Девять шагов друг к другу - Айрис Джоансен

– Только не говори этого ей. Ее бесит, когда ее сравнивают с теми, кто заговаривает лошадей.

– Все равно я просто в восхищении. Половину времени боюсь, что лошадь затопчет ее насмерть, а другую половину недоумеваю, почему Грейс не торопится сесть на нее верхом.

– Она уже так далеко продвинулась?

– Достаточно, чтобы я тебя предупредил: будь готов. Ты говорил, что Марво повезет их в Сахару, как только лошади позволят себя оседлать. Он каждый день приходит проверять, как продвигается дело.

– С Грейс и Фрэнки хорошо обращаются?

– Насколько я могу судить, да. Охрана приносит им еду, но держится на расстоянии. Но людей там достаточно, чтобы охранять такие сокровища. Ты прав: будет чертовски трудно вытащить их оттуда.

– Тогда сделаем это в пустыне.

– Я тоже так думаю.

– Как ты?

– Почти на сто процентов здоров. Лежать тут и наблюдать за Эль-Тариком – чистый санаторий. Меня обуревает жажда деятельности.

– Думаю, уже скоро. Я просто не могу больше ждать. Попробую поторопить шейха. Как только добьюсь согласия, приеду и сменю тебя. Свяжемся завтра. – Килмер отключил телефон.

Черт. Его захлестывало отчаяние. Как только Грейс сядет на лошадь, Марво привезет ее сюда.

Он быстрым шагом пересек лагерь кочевников и вошел в палатку шейха.

– Все, с меня хватит. Я устал от этой неопределенности, черт возьми. Мне нужен ответ.

– Ты неправильно все понимаешь. – Шейх улыбнулся. – Восточные люди обязаны быть уклончивыми. А ты невежлив. В конце концов, кто ты такой, чтобы просить об одолжении?

– Да или нет?

– Ты слишком напряжен. Может, тебе нужна женщина? Я все устрою. В прошлый раз тебя развлекала Фатима. Она рассказывала мне, что каждый раз, когда ты…

– Мне не нужна женщина. Дай ответ.

Улыбка шейха стала шире.

– Ты раздражен. А я лишь хотел подать тебе пример вежливости. Он тебе явно не помешает.

– Время уходит. Я оставил друга в Эль-Тарике вместо себя. Мне нужно быть там.

– Я размышлял, – сказал шейх. – Эту проблему решить нелегко. Должен ли я рисковать своим народом ради мести? Или лучше устраниться и посмотреть, как Марво тебя уничтожит и получит желаемое?

– Если ты не примешь решения, выбора у тебя не будет.

– О, я принял решение. Боюсь, я слишком ответственный для звания вождя.

– Что это значит?

Жеребец стоял неподвижно и смотрел на нее. В лунном свете его спина отливала серебром, и он казался каким-то существом из старинных легенд. Грейс почувствовала, как ее охватывает волнение; пальцы непроизвольно стиснули перекладину. Нет, Чарли вовсе не мифическое существо. Он состоит из плоти и крови, и скоро предстоит выяснить, сможет ли ее собственная плоть и кровь его победить. Мысленно Грейс сказала жеребцу:

Через несколько минут я приведу к тебе Хоуп. После рождения Маэстро гордячка стала лучше относиться к Фрэнки. Лошадь поняла, какая Фрэнки добрая и как она любит жеребенка. Чувствует, что моя дочь для нее не опасна. Точно так же, как ты знаешь, что я не опасна для тебя.

Завтра я собираюсь сесть на тебя верхом. Не утром. Примерно в это же время, ночью. Не хочу, чтобы это видел наш враг. Я не буду надевать на тебя седло, потому что понимаю: это уязвит твою гордость и напомнит о тех, кто причинял тебе боль. Без седла мне будет труднее. Ты можешь сбросить меня, а если я окажусь недостаточно проворной, то и убить. Если захочешь. Надеюсь, что нет.

– Уже пора, мама? – За спиной у нее возникла Фрэнки. – Хоуп беспокоится.

– Да, пора. Открой стойло. – Грейс соскочила с ограды и отперла ворота. – Пусть побудут вместе.

Через секунду Хоуп уже была в загоне, и Чарли радостно приветствовал ее. В эти мгновения название Пара наполнилось новым смыслом. Глядя на них, легко забыть о дикости и жестокости, которые проявляли лошади все эти годы. Взаимная привязанность кобылы и жеребца очевидна. Двое против всего мира…

Похоже на связь между ней и Фрэнки.