Избранница мести - Барбара Элсборг

Черные точки заплясали у нее перед глазами, она попыталась втянуть воздух в легкие, но не получилось, и все потемнело вокруг.

***

Кейт вздрогнула и проснулась. Джек все еще спал. Она откатилась от него на край кровати, подавляя стоны боли. Он становился все более жестоким, а она слабела.

На ее теле не осталось ни уголка, которое бы не пострадало от его рук. У нее повсюду были следы укусов. Кейт чувствовала себя плохо, словно какой-то вирус проник в ее тело, разрушая ее изнутри.

После того как Джек заснул, она лежала рядом с ним, обдумывая, как его убить. Выбора больше нет, потому что он медленно убивал ее. Она должна бить наверняка или сделать его настолько недееспособным, что он не сможет навредить ей или Томми.

И это необходимо совершить, пока Томми не видит.

Кейт неловко двигалась по кровати и поднялась на ноги. Ее пальцы коснулись ярко-красного следа от укуса на левой груди, еще одного на талии. Кейт словно в тумане подумала, что бы Джек сделал, если бы она укусила его вот так. Собрав свою одежду, она проскользнула в ванную, умылась и оделась. Надеялась, что Джек не проснется, пока она не спустится вниз, но когда вернулась в спальню, он уже не спал.

— Иди сюда.

Кейт подошла к нему.

— Ляг и поцелуй меня.

Кейт прикусила внутреннюю сторону щеки, когда опустилась рядом с ним. Положив руку ему на лицо, прижалась губами к его губам, задержала их там дольше, чем хотела, а затем положила голову на подушку.

Джек приподнялся на локте и посмотрел на нее сверху вниз.

— Мне жаль, что я причинил тебе боль.

— Хорошо. — Кейт скрыла свое удивление. Что она должна была сказать?

— В следующий раз будет лучше.

«Я собираюсь убить тебя сегодня», — подумала Кейт. Когда Джек прижался губами к ее губам, она не сопротивлялась.

***

Кейт попыталась поднять протестующего Томми с постели, но не смогла. Джек подошел к ней сзади, подхватил его и притворился, что роняет. Томми завизжал от восторга, и Джек понес его вверх ногами в другую комнату.

— Ты сегодня какой-то изворотливый. Может быть, тебе стоит съесть червей на завтрак вместо фруктовых колечек, — произнес Джек.

— Ни за что, — ответил Томми.

Джек усадил его за стол.

— Мама приготовит тебе завтрак, пока я присмотрю за огнем. Сегодня холодное утро, нам нужно согреть твою мамочку.

Когда Кейт разогревала молоко для хлопьев Томми, запах кипящей жидкости внезапно стал невыносимым. Она бросилась в ванную, зажимая рот рукой, и ее вырвало. Она оставалась на месте, пока спазмы не прошли, а затем неуверенно поднялась на ноги. Умыла лицо и прополоскала рот, прежде чем вернуться к столу. Джек дал Томми его хлопья.

— Бекон и два яйца. Глазунья, — произнес Джек с ухмылкой.

Последнее, что ей нужно, так это жарить еду. Она посмотрела в окно.

Светило солнце. Деревья были покрыты снегом, ветви прогибались под их тяжестью.

Томми отодвинул свою тарелку.

— Я хочу слепить снеговика.

— Сначала мы должны сделать рождественскую открытку для твоего дедушки, — указала Кейт.

— Для дедушки Джорджа?

Кейт взглянула на Джека.

— Нет, для дедушки Дона, Томми. У тебя нет дедушки Джорджа, — упрекнул Джек.

— Да, я знаю.

— Нет, ты не знаешь, — отрезал Джек.

Нижняя губа Томми задрожала. Кейт подняла его и подтолкнула к ванной.

— Иди почисти зубы.

Кейт поставила перед Джеком кружку с кофе и отхлебнула из своей, пока поджаривала бекон для него. Это было сюрреалистично, как будто они разыгрывали пьесу без зрителей.

Пока он ел, она, обессиленная, снова включила круиз-контроль.

— Не ешь, Кейт?

— Не голодна.

— Я застрял, мамочка.

Томми просунул голову в пройму своего свитера. Кейт вытерла руки и помогла ему.

— Где мои цветные карандаши?

Кейт достала его книжку-раскраску, цветные карандаши и белую карточку, положила их на стол и наклонилась, чтобы застегнуть его ботинки. Он опустился на колени на стул напротив Джека и потянулся за красным карандашом.

— Посмотрим, сможешь ли ты нарисовать картинку с тобой, мной и папой и нашей рождественской елкой, — произнесла Кейт.

— Ладно. Я хорошо рисую.

Сквозь болтовню Томми донесся шум автомобильного двигателя. Джек схватил Кейт за больное запястье и вывернул его. Она взвизгнула.

— Не делай больно мамочке.

Джек удивленно посмотрел на Томми, а затем рассмеялся.

— Отведи его наверх и не спускайся, пока я тебе не скажу. Вспомни, что случилось с Чарли.

Глава 26

Джек выглянул в окно, но машины нигде не было видно. Его пульс участился, когда он подошел к двери. Он понятия не имел, кто там. Может, тот человек, что вчера подъезжал к дому. Джек не пропустил следы и вереницу отпечатков ног. Он почти уверен, что это не его отец, но чертовски надеялся, что это не местный шериф. Джек хотел больше времени проводить наедине с Кейт и Томми, просто чтобы убедиться в ее послушании, хотя этим утром она показала себя как образцовая жена. Секс перед завтраком и его яичница были идеальны. Он ухмыльнулся. Если это его отец, все было бы хорошо, пока Кейт вела себя прилично.

Джек открыл дверь и коротко рассмеялся. Натан пробирался по девственному снегу.

— Доброе утро, Джек.

— Какого хрена тебе нужно?

— Могу я войти?

Джек посторонился. Натан стряхнул снег со своих ботинок на верхней ступеньке и вошел в дом. Джек улыбнулся ему в спину и закрыл дверь.

***

Кейт лежала, прижав ухо к полу спальни, стараясь расслышать голоса внизу.

Отец ли это Джека?

Томми потянул ее за руку.

— Посмотри на моего слона.

Кейт села и наблюдала, как он красит корявым фиолетовым карандашом за пределами контура.

— Томми, можно мне картинку раскрасить?

— Ладно.

Кейт вырвала страницу почти с конца.

— Эй!

— Все в порядке, Томми. Смотри, мы можем раскрашивать одновременно.

Кейт взяла острый красный карандаш и написала: «Нам нужна помощь. Джек опасен. Позвоните в полицию. НЕ пытайтесь ничего делать самостоятельно». Она тяжело выдохнула.

— Ты не соблюдала линии, — упрекнул Томми. — О, ты пишешь.

— Я не пишу. Я совершила ошибку и выброшу листок.

Она складывала листок бумаги снова и снова, пока тот не стал достаточно маленьким, чтобы поместиться в кармане ее джинсов.

***

Натан вошел в дом впереди Джека, разглядывая игрушки, украшенную елку, потрескивающий огонь и исчезающие запахи завтрака. Домашняя обстановка его потрясла. Он повернулся и увидел Джека,