Воин - Элин Пир

Он застонал.

— Я уже сказал Хану, что покупаю себе рыбацкий домик на Аляске. Я покончил со всем этим дерьмом. Он и Перл могут править страной, если захотят. Ты можешь уехать и жить на Родине.

Мой голос немного дрожал.

— Я не хочу жить на Родине.

Он пожал плечами.

— Ты меня слышал? Я не хочу жить на Родине. Я хочу жить здесь, в Северных землях, с тобой.

— Тебе бы не понравилась Аляска.

— Я говорю не об Аляске.

— Послушай, Лаура, я понимаю. Я представлял фантазию молодой девушки о сильном герое, который жил во дворце. Я был самым близким человеком к принцу, которого только можно было найти. Но если тебе было недостаточно меня со всеми этими сказочными штучками, то я чертовски уверен, что тебе будет недостаточно меня, когда я буду жить в маленьком домике на Аляске.

— Хватит об Аляске, Магни.

— Я серьезно.

Я наклонила голову и указала на Милу.

— Ты собираешься оставить ее здесь, гадающую, почему ее было недостаточно, чтобы заставить тебя захотеть остаться рядом. Я уверена, что это совсем не травмирует девочку, которая уже потеряла свою мать, — мой тон был саркастичным.

— Это несправедливо. Я бы все равно навещал ее.

У меня болело горло от всех эмоций, застрявших там.

— Почему мы не можем поладить? — я спросила.

— Потому что с тобой невозможно поладить. — Его руки сжались в кулаки, и на этот раз его взгляд сосредоточился на моих губах.

Я видела это выражение раньше, и всегда за несколько секунд до того, как он целовал меня. Только на этот раз между нами был больной ребенок, и он не мог найти выход своему разочарованию, занявшись со мной сексом.

— Я узнаю это выражение на твоем лице. Если бы здесь не было Милы, ты бы набросился на меня, не так ли?

— Нет.

— Она спит, ты можешь это сказать.

Он нахмурился.

— Может быть, я бы и сделал это, но с ребенком в комнате этого, черт возьми, не произойдет.

Я закатила глаза.

— Это не было приглашением. Я просто указываю на очевидное. Это всегда было нашей привычкой, понимаешь?

— Ну и что? Поцеловать тебя — лучший способ заставить тебя замолчать.

Мои глаза метали в него кинжалы.

— Ты хочешь сказать, что целуешь меня только для того, чтобы заставить заткнуться?

Его тон стал жестче, и он вызывающе вздернул подбородок.

— Нет. Иногда я просто возбужден.

Разочарование и гнев вскипели у меня в животе, как сильнодействующие ингредиенты в ведьмином вареве. Я вернулась в Северные земли с намерением стать лучшим человеком и рассказать Магни о своих чувствах к нему. Но колоссальная стена, которую он воздвиг вокруг себя, была непроницаемой. В расстроенных чувствах я бросила в него комментарий, пропитанный ядовитой смесью из моего котла.

— Жаль, что ты не похож на Девлина. Когда он возбудился, он сказал своей женщине, что любит ее. Ты даже этого мне не даешь.

— Возвращайся на Родину, если тебе нужна поэзия. — В его тоне слышалась тихая насмешка.

— Говорить своей жене, что ты ее любишь, не имеет ничего общего с поэзией. — Я закрыла рот, когда Мила пошевелилась между нами, но было слишком поздно, и ее глаза, моргнув, открылись.

— Вы двое ссоритесь?

— Нет, мы просто кое-что обсуждаем. Тебе не о чем беспокоиться, дорогая, — я погладила ее по щеке.

— Мне показалось, я слышала, как вы говорили о поэзии.

— Верно, я рассказывала Магни о мощном стихотворении, которое ты мне сегодня прочитала.

— Это мое любимое. — Мила зевнула и положила голову мне на плечо. — Мы должны прочитать его Магни.

— Это отличная идея. Мы сделаем это позже.

Мила посмотрела на меня так, словно в ней что-то щелкнуло.

— Помнишь свою любимую часть из стихотворения о комплиментах? Ты должна по-настоящему гордиться собой, Лаура.

— Почему?

— Потому что ты сказала, что тебе было тяжело делать комплименты другим людям и говорить о них приятные вещи, и все же ты сказала все эти удивительные вещи о Магни. Теперь он знает, что ты была влюблена в него много лет, прежде чем выйти за него замуж, и что ты считала его самым красивым из всех мужчин.

— Настоящий гребаный принц, — тихо сказал Магни и опустил глаза.

Мила повернула к нему голову.

— Что ты сказал?

— Ничего.

Она снова зевнула.

— Магни, когда ты впервые понял, что любишь меня?

Он выглядел застигнутым врасплох.

— Эм, я не знаю.

Мила закрыла глаза и улыбнулась.

— Я поняла, что люблю тебя, когда мы сидели под звездами и разговаривали, и ты держал меня за руку. Я любил тебя, когда тебе пришлось уйти из школы, и ты подобрал меня и сказал, что возьмешь с собой на память. Ты больше ни с кем так не поступал, и это заставило меня почувствовать себя особенной.

— Ты особенная, — прошептал ей Магни. — Я сказал тебе, что думаю о тебе как о дочери.

Мила одарила его самой милой улыбкой.

— Это делает меня счастливой.

Кадык Магни дернулся у него на горле, и он наклонился и поцеловал ее в макушку.

Глаза Милы были прикрыты, когда она посмотрела на меня и снова зевнула.

— Лаура, когда ты поняла, что любишь Магни? Это было, когда он предпочел тебя твоей сестре?

Я не торопилась, прежде чем ответить.

— Нет, это было примерно через месяц после того, как мы поженились. Я неважно себя чувствовала, и он принес мне поднос с завтраком. Магни никогда не спрашивал меня, что мне нравится по утрам, но он выбрал мои любимые блюда.

Магни заерзал на своем сиденье.

— Не потребовалось много мозгов, чтобы сообразить. Ты каждый день в течение месяца выбирала на завтрак одни и те же четыре блюда.

Я посмотрела ему в глаза.

— Суть в том, что ты заметил.

Мила еще не закончила и спросила Магни.

— Когда ты понял, что любишь Лауру?

Магни почесал руку.

— Это долгая история.

— Расскажи нам.

— Это нехорошая история, и только Хан и Финн знают об этом.

— Мы никому не скажем, — пообещала Мила. — Ты можешь нам доверять.

Магни глубоко вздохнул.

— Хорошо, я расскажу тебе, но предупреждаю: я могу тебе не понравиться, когда ты услышишь правду.

Мое сердце учащенно забилось от серьезности его тона. Магни позволял нам увидеть, что находится за высокой стеной, которой он себя окружил, и я боялась дышать и пропустить хоть слово из того, что он говорил.

Глава 27

Завершение эры

Магни

— Все, кто знал моего отца, боялись его. Если они не боялись, то