Падающий цветок - Элен Форс

+++

Я не издаю и звука, боюсь даже дышать. Все покалывает от напряжения. Не хочу спугнуть Ахмеда, чтобы он перестал говорить.

- С Джанной мы разведемся, наш брак признают не состоявшимся. После чего ты возьмёшь мою фамилию. Согласно законам нашего Эмирата, ты стала Аль-Мактум в тот момент, когда родила Мустафу, потому что наложница, родившая наследника становится законной женой Эмира. – с этими словами лицо Ахмеда теплеет от легкой улыбки, обнажающей его идеально ровные зубы. – Но я хочу, чтобы по законам всего мира, ты была законной моей женой. Заметь, Малышка, это не предложение, это ультиматум, который я даже не буду обсуждать.

Во рту пересыхает, а вот ладони мои наоборот становятся влажными от волнения. Глаза также застилают слезы. Что-то невероятное происходило со мной от его слов, меня накрывало с головой.

- Мы станем семьей? – моргаю очень часто, чтобы просушить слезы и не расплакаться, от чего выгляжу очень комично. – Без любовниц, наложниц, жён и других ваших правил?

- Мы уже семья. – поправляет меня Ахмед и выбрасывает окурок на проезжую часть. – И я повторюсь, я не хочу, чтобы ты говорила с Зейдом или Джанной, после таких разговоров у тебя в голове прорастают черви, сжирающие нахер все здравые мысли, и ты начинаешь творить дичь, которую мне за тобой потом еще разгребать.

Мужчина кладёт руку мне на колено, немного сжимая его и скользя по внутренней стороне бедра выше, пробуя гладкость кожи. Внимательно слежу за его рукой.

- Я люблю играть с тобой… Даже представить себе не могу, что должно случиться, чтобы я наигрался. – Ахмед отстегивает ремень безопасности, приобретая загадочный вид. В машине становится жарко, поэтому он прибавляет мощность кондиционеру.

- А как же свидание? – говорю ему, откидываясь назад. Ахмед разложил моё сиденье и теперь я практически лежала, подмятая под ним. – Ужин?

- Мне остановиться? – спрашивает он, расстёгивая штаны и доставая из штанов уже готовое к бою орудие. Окна в машине запотели от нарастающего напряжения. Было жарко, хотя кондиционер был включён на полную, пытаясь охладить нас.

Горяча головка прикоснулась к моему бедру, обжигая ее и заставляя кожу покалывать. У меня кружилась голова от происходящего. Внутри меня порхали бабочки от происходящего. Слова Ахмеда растопили последний слой льда, которым я защищалась от него. И теперь все тело и душа трепетали от любого, самого малейшего прикосновения Аль-Мактума. Это было невыносимо.

Сладкая боль. Я мазохистка, хочу порцию еще и еще, пока он не доведёт меня до грани безумия.

Мы становились одним целым, сливаясь воедино. Лёгкая ткань в считанные секунды оказалась у меня на голове, оголяя тело. Я захлебывалась от его грубых ласк и нежных губ. Он покрывал поцелуями все тело. Поразительно, но Ахмед проявлял чудеса гибкости, лавируя надо мной в спортивной машине с низкой крышей.

Продолжая тонуть в зелёных глазах, я широко развела ноги, хватаясь за бедра Аль-Мактума, как за спасательный круг, притягивая к себе. Мне хотелось уже почувствовать себя заполненной им.

Я обхватила правой рукой ствол, лаская его и обводя пальцем венки, направляя его в истекающую соком ложбинку. Но мужчина не торопился удовлетворять мою похоть.

Мой обиженный стон привлёк внимание Ахмеда, он немного отстранился, нависая надо мной.

- Хочешь, чтобы я вошёл в тебя? – хрипло спрашивает он. Я отвожу смущенно взгляд, незаметно кивая и продолжая ласкать член. – Так хочешь или нет?

- Да. Хочу чувствовать тебя. – еле слышно говорю, испытывая тут же приятное распирание. Мужчина входит в меня рывком, наполняя до отказа. Ко мне будто приложили электрошокер, который бил по мне рваными разрядами. Еще. Еще и еще. – Хочу тебя… хочу быть твоей!

Мной движет первобытное необузданное желание принадлежать сильному самцу.

Ахмед, напоминающий безумца, вколачивался в меня яростными рывками, терзая моё тело и оставляя отметины. Каждое его прикосновение кричало, что я только его и никто не смеет больше трогать меня. Адский собственник сжимал меня в своих объятиях до хруста костей.

- Ты только моя, Виктория. - шипит он, кусая мои губы и проникая языков в рот. Продолжая повторять, заставляя проглотить его слова: моя девочка будет принадлежать только мне. Никому не позволю даже дотронуться до тебя.

Наши тела вспотели, а смазка протекла на сиденье. Разнузданное хлюпанье заглушало шум движущихся мимо нас машин. Я скользила по сиденью, натирая немного ягодицы безумным трением.

Я растворялась в этом мужчине, сжимала его торс ногами, желая чувствовать его как можно глубже.

- Ахмед! – тело словно разломили на пополам. Легкие обожгло. Я царапала обивку потолка, испытывая оргазм, раздирающий меня изнутри.

- Вика… малышка моя. – Ахмед больно прикусил плечо, финишируя и заполняя меня своим семенем. Горячая влага разливалась внутри меня, мне был так блаженно и хорошо. По щекам текли слезы счастья.

Каждый раз занимаясь сексом с этим безумным мужчиной, мне казалось, что острее уже быть не поможет, но как же я ошибалась каждый раз.

Ахмед откинулся на водительском сиденьи, натягивая штаны и издавая гортанный смешок.

- Свидание – видимо не наша тема. Но предлагаю, все таки доехать и поужинать. Я жутко проголодался. – Аль-Мактум облизывается. Смущенно поправляю платье, и привожу сиденье в стандартное положение.

- Если честно, я тоже. – признаюсь я и, повинуясь порыву нежности после сладкого оргазма, подаюсь вперед и целую его в щеку. Из груди мужчины вырывается урчание, он напоминает степного кота. – Но я так не хочу выходить из этой машины, тут так хорошо… Здесь только мы, нет ссор и проблем.

Прижимаюсь к нему всем телом, потираясь щекой о густую бороду. Мужчина пахнет парфюмом, маслом для бороды и собой. Только Ахмед может пахнуть так: сексом, надежностью, риском и чем-то еще невозможно соблазнительным.

+++

Он привозит меня в ресторан, специально закрытый к нашему приезду. Все его работники построились в почтительную шеренгу перед входом, ожидая нашего прибытия.

Я растерянно прикоснулась к окну, не веря своим глазам. Похожую сцену я видела в своём любом сериале «Аббатство Даунтон», но я никак не английская королева и даже не титулованная особа, чтобы меня ожидали так часами.

- Привыкай. – небрежно говорит Аль-Мактум. – Так будет, к сожалению, всегда.

К машине подбежало несколько мужчин, открывая нам двери. Я в очередной раз поправляю платье и осматриваю свой вид, боясь найти на ткани белые пятна. У меня такой растрёпанный вид, что любой, кто на меня посмотрит, догадается, чем мы занимались в этой машине.

- Спасибо. – говорю встречающему меня мужчине, но он даже не поднимает на меня глаза. Я уже забыла, что им запрещено смотреть и говорить со мной. Зато, я замечаю, как несколько женщин рассматривают платье, они так жадно поглощают картинку, что я скрещиваю пальцы, на всякий случай.