Меж двух миров - Анна Швыркова

‒ Теоретически ‒ да. Но чаще все-таки используют древесину из-за скорости обработки и создания. Шест, лук, копье без стального наконечника или простая дубина. Так меньше шансов отвлечься из-за банальной усталости. Для создания стальных или металлических изделий требуется гораздо больше времени. Наличие узора, кстати тоже играет свою роль, он помогает восприятию и усвоению магии. В зале ламанов центрального музея почти все оружие деревянное, из стального только два кинжала, одна секира и одна боевая коса.

‒ Зал ламанов?

‒ Да, там собраны почти все известные ламаны. После смерти владельца оружие тоже умирает. Впрочем, так считалось раньше. Лет семьсот назад один из луков среагировал на подошедшего к нему мужчину. Позже выяснилось, что он являлся потомком бастарда предыдущего владельца. В целях изучения ему передали оружие. Ламан реагировал на мужчину как на законного владельца и остался с ним до конца жизни. После его смерти лук вернули в музей и приводили уже его потомков, но он не реагировал. Причины, почему так произошло, до сих пор не ясны. Считается, что после слияния ламан перенимает черты своего хозяина, а со временем даже обретает собственное сознание.

Повисшую в комнате тишину можно было резать на куски.

‒ Мда уж, ‒ Алвис устало потер шею. ‒ Лана, ответь, пожалуйста, честно. Наличие такого магического оружия в деревне нам чем-нибудь грозит?

Лана удивилась такому вопросу.

‒ Ну, если я не буду бегать по деревне, размахивая шестом направо и налево, то нет, ‒ попыталась отшутиться она, но похоже ее юмор не оценили.

‒ Ты еще сказала, что в момент создания в оружие вкладывается определенное намерение. Какое в твоем? ‒ с легкой угрозой спросил один из присутствующих мужчин.

‒ Я не могу сказать точно, только догадываюсь. За детальным ответом вам следует обратиться к Видару.

Лана с облегчением перевела стрелки на оборотня. Она уже немного устала от этого допроса и лекций по истории создания оружия.

Чуть повернув голову, посмотрела на Видара. Ощущения ее не обманули, он сидел сбоку чуть поодаль и все время, не отрываясь, смотрел на нее расширенными зрачками.

‒ Видар, что скажешь? О чем ты думал в процессе создания? ‒ спросил Алвис.

‒ Я думал о том, что боюсь потерять ее, ‒ ответил оборотень, смотря ей в глаза. ‒ Что, создав это оружие, могу хоть как-то защитить ее. О том, чтобы она победила. Что бы была жива, невредима и здорова.

Он чеканил каждое слово, не стесняясь остальных и того, что они подумают о таких откровениях. Всматриваясь внутрь нее и каждой фразой доказывая, что все сказанное ‒ истина. Говорил с таким чувством и отдачей, что даже если бы в углу не стоял шест, который одним своим существованием говорит о многом, она все равно бы ему поверила. Они смотрели друг на друга, и вся остальная комната погрузилась в туман, все люди исчезли. Весь мир. Остались только они.

Волшебство момента опять испортил Рас.

‒ Красотка, я правильно понимаю, что с этим шестом ты теперь непобедима?

Лана разорвала зрительный контакт с Видаром и, осмотревшись, покраснела. Все оборотни в комнате с интересом наблюдали за ней и Видаром. Тот не переставал ее разглядывать, чем смущал еще больше.

Самым счастливым в комнате был Расмус. Он радостно улыбался, время от времени довольно потирая набитые карманы.

‒ Возможно, ‒ уклончиво ответила Лана.

‒ Да не тушуйся, красотка! Ты хоть представляешь, какие перспективы открываются? Можно на ярмарке выставлять тебя перед самыми сильными оборотнями, собирать ставки и наблюдать, как ты раскидываешь их словно котят!

Рас мечтательно разглядывал потолок, неосознанно потирая карман. Лана чуть развеселилась и улыбнулась.

‒ Я не стану драться на потеху публике и ради наживы. Особенно если результат заранее известен. Это нечестно.

‒ Какая нажива, что ты?! Только честные ставки! ‒ театрально возмутился Рас, приложив руки к груди. ‒ Кстати, чуть не забыл. Твоя доля.

И бросил в сторону нее набитый мешочек размером с ее кулак. Лана машинально его поймала и, не сдержав любопытства, заглянула внутрь. Под завязку забит небольшими драгоценными камнями.

Лана подняла на него широко раскрытые глаза, на что Рас, усмехнувшись, подмигнул ей.

‒ Только подумай: это малая часть того, что мы можем заработать.

‒ Нет уж, спасибо. Мне одного раза хватило, ‒ тяжело добавила она.

‒ Все, хватит, ‒ спокойно сказал Алвис. ‒ Развели тут балаган.

И вроде строго сказал, но чувствовалось, что не сердится всерьез. Больше стращает как добрый дядюшка, чтобы порядок соблюдали.

‒ У кого-то еще есть вопросы касательно возникшей ситуации? ‒ Алвис замолчал в ожидании и продолжил: ‒ Раз так, то расходимся.

Пока никто не ушел, Лана решила, что не лишним будет добавить еще немного информации об оружии, которая только сейчас всплыла в ее памяти.

‒ Есть еще кое-что, что вам нужно знать, ‒ Лана замялась, скручивая пальцы на руках, ‒ я думаю, что никому не стоит дотрагиваться до ламана.

После ее слов все в комнате повернулись в сторону стоящего в углу шеста и напряглись так, будто он сейчас подпрыгнет и начнет всех по голове бить.

‒ Они не очень любят, когда к ним прикасается кто-то помимо хозяина, и могут по-разному реагировать. Я как-то читала, что они способны самостоятельно выдавать такие разряды магии, что доходило до потери сознания и даже травм.

‒ Хорошо, мы тебя услышали, ‒ ответил за всех вожак.

‒ Я бы хотел попробовать, ‒ тут же сказал один из мужчин, сделав шаг к шесту.

Ламан стал светиться ярче, угрожающе завибрировав, и оборотень растерял свой пыл.

‒ Может не надо, ‒ просяще сказала Лана.

‒ Кхм, да, пожалуй, не стоит, ‒ попятился назад оборотень.

‒ Может Видар попробует? ‒ выдал идею Рас. ‒ Он же создатель.

Все перевели взгляд с шеста на Видара. Тот подумал немного и, пожав плечами, сказал:

‒ Давайте попробуем.

‒ Только аккуратно, пожалуйста, ‒ тихо прошептала Лана.

Оборотень, проходя мимо нее, тепло улыбнулся. Лана поняла, что беспокоится и переживает за него.

Видар аккуратно приближался к шесту, словно тот был ядовитой гадюкой. Узор чуть засветился, но вибрации не было. Видар медленно протянул руку вперед. Свечение возрастало. Оставшиеся считанные сантиметры он преодолел резким рывком и коснулся дерева. Все охнули и напряглись.

Узор стал мигать, словно не зная, что ему делать, ударить или успокоиться. Оборотень кончиками пальцев осторожно провел вниз по узору, и свечение стало угасать. Решившись, Видар