Ложь за ложь - Елена Хантинг

Лейни

Неожиданный визит родителей в Чикаго меня и обрадовал, и опечалил. Обрадовал потому, что они лично убедились – Эр Джей не устает доказывать, что хочет быть со мной и растить сына. А печаль началась после отъезда мамы и папы, потому что, хоть и сводили они меня с ума своим отношением, я по ним скучала. Меня вовсе не тянуло вернуться под отчий кров, где надо мной тряслись, как над беспомощным ребенком, но я бы с удовольствием виделась с ними чаще. Простого решения тут не было, раз Эр Джей играет за Чикаго. С началом сезона ему предстояло много ездить, но этот город давно стал ему домом.

Папа не раз спрашивал, что я намерена делать после окончания контракта с океанариумом. Моя вакансия изначально создавалась как временная, в рамках исследовательского проекта, и препятствий к выполнению намеченного объема работы у меня не имелось, даже если перейти на неполный день, как предлагал Эр Джей. По завершении проекта мне надо было искать работу, если, конечно, океанариуму не понадобится новое подробное исследование брачных привычек морских млекопитающих (сразу скажу – это маловероятно).

В таком городе, как Чикаго, поиски работы не должны стать проблемой, тем более с тремя дипломами, но из-за волнения я плохо прохожу собеседования, и нет гарантий, что на новом месте мне создадут такие же прекрасные условия. Пока что я не очень беспокоилась по этому поводу; на работе сосредотачивалась на своем исследовании, дома – на моем бесценном Коди, а рядом с Эр Джеем – на том, что я все сильнее влюблялась в него.

Мы все чаще бывали вместе. После отъезда моих родителей прошла неделя, и я трижды ночевала в доме Эр Джея. С ним, в его спальне. И все три раза у нас был секс.

Сейчас мы лежали в обнимку в его кровати. Коди спал в смежной детской, Эр Джей просматривал новости хоккея, а я освежала знания о процессе ухаживания у дельфинов. С целью завоевать расположение своей дамы дельфин-самец преподносит ей подарок (но не цветы и шоколад, как у людей, а, например, морскую губку).

Когда Эр Джей принимался объяснять мне правила игры в хоккей, мне казалось, будто он говорит на иностранном языке. Никогда не понимала спорт.

– Твои родители далеко от Сиэтла?

Я подняла голову, оторвавшись от статьи.

– В хорошую погоду на машине часа два с половиной, а что?

– Просто спрашиваю. – Эр Джей отложил телефон и оперся на локоть: – Нам пора поговорить о начале сезона.

– Хоккейного?

Он кивнул.

– Скоро начнутся товарищеские игры. Я очень хочу, чтобы ты пришла с Коди. Многие жены и подруги наших игроков приходят с детьми посмотреть тренировки.

– Там будет очень людно? – Пальцы сами собой потянулись к губам. За прошедший год я научилась справляться с тревогой, но ледовая арена с тысячами зрителей – это не группа экскурсантов в океанариуме, не переполненный автобус и даже не торговый центр, которых я до сих пор по возможности избегаю (признаться, я всячески избегаю двух вышеперечисленных вариантов из трех).

– На тренировках трибуны почти пустые, поэтому я и хочу, чтобы ты пришла. Я знаю, ты боишься толпы, но сейчас на арене не будет такого безумия, как на играх чемпионата. Даже товарищеские матчи полных трибун не собирают. Тебе надо увидеть своими глазами, что такое хоккей, и понемногу привыкать. Обещаю, будет интересно.