Бедовый месяц - Марина Ефиминюк

От страшной фантазии я в панике вскочила со стула, грохотом разбудив задремавшего в клетке леймара, и рванула в гардеробную за плащом. На полпути меня остановил тихий и тревожный стук. Удивительно, как сердце не остановилось.

За дверью обнаружился коридорный. Выглядел он похоронно-серьезным, и я решила, что пора впадать в панику.

— Господин Торн…

— Он жив?!

— И просил передать записку. — С невозмутимым видом он протянул сложенное аккуратным конвертом и запечатанное оттиском мужниного большого пальца письмо. — Экипаж уже готов и ожидает у главного входа.

Сохраняя на лице непроницаемую мину, дескать, совсем не оконфузилась, я поблагодарила посланца и, закрыв дверь, немедленно развеяла защиту на письме. Белый шероховатый лист с гербом гостевого дома раскрылся сам собой. Филипп, как обычно, был скуп на слова, словно отрывал их от сердца, и неприлично сух во фразах. Деловым тоном заявил, что у него возникло срочное дело, и пообещал приехать в чайную позже.

Кусая губу, я три раза перечитала короткое послание, пытаясь отыскать в нем тайный смысл, и уговаривала себя не обижаться. Разве жена со стажем в четыре дня, взятая замуж по договору, имеет право на разочарование из-за какой-то встречи с совершенно незнакомыми Филиппу девицами? Посему получалось, что никаких прав не имелось, а обидно все равно стало.

Чайная встречала гостей переливчатым звоном колокольчика, гирляндами с мелкими разноцветными огоньками, обвивающими деревянные подпоры, и уютным запахом горячего медового бисквита. Стянув с головы капюшон, я поздоровалась с улыбчивой хозяйкой и услышала голос Вирены:

— Тереза, мы здесь!

Подруги сидели за большим столом в компании молодого мужчины в клетчатом пиджаке и двух наших бывших соседок по этажу. Присутствие последних, прямо сказать, сильно удивляло. Во время учебы Вирена ссорилась с обеими, как не в себе. Конфликт начался из-за не поделенного на всех парня, но, похоже, окончание пансиона примирило даже заклятых соперниц, как ни в чем не бывало они вместе приехали на горнолыжный курорт.

Пристроив плащ на рогатую вешалку у двери, я попросила хозяйку принести ромашкового чая с медом и направилась к столу. Приветствие получилось неловким. Кира, ничуть не изменившаяся за последние полгода, разве что обрезавшая волосы по подбородок, тихим голосом представила жениха. Его звали Арнольд, и он не потрудился поменять вальяжную позу, чтобы ответить на знакомство рукопожатием.

Как паперти, я постояла с протянутой рукой и в конечном итоге с дурацким видом сжала кулак. В свете магической лампы на безымянном пальце блеснуло изящное кольцо, приковавшее взгляды присутствующих. Кира восхищенно вздохнула:

— Какое красивое кольцо!

Арнольд все-таки оторвал свою руку, словно прилипшую к спинке невестиного стула, чтобы раздраженным жестом провести по гладко зачесанным назад волосам.

— Да, сейчас делают красивые имитации, — с умным видом протянула одна из бывших соседок по этажу. И вроде ничего не сказала плохого, а все равно понятно, что отвесила гадость.

— Это свадебный подарок, — устраиваясь за столом, сдержанно отозвалась я.

— Я говорила девочкам, что у тебя очаровательный муж. Очень представительный! Видимо, еще и щедрый! Помню, с каким энтузиазмом он стоял за пирожками, — прочирикала Вирена.

Невольно вспомнился Филипп, стоящий в очереди. От него за милю разило богатством и «энтузиазмом» потратить это богатство на изыск народной кулинарии.

— А он не приехал с тобой? — Вторая соседка по этажу даже чуток привстала, стараясь разглядеть входную дверь. Видимо, на тот случай, если пропустила торжественное появление моего мужа.

Я сама невольно оглянулась через плечо. В итоге хозяйка помахала мне рукой, давая понять, что скоро принесут заказ и пустой стол заполнится чайничками с горячим питьем.

— Филипп будет попозже. Его задержали дела.

— Какие могут быть дела в медовом месяце? — не унималась она.

— Срочные, — коротко ответила я.

— А я никуда не отпускаю Кириллу одну, — с важным видом заявил Арнольд, назвав невесту полным именем, которое она, к слову сказать, страшно не любила. — Женщина должна быть под присмотром своего мужчины. Вы вечно попадаете в неприятности, стоит отвернуться.

Неуместный выпад был встречен дружным молчанием женского коллектива. Наверное, будь с нами будущая свекровь Киры, она добавила бы, дескать, особенно в неприятности любят попадать обрученные невесты. Почему-то в голове нравоучительное замечание прозвучало голосом Марджери Торн.

— А на медовый месяц мы решили съездить на малую родину к Арнольду. — охотно поделилась свадебными планами Кира. — Правда, Арнольд? У его мамы дом в трех часах езды от Освейского озера!

— Зачем тратить кроны на курорты, если совершенно бесплатный курорт под носом? — согласился он. — В жизни, дамы, надо придерживаться принципа осознанности трат.

— Но Арнольд очень любит лыжи, — добавила Кира, видимо, пытаясь объяснить, почему на горнолыжном Сиале принцип осознанности забуксовал. — Целыми днями пропадает на склоне. Мы с его мамой прекрасно проводим время вдвоем. Жаль, ей занемоглось перед самым выходом. Она бы вам непременно понравилась.

— А чем занимается твой муж? — снова пристала вторая соседка. Имя ее никак не удавалось вспомнить. Первую-то звали Марта, а вторая совершенно выпала из памяти.

— Семейными делами, — с нервной улыбкой ответила я.

— Он стряпчий, что ли? — оживился Арнольд.

— Филипп из магического рода и унаследовал семейные… кхм… дела.

Почему-то последнее прозвучало очень странно. Наверняка все догадались, что супруга понятия не имеет, чем занимается ее дражайшая половина. Или скрывает, потому что ее муж — широко известный в узких кругах мошенник.

— Разве ты вышла замуж за мага? — искренне удивилась Вирена, как если он действительно был аферистом. — Никогда бы не подумала.

— Почему? — вместо меня удивилась та самая вторая соседка по этажу.

— Руби, ты такая странная. Вирена же рассказывала, что он… — Марта осеклась и бросила на меня быстрый взгляд. — Как тебе замужем, Тереза?

— Еще не распробовала, — насторожившись, попыталась отшутиться я. — Мы только обвенчались.

— Но ты наверняка очень счастлива! — подхватила Кира. — У тебя ведь было столько планов после пансиона. Ты хотела поступить в академию судебного заступничества и защищать права… Кого ты там думала защищать?

— Защитников зверюшек, — не без ехидства подсказала Вирена. — И неожиданно вышла замуж.

Ради благосклонности директрессы пансиона она тоже пыталась вступить в