Наследник Сентерии - Дилара Кескин

Мужчина болезненно вскрикнул. Воспользовавшись растерянностью нападавшего, я замахнулась кинжалом еще раз и вонзила его в ногу негодяя еще раз. Я оттолкнула мужчину, снова взмахнула кинжалом, но внезапно на меня бросился кто-то еще. Я успела ранить очередного противника, но даже не знала, куда мне удалось попасть.

Я попыталась сесть, но мои руки скрутили, и кинжал выскользнул из ладони. Через несколько минут меня прижали спиной к полу, а острие кинжала оказалось у моего горла. Темнота мешала мне разглядеть нападавшего, но я заметила, что мужчина невероятно огромных размеров.

Злоумышленник крепко держал мои запястья одной рукой, а другой приставлял к горлу кинжал. Я отчаянно забилась, пытаясь отодвинуться от острия.

– Какой у Винсента план? – прямо спросил мужчина. – Где именно нападут на Зираков?

Я поджала губы, заглушая всхлипы.

– Где Винсент?

– Отвечай на мои вопросы.

– Нет, – возразила я. Мужчина ударил меня по лицу. Я почувствовала во рту привкус крови. Я всхлипнула и получила пощечину. После этого злоумышленник схватил меня за лицо своей огромной ручищей.

– Я не стану просить дважды, Китана. И не говори, что ты не в курсе планов Винсента.

– Почему бы тебе не спросить об этом его самого? Разве он не с тобой?

Мужчина издевательски рассмеялся:

– Ты что, не знаешь своего мужа, Китана? Он будет молчать, несмотря ни на что.

– Я очень горжусь им, ведь он ничего не скажет такому негодяю, как ты.

Мужчина снова ударил меня по лицу и склонился надо мной:

– Неужели ты предашь Зираков и останешься верна Сентерии?

Мои губы скривились в кровавой усмешке.

– Я предана не Сентерии, а принцу Винсенту.

– Тогда я вынужден сообщить, что от нашего разговора зависит, насколько сильно он будет мучиться.

Если бы душевная боль могла убить, я бы уже исчезла с лица земли. Не выдержав, я разразилась потоком брани, на некоторое время потеряв связь с реальностью. Я отчаянно махала руками, ногами и кричала, но пламя в душе разгоралось все сильнее.

– Юг, – наконец пробормотала я, надеясь, что это неправда. – Нападут с юга.

Мужчина на несколько секунд замер, обдумывая эти слова, затем снова приставил кинжал к моему горлу.

– Раз уж мы с тобой закончили, нет смысла оставлять тебя в живых, – прошипел он.

– Умоляю тебя, – с трудом произнесла я, поскольку кинжал давил на горло. – Отпусти Винсента.

Затем я закрыла глаза и попыталась смириться с неизбежным. Перед глазами пронеслись образы всех, кого я знала: Ирины, Лероя, Армина, Лены, Арло, Андре, Ивана… Наконец в памяти всплыли черные глаза Винсента.

Я ждала, что мужчина убьет меня, но внезапно он встал. Я вскочила, пытаясь понять, что происходит. Около двери возникли два мужских силуэта. Лиц я не видела, но сразу узнала раздавшийся голос.

– Ты прошла испытание, Китана, – объявил король Эстес. – Теперь ты тоже часть Сентерии.

Глава 21

Наследник Сентерии

Axel Rudi Pell – Only The Strong Will Survive

Я хотела вновь разразиться потоком брани, но от изумления забыла слова. От пережитого стресса я вся дрожала, по щекам текли слезы. Сердце билось так сильно, что мне казалось, будто я вот-вот потеряю сознание. Со вздохом я откинула голову. Мои мучители терпеливо ждали.

– Ты… – выдавила я, когда наконец смогла говорить. – Какой же ты негодяй…

Внезапно я вспомнила о своем муже.

– Винсент…

– С ним все в порядке, – заверил меня спутник Эстеса. – Он ни о чем не знает.

– Т-тао… – выдохнула с изумлением. Мы с Тао не особо сдружились, но я считала его человеком, полным сострадания, и ожидала, что он как минимум уважает жену своего брата.

Я пошатнулась, и кто-то подхватил меня. Я оказалась слишком слаба, чтобы идти, и слуги Эстеса поднял меня на руки.

– Негодяи! – произнесла я, пока меня несли к карете, но ни Эстес, ни Тао меня не расслышали.

– Бесстыжие! – уже громче заявила я.

Я горела заживо, преодолевала бури, избегая цепкой хватки смерти лишь ради Винсента, который тоже шел на жертвы ради меня. Нас связывали бесконечная любовь и преданность. По какому праву они устроили этот спектакль? На каком основании меня проверяли?

– Даже то, что ты сидишь на троне, не дает тебе права так поступать! – крикнула я Эстесу, позабыв, что ссоры с ним скажутся и на Винсенте.

Тем временем мужчина, который меня нес, подошел к карете.

Я хотела разразиться гневной тирадой, но внезапно почувствовала головокружение.

Слуга помог мне забраться в карету. Я легла на сиденье, отчаянно желая, чтобы все произошедшее оказалось лишь страшным сном. Я вновь заплакала, вся дрожа. Мне пришло в голову, что единственное, чего я хочу – уснуть на руках у Винсента.

Эстес и Тао ехали во дворец в другой карете. Я благодарила богов, в которых не верила, что не вижу их лиц. Оставшись одна, я осмыслила произошедшее и осознала, что мне следует тщательно подбирать слова.

Да, я ненавидела Эстеса, который пользовался положением короля, но ради будущего Винсента я должна думать о своих словах и поступках. Я должна уважать Эстеса, несмотря ни на что.

Карета замедлилась. Я поняла, что мы приехали во дворец, села и вытерла мокрое от слез лицо. Я закрыла глаза, стиснула зубы и глубоко вздохнула.

– Не сейчас, – сказала я себе. Возможно, когда Винсент станет королем. Но не сейчас.

Дверь кареты распахнулась. Слуга, который нес меня ранее, подал мне руку, но я расправила плечи и гордо вышла без его помощи.

Оказавшись снаружи, я встретилась взглядом с Армондо. Мужчина вышел навстречу и в ужасе смотрел то на меня, то на короля, не подозревая о произошедшем. Я кивнула, дав понять, что все в порядке, но глаза мужчины все равно беспокойно блестели.

Мы вошли в вестибюль, и я отправилась к лестнице, намереваясь сразу пройти в комнату, оставив Эстеса и Тао позади.

Внезапно я увидела Винсента, который спускался по лестнице. Мы застыли на месте. В черных глазах мужчины читалось недоумение. Нахмурившись, мой муж разглядывал нас. Наконец, внимательно изучив мое лицо, он, видимо, что-то заметил. Винсент поспешно спустился по лестнице, подошел ко мне и коснулся моего разбитого лица.

– Китана, – произнес он, – что…

– Нам было необходимо проверить ее преданность, что мы и сделали, – прервал сына Эстес.

Винсент так пристально смотрел на отца, словно забыл, кто перед ним. Его взгляд полыхал от ярости.

– Как ты смеешь трогать мою жену?

– Я не просто твой отец, я твой король, – фыркнул Эстес. – Мне пришлось убедиться в верности жены моего сына, претендента на престол.

– Неужели? – язвительно спросил Винсент. – И как, вы убедились в преданности моей жены, мой король?

– Убедился, – Эстес не сдавал позиции. – Ее преданность тебе в разы сильнее, чем государству и собственной жизни.

Серьезный ответ короля еще сильнее рассердил Винсента.

– Ты шутишь?

Винсент говорил спокойно, но