Обретенная любовь - Гайя Алексия

«Привет, Елена, идешь сегодня на вечеринку?»

Я хмурюсь, отбрасываю телефон и отворачиваюсь к окну. Темнеет. Мой план на сегодня прост: ждать, пока все это закончится.

Больше мне никто не писал. Уже девять вечера, и я не могу сидеть на месте. Я даже быстро оделась, чтобы выйти из дома, но передумала: было слышно, как родители разговаривают внизу. Они обязательно спросят, куда я иду так поздно, и наверняка запретят выходить. А проскользнуть мимо и втихаря прокрасться к Натали – я не умею, ведь я не Тиг.

Я наворачиваю круги по комнате. Через окно? Это настоящее самоубийство. Но можно пройти через террасу, потом под навесом, и останется только добраться до гаража, где припаркована моя машина.

Я больно ударяюсь о землю. Тиг, конечно, гораздо более ловкий, чем я. Как-то раз он здесь даже поднялся наверх, не проронив и капельки пота. Мой спуск занял ровно секунду между глупым головокружением и страхом быть пойманной. Я стойко сражалась, и вот, наконец, я в саду. Кстати: в следующий раз пойду по лестнице, может, будет не так скучно. Потому что, если сегодня все удастся, я планирую повторять это несколько раз в неделю.

Я обхожу дом. В папином кабинете темно, вероятно, они с мамой смотрят телевизор. Я открываю ворота гаража и вывожу машину, не заводя ее. Благо, во дворе есть небольшой уклон – это сильно помогает.

Пробравшись за калитку, я завожу мотор и отправляюсь в Куинс. Надеюсь, Тиг будет там и захочет меня увидеть, пусть даже только для того, чтобы накричать на меня.

Я добираюсь до Натали, но там никого нет. Бар тоже закрыт. Я не знаю, где Тиг, а его сотовый не в сети. Недавно он звонил мне с телефона Натали, может, попробовать позвонить ей?

Я паркуюсь у лицея. Здесь еще больше охранных мер, чем в дни занятий. Погрузившись в телефон, я собираю остатки сил, чтобы отправить сообщение Натали в надежде, что она передаст его Тигу. Я буду ждать до ночи, если понадобится. Я пишу первое сообщение, затем переписываю. Только с третьей попытки получается подобрать нужные слова.

Я смотрю на проходящих мимо людей. Они все одеты с иголочки. Почему я назначила Тигу встречу здесь? Потому что это единственное место, которое мы оба знаем, не считая дома, и я уверена, он сможет меня здесь найти. Даже если придется оставаться на парковке до самого его прихода.

Я снова проверяю телефон. Ответа нет. Натали обычно мне отвечает, а теперь молчит. Это странно, но может, она просто обиделась, что я не ответила на ее предыдущие сообщения? Мне лучше пойти домой. Но чуть позже. Надеюсь, он найдет способ добраться сюда.

Через секунду передо мной возникает силуэт. Это Софи в красивом длинном платье, оно ей очень идет. Она симпатичная, зараза. Софи открывает машину, стоящую недалеко от моей, достает что-то и, заметив меня, сразу направляется ко мне. Я открываю окно. Я так расстроена, что готова поговорить даже с ней, хотя обычно на дух не переношу эту стерву.

– Елена? Ты что тут делаешь?

– Жду Тига.

Она хмурится.

– А… Так он только что вошел в лицей, я с ним пересеклась на выходе.

Что?

– Ты уверена?

– Конечно! Его сложно не заметить. Ладно, я пошла, меня ждут.

Она отворачивается и опускает глаза в свой телефон. Я смотрю, как она удаляется между рядами машин.

Он в лицее? Может, подумал, что я пошла на вечеринку.

Я выхожу из машины и пересекаю парковку. Мне остается всего несколько метров до входа, как вдруг чья-то рука ложится на мое плечо, а вторая обнимает меня за талию. Думая, что это Тиг, я с улыбкой позволяю увлечь себя вперед, но когда прислоняюсь спиной к его груди, то опускаю глаза.

Черт, никаких татуировок на руках? Но кто…

– Привет, Хиллз… Ты как раз вовремя, праздник только начинается.

Мое сердце замирает. Я пытаюсь отойти от него, но он держит меня и прижимается бедром к моим ягодицам.

– Тсс… Ты идешь со мной. И, если ты хотя бы пискнешь, твой парень проведет остаток ночи в тюрьме, – шепчет Джейсон мне на ухо.

Глава 35

Тиг

– Доу… Ничтожество. Доу… Ничтожество. Доу… Ничт…

Дерьмо!

Я уселся на матрас еще до того, как открыл глаза. Я трясу головой, пытаясь прогнать остатки этого чертового воспоминания, которое приходило мне на ум всякий раз, как я закрывал глаза в течение последних трех дней.

Я протираю лицо руками. Они привычно дрожат. Кажется, сердце дрожит в одном ритме с ними. Успокойся, парень!

– Доу… Ничтожество!

Я соскакиваю с кровати. Похоже, эта мразь никогда не выйдет у меня из головы! Как будто мало того, что он вернулся в мою жизнь, так еще и насылает на меня кошмары, стоит мне лишь прикрыть глаза. Я не знаю, что сделать, чтобы это прекратить.

Мне помогают только отжимания. Или моя львица. Но она недоступна, а на упражнения сил не осталось. Как только я встаю, начинается головокружение. Мы уже три дня закрыты в камерах, и я чертовски голоден. Каждое утро начинается с мерзкой тошноты.

Всю ночь я мерз. Эти сволочи, видимо, заодно отключили отопление, а дурацкое окно в нашей комнатке практически не закрывается. Всю ночь я слушал, как ветер трепал прогнившую резинку. Даже воспоминание о моей львице, спавшей рядом со мной совсем недавно, не приносит покоя. Хотя ее дыхание всегда было способно сотворить невозможное и усмирить мою ярость.

Я делаю круг по комнате: всегда одинаковое количество шагов, всегда одни и те же стены. Я так больше не могу! Мне надо выйти отсюда, я здесь с ума сойду. Вчера вечером какие-то парни вопили на весь коридор, что хотят пить. По крайней мере, они могут кричать, в отличие от меня.

Сейчас еще раннее утро, но я уже у двери в ожидании, когда ее откроют. Даже старик уже встал и, кажется, ждет завтрака, хотя обычно он плюет на расписание, которое тут навязывают.

К первому звонку я уже стою у стены, поставив руки и ноги на соответствующие отметки. Черт, как же долго! Я безумно голоден, время для меня замерло, и начинает казаться, будто они сначала откроют все остальные камеры и только потом зайдут к нам. Что они делают? Они ведь не забудут про нас,