Дом на берегу счастья - Фиона О’Брайан

Майк – совсем не то. Непредсказуемая и, как подозревала Эвелин, темпераментная творческая личность с соответствующими тараканами в голове. И без каких-либо особых достоинств. Один-единственный крупный заказ местного значения отнюдь не гарантирует, что Майка ждет блестящее будущее. О чем тут говорить, когда у него даже собственного дома нет! Зато у Ари есть недвижимость по всему миру. Да и у Джоша, судя по их беседе, есть как минимум один дом.

Словом, Эвелин была очень рада, что подавила этот несмелый роман в зародыше. Если она что-нибудь понимала в мужчинах – а она прекрасно в них разбиралась всю свою жизнь, – после этого разговора Майк больше никогда не сможет поверить Труф и сам вряд ли захочет с ней общаться: ему помешает уязвленная гордость. А Труф так и не узнает, из-за чего между ними вдруг выросла стена.

Впрочем, это и не важно. Если ее внучка еще не сошла с ума, то, когда она вернется домой, на левой руке на безымянном пальце у нее будет сверкать это божественное кольцо с бриллиантом.

Так или иначе, Эвелин чувствовала, что поступила правильно. Ее внучка может найти себе кавалера и подостойнее, чем какой-то скульптор с сомнительными перспективами, если не вовсе без них. Да, Труф сейчас устраивает быть гордой и независимой карьеристкой… но Эвелин как никто другой знала, что это такое – когда ты без гроша в кармане и тебя припирают к стенке. Хорошо, когда есть возможность обеспечить себе легкую жизнь, и, возможно, позже Труф тоже это поймет. Конечно, молодежь трудно убедить, что они не всегда будут бодры и свежи, но, как ни крути, годы рано или поздно настигают каждого. Эвелин могла доказать это на собственном примере, и это при том, что по энергичности она могла дать фору большинству своих ровесников.

* * *

В половине четвертого Труф и Джош легко нашли свободный столик в «Монахе» – этот причудливый паб располагался как раз по дороге к замку. Вокруг прогуливались туристы и местные жители с водой или мороженым в руках. Родители снимали на телефоны своих детей. Дети капризничали и хныкали, потому что солнце припекало все жарче. Ни в бухте, ни в гавани сегодня не дул обычный морской бриз, и на город опустилась гнетущая тишина.

– Ну так как? У тебя дела? – спросил Джош и отхлебнул пива.

Труф поигрывала ножкой своего бокала с вином:

– У меня все в порядке. В каком-то смысле я словно попала в другой мир. Но мне именно этого и хотелось. И я рада, что познакомилась с Эвелин.

– Да, она натура незаурядная… Вы с ней очень похожи, – сказал Джош. – Я сразу заметил. Она кажется очень независимой. И, похоже, она уже может двигаться сама. Скажи, как долго ты еще здесь пробудешь?

– А кто ж его знает?

Джош пожал плечами. Он казался обескураженным.

– Мне просто интересно… На днях в суде я наткнулся на Фрэнка. Он говорит, что без тебя им не работается. Они все очень по тебе скучают.

– Мои полтора месяца отпуска еще не закончились. – Труф скрестила руки на груди. – Я наслаждаюсь заслуженным отдыхом, и я счастлива. Я даже не представляла, насколько мне, оказывается, это нужно.

– Знаешь, я тут поговорил с одним коллегой. Мне его рекомендовали… Он занимается борьбой с сетевыми троллями, и…

– Я не хочу сейчас об этом говорить, Джош. Вот уже несколько недель я обо всем этом не думаю. И меня это вполне устраивает.

– Конечно, нам не обязательно говорить об этом сейчас. Но рано или поздно ведь все равно придется. Вот и Фрэнк думает точно так же…

– Ты обсуждал это с Фрэнком? – Труф повысила голос.

– Будь же благоразумна! Мы оба беспокоимся о тебе. О том, как это на тебя влияет. Да, возможно, они все нацелились только на тебя… но это также касается и всех нас, кому ты небезразлична. Я только хочу, чтобы ты не отгораживалась от нас, – он развел руки в стороны, – вот и все.

Труф вздохнула:

– Зачем ты приехал, Джош?

– Я приехал увидеть тебя. Хотел лично убедиться, что с тобой все в порядке. Ты… В последнее время ты была сама не своя. И это вполне понятно… Но я очень за тебя волнуюсь. Ты же знаешь, что я к тебе чувствую… Без тебя в моей жизни словно образовалась большая прореха… Я очень стараюсь понять тебя, поддержать тебя… но вообще-то у меня тоже есть чувства. – Джош нахмурился.

– Конечно есть. – Труф прикусила губу. – Прости. Ты прав… Последние несколько месяцев я была слишком зациклена на себе… А сейчас я вообще не хочу ни о чем таком думать. Я просто не в настроении.

– Понял, принял. – Джош откинулся на спинку стула. – Даю тебе слово, что больше я об этом даже не заикнусь. А сейчас почему бы тебе не показать мне ваш чудесный замок?

Они прогулялись по городу. Труф показала Джошу кафе Нессы и галерею, затем остановилась ненадолго возле узкой боковой улочки, в конце которой едва просматривались море и бухта.

– А вон туда мы все каждый день ходим купаться. Но туда я тебя отведу позже.

– Купаться? Я не ослышался? – Джош посмотрел на нее как на умалишенную.

– Ну да. Оказывается, это очень здорово, когда у тебя в двух шагах от дома есть море. Сначала я тоже не верила, что так вообще можно, а теперь я просто жить не могу без утренних заплывов.

Они подошли к замку. Пэдди, как обычно сидевший на своем посту, смотрел на них с интересом.

– Сколько стоит вход? – спросил Джош у Труф и стал рыться в кармане. Затем он огляделся в поисках какой-нибудь таблички.

– Это скорее пожертвование, чем плата, – спокойно объяснила ему Труф. – Видишь ли, у него тут что-то вроде индивидуального бизнеса. И, похоже, он здесь сидит с незапамятных времен.

– А, я понял.

– Здорóво, Труф! – сказал Пэдди и широко улыбнулся. – Благодарю вас, сэр, – добавил он, глядя на щедрую сумму, которую Джош положил в его банку. – Хотя вообще-то я не беру денег с местных жителей.

– Но я не местный, значит, вы не нарушаете ваших правил.

– Ах, но ведь друзья Эвелин – мои друзья… и если вы друг Труф… – Пэдди кивнул