженный той кипучей энергией и симпатией, которую испытывали к Марине люди. А ведь все они были с ней задолго до того, как она разбогатела. Что же случилось после? Неужели Марина отвернулась от них? Он не мог и не хотел верить в подобное. Не желал разочарований. Марина рисовалась ему этаким наивным идеалом, не чинящим зла и плывущим по течению, будучи совершенно не способным справиться с бурлящими волнами. Одной из них ее в результате вынесло на незнакомый берег и чуть не расплющило о скалы.

— Зоя, — улучшив момент, тихонько шепнул он на ухо растерявшейся Марине.

— Да, точно, — тряхнув головой, опомнилась она и обвела взглядом толпу — Зои среди собравшихся вокруг сотрудников не было.

— А Зоя… — начала было Марина, но Танька тут же перебила ее:

— В отпуске она, неделю уже носа на работу не кажет, хоть отдохнем от нее.

— А кто-нибудь знает, где она живет? Мне очень нужно поговорить с ее сыном, — в отчаянии воскликнула Марина.

Толпа загомонила, выясняя, кто в курсе места обитания начальницы, и лишь новенькая из отдела кадров предложила вернуться и посмотреть информацию в личном деле.

К дому Зои подошли гомонящей толпой. Каждый хотел помочь и поучаствовать, и все это невольно заставляло Марину вспомнить о том дне, когда она собирала деньги для злополучного лагеря. Удивительно, как беда объединяет людей. Но, несмотря на массу сочувствующих, идущую рядом с ней, Марина сомневалась, что в ней много настоящих друзей, ведь все они пропали после ее неожиданного везения. Хотя сейчас было не время размышлять об этом. Надо было поблагодарить всех за поддержку и решить, как их удержать подальше от жилища Зои, ведь той совсем не понравится столь пристальное внимание всего коллектива. Проще говоря, вряд ли она когда-нибудь простит Марине, если все в магазине узнают, как она живет.

— Стойте. — Словно Моисей в пустыне, Марина остановилась и, раскинув руки, попыталась остановить толпу, следующую за ней. — Стойте!

— Что случилось? Кируся позвонила? — вскинулась Танька, но Марина покачала головой.

— Дальше я пойду сама, — решительно заявила она.

— Почему мы не можем заглянуть к Зое? — удивилась Зина, а Танька тут же захихикала:

— Сейчас как выяснится, что Зойка наша с миллионером живет и на Порше ездит, так мы тут все и умрем от зависти!

— Почти, — серьезно кивнула Марина, а Танька с удивлением посмотрела на нее, а потом на Зину, открывшую рот.

— Правда, что ли? — с сомнением переспросила та.

— Вы близки к истине, — туманно ответила Марина. Пусть уж лучше завидуют Зое, чем жалеют.

Гомонящая группа поддержки остановилась, а Марина с мольбой посмотрела на Бориса. Тот понял ее без слов.

— Так, дамы и господа, — распорядился он, — идем со мной вон туда, — он кивнул в направлении небольшого сквера. — Откроем штаб на ближайших лавочках. Марина быстро заглянет к Зое, поговорит с ее сыном и присоединится к нам, а вы поможете мне создать объявление в сети и распространить его. Кто тут умеет красиво выражаться?

— Я стихи пишу, — застенчиво призналась Зина и покраснела, поймав на себе взгляд грузчика Анатольевича.

— А у меня, между прочим, в школе пятерки были по сочинениям, — приосанилась Танька, подходя поближе к Борису и наваливаясь на него полной, недавно все-таки сделанной, грудью. — А что писать-то?

— Я все объясню, — коротко кивнул Борис и увлек Таньку за собой, подмигнув над ее головой Марине.