Наследник Сентерии - Дилара Кескин

почудилось, что нас разделяют тысячи километров. Я прижалась к нему, обвила руками шею и ответила на поцелуй. Винсент нежно обнял меня за талию, и мы легли на пол. Слезы текли по моим вискам, но я не обращала внимания. Я прижалась к Винсенту и вновь впилась ему в губы. В следующий миг я услышала, как рвется мое платье. Не медля ни секунды, я разорвала рубашку на Винсенте.

Мужчина продолжал целовать меня, опускаясь ниже. Когда его губы коснулись моей шеи, мне показалось, что я задыхаюсь. У меня возникло странное ощущение, словно он впервые ко мне прикоснулся.

Я мягко толкнула Винсента, вынуждая его лечь на спину, а затем устроилась сверху. Его руки блуждали по моему телу. Я наклонилась вперед, и наши губы вновь встретились. Мы долго целовались, но этого было недостаточно.

Винсент швырнул в угол нашу одежду. Мы были обнажены. Одним движением мужчина перевернулся и снова уложил меня на спину. Я обвила Винсента руками и ногами. Я словно висела на краю обрыва, судорожно пытаясь за что-то ухватиться. С моих губ сорвался стон, когда мужчина подался вперед и соединил наши тела. Винсент, видимо, решил, что сделал что-то не так, потому что замер, упершись руками в пол.

– Ты в порядке? – уточнил он, глядя мне в глаза. – Я сделал тебе больно?

Слезы струились по моим вискам. Я отрицательно покачала головой.

– Нет, – ответила я и притянула его к себе. Я обвила его шею руками и жарко прошептала: – Я хочу забыться. Прошу.

Винсент ускорился. Я закрыла глаза. Все в мире внезапно исчезло. Прошлое, будущее и настоящее стерлись. Остались лишь он и я.

– Я заставлю тебя позабыть обо всем, кроме нас, – выдохнул он мне на ухо.

И сделал это. Уничтожил меня и воскресил вновь. Я восстала из пепла подобно фениксу.

Солнце почти зашло, но мы с Винсентом никак не могли уснуть. Мы прекрасно понимали, что у нас осталось мало времени друг для друга.

Я положила голову на его обнаженную грудь и прислушалась к биению сердца. Винсент накручивал пряди моих волос на пальцы, время от времени утыкаясь в них носом. Слабый солнечный свет проникал в нашу комнату. Я перевернулась на живот и оперлась рукой о грудь Винсента. От недосыпа под глазами мужчины пролегли темные круги. Он внимательно посмотрел на меня.

Внезапно мне в голову пришла идея, и я как ошпаренная подскочила.

– Что случилось? – спросил Винсент.

– Возьми меня с собой, – озвучила я свою мысль. – Я хочу пойти на фронт с тобой.

Он удивленно уставился на меня. Видимо, моя просьба его ошарашила. Винсент молчал, не зная, что ответить.

– Китана, – наконец произнес он, словно отец, который пытался успокоить ребенка.

– Пожалуйста, – прервала я его. – Я хочу быть с тобой.

– Это небезопасно.

– Напротив, – возразила я. – Мне безопасней рядом с тобой. Как думаешь, что случится после твоего отъезда? Кассандра и Эзра решат, что я беззащитна, и попытаются заставить меня заплатить за содеянное. Кроме того, я с ума сойду в стенах дворца, зная, что ты сражаешься в самой гуще битвы. Я буду чувствовать, что предала тебя. Поэтому, пожалуйста, возьми меня с собой.

– Ты не думаешь о том, что я почувствую, если втяну тебя в эту войну?

– Это мой выбор, – настаивала я. – Рядом с тобой мне куда безопаснее.

Мужчина коснулся ладонью моей щеки. Я прильнула к его руке, наслаждаясь его теплом.

– Поедем вместе, – согласился он.

Я улыбнулась, осознав, что любовь не способна помочь избежать плохого, но она все еще может облегчить страдания.

Дни летели один за другим, приготовления наконец завершились. Армия была готова.

Близилось время нашего отъезда. Я волновалась, представляя нашу с Армином встречу, и невольно вспоминала былые времена.

В детстве Армин ссорился с Леной и Арло, но никогда не мог защитить себя. Он в слезах прибегал ко мне и засыпал у меня на коленях. Он рассказывал мне о книгах, которые читал, делился своими мечтами о нашем совместном будущем.

Как такой невинный ребенок вырос в столь жестокого мужчину? Или он всегда был таким, а я не замечала?

Мысли стремительно проносились у меня в голове. Я стояла перед окном нашей спальни и смотрела в предрассветное небо.

Внезапно я осознала, что скучаю по Армину, несмотря на то что он сделал.

Я прикрыла веки и тяжело вздохнула, пытаясь рассеять теплые детские воспоминания. Мы выросли. Отныне что бы мы ни делали, мы не сможем вновь стать теми детьми.

Я не делилась с Винсентом своими мыслями, но не сомневалась, что он и так все понимает.

– Все будет хорошо, – произнес он, – я обещаю.

Я качнула головой и крепче сжала его руку. Я предпочла верить словам Винсента, иначе сошла бы с ума. В этом мире друг у друга остались лишь мы.

Мы облачились в доспехи, попрощались с королевской семьей и моими верными помощницами Дианой и Амелией. Мы сели на лошадей, отправляясь либо за победой, либо на смерть.

Винсент ни разу не позволил себе вслух усомниться в моем решении, но я не раз ловила на себе его красноречивые взгляды. Очевидно, он надеялся, что я передумаю, но я не собиралась сдаваться.

Мы прибыли в зону боевых действий. Я вспомнила все войны, свидетельницей которых была. По коже пробежали мурашки.

Я снова здесь, на поле брани. Чем больше я старалась избежать этого, тем быстрее приближалась к этому моменту.

Я осмотрела армию. Все эти люди отринули свои мечты, надежды, семьи во благо Сентерии. И назад пути не было.

Некоторые солдаты тряслись от страха, в глазах прочих горело воинственное пламя, способное опалить весь мир.

Внезапно я заметила перед вражеской армией своего младшего брата. Его рыжие волосы скрывал шлем, но пронзительные голубые глаза сияли. В доспехах он казался крупнее, чем был на самом деле. Сидя на белом коне, он напоминал спасителя рода людского.

Арло и Лена стояли по обе стороны от Армина. Глядя на них, мне хотелось заплакать. В отличие от солдат и Армина, брат и сестра не надели доспехи, они остались в повседневной одежде.

Мои руки дрожали, понимание пронзило меня. Несколько месяцев назад я вышла на поле боя совершенно беззащитная, чтобы сделать Винсента уязвимее. Теперь на моем месте оказались Арло и Лена.

По традиции Армин и Винсент выехали вперед. Перед началом войны мужчины в последний раз пытались договориться. Чаще всего армии все равно брались за мечи, но традицию нарушать было нельзя.

Винсент отъехал вперед на несколько метров, но внезапно остановился. Краем глаза я заметила, что все, включая солдат Зиракова, затаили дыхание.

Винсент медленно повернул голову и посмотрел на меня. Он удивил меня своим приглашением. По телу пробежала дрожь. Мужчина хотел, чтобы я приняла участие в разговоре. Я никогда не слышала, чтобы правитель оказывал жене такую честь.

Я неосознанно