Половинки нас - Ана Ховская

– Ты, безусловно, права. И ну их к чёрту – этих мужчин! Давай выпьем и облопаемся «Наполеоном»?!– поморщила нос Таня и смела крошки со стола на пол.

До вечера я практически вывела из Шелестовой токсичные мысли о собственной ничтожности и разочаровании в мужчинах. Алкоголь открывает разум и развязывает язык. А что ещё нужно хорошим подругам, тем более психологам, чтобы как следует покопаться в мозгах?

* * *

Домой я возвращалась на такси, заказанном Таней. Она и слушать не хотела, чтобы отпустить меня на общественном транспорте. Заботливая моя девочка!

А дома, устроившись в родном кресле у телевизора, я поболтала по телефону с дочерью, которая вернулась из Батайска и теперь гуляла с Семёном по вечернему городу, а после под выветривавшийся алкоголь снова вспомнила о мужчине, сделавшем нелепое, но чертовски искушающее предложение. И принялась копаться в своих мозгах.

С одной стороны, было жутко любопытно: что же он такое выдумает на этих трёх встречах… без секса, на минуточку. Хотя я использовала бы целых три шанса забраться под его футболку.

– Ведь обалденный мужчина, зачем скрывать обоюдное притяжение?!– подумала вслух, разговаривая сама с собой и представляя его поцелуи и объятия. Сейчас они были бы ещё более чувственными.

С другой – вспоминая поведение Мирона на приёме, понимала, что, скорее, тот хочет вскружить голову, тонко отомстив и дав понять, что я потеряла, поступив так с ним. Сильные уязвлённые мужчины умеют взять реванш…

И снова вспоминала нашу ночь и утро в автобусе. Такие события запоминаются навсегда. Оно было настоящим, не привязанным ни к каким условностям: обнажённый инстинкт и искреннее обоюдное удовольствие.

Где-то снова зашевелилась тоска. Но я непримиримо тряхнула головой и признала:

– Да! Он будет мстить!

И где-то внутри тихо тикали часики, подспудно отсчитывая минуты до новой встречи с Мироном. Какой она будет, не представляла, но поняла, что и не хочу этого знать, чтобы дать себе шанс удивиться и развлечься. Только мстительным удовольствием я могла испепелить предательскую слабость к этому мужчине.

Не хотелось моделировать его поведение, и своё, поэтому для получения задуманного результата нужно было правильно расслабиться.

– Он думает, я буду ведьмой?– взлохматив волосы у зеркала, прищурилась я.– А я не стану вредничать. Буду расчудесной Верочкой и немного собой. Качественные пакости делаются исподтишка…

Но, нет – никаких унижений я не планировала. Это низко даже для меня. Ведь Мирон принёс столько удовольствия. Сделал целых два моих дня вкусными, когда и придумать не могла, чем себя бесплатно порадовать. Тем более такой мужчина, ни разу не позволивший себе нагрубить даме, даже в желании отомстить был крайне деликатен.

«Хм, посмотрим, кто кого. Для него это игра, и для меня – забава. А чем ещё себя потрясти?»– уверенно улыбалась себе, укладываясь спать.

Любопытство раздирало и подогревало интерес к будущим событиям. Настроение взбодрилось, голова как-то сама собой освободилась от навязчивых мыслей, и я уже не смотрела на ситуацию с гнетущим недоумением.

Глава 28

Пару дней я поглядывала на телефон и периодически допускала сомнения в своих выводах о задумке Мирона. Ни звонка. Ни сообщения. Было ощущение, что он просто подшутил надо мной. Но, скорее, тот вёл игру как настоящий профи: цель – расчёт – действие – результат. Тоже не лыком шит.

В пятницу, закончив рабочий день, я вышла обычной дорогой к трамвайной остановке. Но, заметив хвост уходящего трамвая, решила пройтись до следующей. Вечерний воздух был необыкновенно свеж – как раз впору, чтобы остудить голову после последнего сеанса терапии.

На пути мимо большого торгового центра в витринах засверкали вывески Salecontentnotes0.html#note_8. Пластиковые модели в розовых париках рекламировали шикарные вечерние платья со скидкой в тридцать процентов. Я остановилась полюбоваться ярким шёлком и долго не могла отвести глаз.

«Это платье отлично смотрелось бы на мне, подчёркивало бы высокую грудь,– тоскливо усмехнулась я. До сих пор ни один мужчина не догадывался, что у меня есть ребёнок: после родов восстановилась практически сразу, грудью не кормила – молока не было. Перевела взгляд на другой наряд и сжала губы, мысленно деля зарплату на необходимые расходы в этом месяце.– Обещала себе сумку, туфли и платье. Но хватит пока только на туфли… Потерплю ещё…»

Я давно не замужем, но, что тогда, что сейчас, не имею свободных денег. Кажется, ещё и не начинала жить для себя. Мы делаем выбор и платим за него. Но платить деньгами куда лучше, чем жертвовать телом и душой. Дай бог, кредит за обучение Илоны будет последним: её образование было главным – это самое малое, чем могла помочь дочери. А мне самой много не нужно. На жизнь хватает.

Я никогда не умела сорить деньгами, потому что слишком хорошо знала им цену. Конечно, могла бы позволить себе это платье, но лучше потратить на какое-нибудь развлечение, потому что нарядная вещь наденется раз на корпоратив и будет мирно кормить моль в шкафу (носить некуда, и мода стремительно меняется), а заряжать себя положительными эмоциями выходит с большим трудом.

Разумеется, есть тут подводные течения, но я предпочитаю об этом не думать. Когда интерес к активной социальной жизни падает, то снижается и личная планка, тем более, когда это активно стимулируют твой мужчина и его «приближённые». Муж не проявлял энтузиазма в покупке красивых вещей для меня. Я не должна была привлекать внимания. У меня было всё необходимое, но не дорогое и не утончённое. «А перед кем в школе хвостом вертеть?– говорила свекровь.– Одета чисто, и ладно».

Собственно, и сейчас я одевалась просто и удобно, без излишеств. Ведь мне не надо кому-то нравиться, главное – выгляжу вполне достойно – демократично и женственно. Жаль, что нельзя носить белый халат, – это напрягает клиента: лечить будут, диагнозы ставить, а он не больной, но было бы гораздо проще. Зато Илона никогда не ходила в обносках, не богато, но всё необходимое для поддержания самооценки подростка имела. Никто никогда не обижал моего ребёнка. Да и попробовали бы!

В раздумьях у витрины не сразу услышала трезвонящий в сумке телефон. Звонок был от неизвестного номера. Обычно я не принимаю, но сейчас ответила.

– Добрый вечер, Настя!– электрическими мурашками от затылка к пояснице прошёлся голос Заварского.

– Добрый-добрый,– прищурилась я и замерла, пытаясь угадать, что он скажет, и угомонить резко скакнувший к