Плохие намерения - Чарли Роуз

Я не отвечаю. Я даже не смотрю на нее.

— Джесси? — умоляет она, глядя на него в поисках согласия, но и там его не находит.

— Я могу простить вас за то, что вы отправили меня в тюрьму, но вы не можете простить меня? Нереально, бл*дь. Я все сделала для вас двоих!

Вот оно. Этот цикл прямо здесь. Плачь, просьбы прощения, набрасывания, когда она не добивается своего, и повторения. Мой гнев бурлит внутри меня, угрожая выплеснуться наружу.

— Ты простила нас? — спрашиваю я, мой голос смертельно спокоен и тих. — За что именно? За то, что позволила своему парню избить нас? За то, что ты гребаная наркоманка? За то, что бросила своих детей без денег и еды на несколько месяцев кряду? Или, может быть, это за то, что трахнулась с моим парнем после того, как ты отправила меня в магазин купить тебе сигарет. О, или, может быть, мне следует простить тебя за то, что ты украла новенький велосипед Джесси только для того, чтобы заложить его? — мой голос повышается с каждым вопросом, мое лицо в нескольких дюймах от ее. — Должна ли я простить тебя за то, что ты прогнала нашего отца? Единственного наполовину нормального человека в нашей жизни? — кричу я, указывая на Генри.

Кристал удивляет меня, когда она хихикает, ее глаза загораются ликованием. Я этому не доверяю. Она смотрит на Генри.

— Ты не сказал им, почему ушел?

— Кристал. Не надо, — предупреждает Генри.

Мой желудок скручивает от нервов, и я просто знаю, что бы ни случилось дальше, хорошего не будет.

— Они заслуживают того, чтобы знать.

— Убирайся. Сейчас же, — говорю я сквозь стиснутые зубы. Джесси встает, внезапно заинтересовавшись разговором.

— Заслуживаем знать что?

— Не обращай на нее никакого внимания. Это то, что она всегда делает. Она ревнует к нашим отношениям с Генри и сделает все, чтобы их испортить. Разве это не так?

— Я твоя мать! — визжит она. — Он даже не твой отец!

Что? Я слышу слова, но моему мозгу требуется минута, чтобы осознать их. Джесс отшатывается, как будто его ударили в живот. Мой взгляд устремляется на Генри, о котором идет речь, и его чувство вины говорит мне все, что мне нужно знать.

Это правда.

Генри мне не отец.

Прежде чем я успеваю осознать, что происходит, Джесс хватает ключи с кофейного столика и проталкивается мимо Кристал. Я слышу, как заводится 4Runner, и выбегаю за ним на улицу, но он уже уехал.

— Джесс! — я кричу вслед задним фарам, горящим красным в ночном небе.

Я бегу обратно в дом.

— Дай мне свои ключи, — требую я, протягивая ладонь. — Мне нужно найти его. — Генри секунду колеблется, прежде чем вложить их мне в руку.

— Малыш... — начинает он, но я перебиваю его.

— Не надо. Просто не делай этого. Убедись, что она ушла, прежде чем мы вернемся, — говорю я, бросая взгляд на Кристал, которая теперь плачет, обхватив руками свою спутанную белокурую голову.

Я не могу думать о том, что это значит прямо сейчас. Я не могу думать о том, что я чувствую. Я сосредоточена только на том, чтобы найти Джесс. Я выбегаю на холодный ночной воздух. Сейчас идет снег, что только усиливает мое беспокойство. Я запрыгиваю в грузовик Генри, оставляя его и Кристал выяснять отношения внутри.

Я даже не знаю, с чего начать. Сначала я звоню в его школу. Не спрашивайте меня, почему это имеет какой-то смысл в моем мозгу. Парковка совершенно пуста. Затем я пробую два ресторана, которые все еще открыты, — по-прежнему ничего. Я проезжаю мимо нескольких баров. Возможно, Джесс просто достаточно глуп, чтобы попытать счастья. Ничего.

Моя паника растет с каждой минутой, пальцы беспокойно постукивают по рулю. Когда он сорвался с места в Окленде, я не волновалась. Я знала, где его найти. Но это... это ощущается по-другому.

Это то, чего я боялась. И это моя вина. Я вытащила его из города, втянула в жизнь Генри, они сблизились, и теперь… это. Бедный ребенок никогда больше не будет никому доверять.

Я звоню Дэйру, надеясь, что он ответит. Он говорил, что после тату-салона отправится домой, но он ушел раньше нас, так что я не знаю, там ли он еще. Раздается три мучительно долгих гудка, прежде чем он берет трубку.

— Ло? — Замешательство окрашивает его тон. Обычно я ему не звоню.

— Я не могу найти Джесси. — Мой голос звучит дрожащим и паническим для моих собственных ушей.

— Что ты имеешь в виду? Что случилось?

— Гребаная Кристалл, — отвечаю я, как будто это все объясняет. — Он взял грузовик и уехал. Ты на работе? Ты где-нибудь видишь его машину снаружи?

В этом районе есть несколько баров, в том числе Blackbear.

— Я здесь. Я не вижу его снаружи, но я объеду вокруг. — Я слышу, как он передвигается, а затем, секундой позже, звук заводящегося двигателя.

— Он не знает, как вести машину в такую погоду. Дворники на лобовом стекле ни хрена не работают, а шины… они не очень хороши на снегу...

— Успокойся. Это просто небольшой снегопад. С Джесс все будет в порядке. Мы найдем его. Ты хочешь, чтобы я заехал за тобой?

— Нет, я думаю, лучше разделиться.

— Хорошо, — говорит он после долгой паузы. — Ты в порядке?

— Генри не мой отец, — тихо говорю я и осмеливаюсь выругаться ему под нос.

— Мне жаль, детка. — И это не сочувствие. Это сопереживание. Потому что, если кто-то и знает, каково это, так это Дэйр. Но в гораздо большем масштабе.

— Прости, — говорю я, сожалея о своем тоне. — Я знаю, это даже близко не сравнится с тем, что случилось с тобой...

— Эй, не сравнивай трагедии. Это нормально — расстраиваться, Ло.

Я бы не назвала это трагедией, но я ценю его в этот момент больше, чем он когда-либо узнает.

— Я дам тебе знать, если найду его, — говорит Дэйр. Я благодарю его и вешаю трубку, ломая голову над тем, где бы поискать. Я езжу по городу еще час, но безуспешно. Хотела бы я знать номер его тренера или хотя бы где он живет. Может быть, он поехал туда.

На моем телефоне высвечивается сообщение от Дэйра.

Дэйр: Не повезло. Как у тебя?

Я: Нет. Я собираюсь поехать домой и посмотреть, вернулся ли он. Поспи немного.

Один из нас должен это сделать.

Дэйр: Я заеду домой, чтобы