Горький шоколад - Валентина Щиброва

— Ты невыносим, закатила она глаза.

— Знаешь, что, дорогуша! Я вообще не должен тебя развлекать и везде кататься с тобой! — посмотрел он на нее. Брюнетка обняла себя за плечи и с обидой в глазах повернулась к нему спиной.

— Ворчун, — услышала я от девушки.

— Маша! — от испуга я резко развернулась и прислонилась спиной к ограде. — Маша…

Надо мной навис Никита, расположив свои руки по обе стороны от меня, мельком посмотрела на красную ленту свидетеля.

— Никита? — опешила от такого напора у всех на глазах. — Ты что делаешь?

— Машенька! Милая… — было видно, что он слегка пьян. Никита попытался дотронуться пальцами до моей щеки, но я отклонилась назад. — Давай начнём все сначала, я все обдумал. Признаю, я дурак, был не прав.

— Никита, прекрати! Мне не нужны твои обдумывания. Я все решила! Отойди! — старалась негромко объяснять ему, отталкивая от себя. — И тебя ждут.

— Дай мне шанс, слышишь? Прошу! Я не могу без тебя жить! — морально давил он на меня. Наклонившись ближе к моему лицу, стал тоскливо смотреть в мои глаза. Ладонью уперлась ему в грудь, не давая сократить дистанцию между нами. — Я очень скучаю по тебе.

— Это вино в тебе скучает? Или задетое самолюбие? Я тебе давала шанс и причём целых два раза, но ты ими не воспользовался, так что ничем не могу тебе помочь. Мы расстались. Точка, — в глубине души воспламенялись отголоски чувств к нему, но я сопротивлялась. Я хочу, чтобы он ушел. Чувствую, как по руке стекают остатки мороженого.

Никита неожиданно захватил моё лицо в свои ладони, и впился своими губами в мои. На несколько секунд я потеряла ориентацию и взмахнула руками, а потом стала яростно его отпихивать от себя.

— Твою ж мать! — услышала я громкое ругательство справа от себя.

Никита сразу отпрянул и повернулся в сторону возмущающегося парня, следом и я. И тут я поняла, что наделала. Парень очень злился, смотря на себя. Наконец, я вырвалась из захвата Никиты.

— Простите, пожалуйста. Я не хотела, — с виноватым лицом, я доставала салфетки из сумочки. Моё злосчастное мороженое, точнее его большая часть, остатки я выбросила просто, попала парню на футболку и капала с неё прямо на ширинку спортивных штанов. На черной ткани выделялось невообразимое белое пятно. — Я, правда, нечаянно.

Брюнетка прикрыта рот и захихикала. Никита с непониманием смотрел на нас. Я даже знаю, какие у него вырисовывались фантазии по поводу этой ситуации. Я подошла ближе к парню и, не спрашивая разрешения, принялась оттирать его футболку. Заметила на шее толстую серебряную цепочку.

— Да уйди ты! — грубо оттолкнул он меня. — Ширинку тоже будешь тереть?

— Что? — не понимала его реакции. Какие все — таки красивые у него глаза.

— Наоблизывалась? Неуклюжая! — он выхватил из моих рук салфетку и стал вытирать штаны. — Только чистые сегодня надел. Дерьмо какое — то, а не день!

Брюнетка ещё больше веселилась. Я лично ничего веселого здесь не видела.

— Как ты разговариваешь со мной? — от его хамства я забыла правила вежливого этикета. Ни один парень не позволял себе в таком грубом тоне разговаривать со мной. — Я извинилась.

— Как я разговариваю с тобой? По — русски. Ты знаешь на что это похоже? — указал он пальцем на свою ширинку. Мне уже надоела его необоснованная грубость.

— Знаю! — я гордо вздернула подборок, не изображая больше раскаяние. Он прищурился. — Это всего лишь пятно от мороженого. Подумаешь! Постираешь, ничего страшного.

Я небрежно пожала плечами и скрестила руки на груди. Его взгляд чуть дольше задержался на моих губах.

— Ах, я постираю? — почему он так раздражался? — Какая — то чокнутая девица, подсматривающая за мной, швыряется в меня мороженым в пылу своей дурости, и говорит мне постирать? Как все у вас, у баб, просто. А мне теперь, твою мать, нужно вот в таком чмошном виде ехать в другой город. Нормально, да? Вот сейчас пойдешь и купишь мне новые штаны, раз такая умная, поняла?

Он нервно повел плечами, даже хруст послышался. Я стояла, открыв рот. Никогда еще не слышала такой ужасной лексики в свой адрес.

— Парень, ты не охренел так грубить моей девушке? — Никита выступил вперёд меня. — Обдолбанный что ли?

— Никита, не надо. Не лезь к нему, — отталкивала я его. Испугалась, каким тёмным взглядом парень посмотрел на Никиту.

— Остынь, слышишь? — брюнетка вцепилась грубияну в плечо. — Здесь же народ. Ну, ты чего на самом деле завелся из — за какого — то мороженого? Поехали, я нагулялась.

— А я и не завелся, — вдруг усмехнулся парень и снова посмотрел на меня. У меня даже мурашки по коже побежали от проникновенного взгляда.

— Ну — ка извинился перед ней. Думаешь, ты крутой? — не унимался Никита. По сравнению с парнем, он выглядел худым. О боже, на нас начали обращать внимание люди, тут же — дети.

— Все, Никита, пошли найдем твоего жениха, — тянула я его за руку. — Прошу тебя.

Брюнетка перестала веселиться и что — то тихо говорила своему спутнику. Повисло напряжение в воздухе. Я вся вспотела от жары и волнения. От парня можно было ожидать что угодно. Он явно из категории каких-нибудь дворовых ребят или как их там называют, которые могут завязать драку на пустом месте. И вот так развязно и нагло себя вести. Ну что брюнетка нашла в этом неотесанном нервном чурбане?

— Я хочу, чтобы он извинился перед тобой, Маш. Или ты умеешь только девочек обижать? — усмехнулся Никита, посмотрев на парня. Сплюнул на асфальт, показывая неприязнь.

Удар! И Никита со стоном схватился за нос.

— Ой, мамочки, Никита! — в сердцах произнесла я. Никита не удержался на ногах и упал на землю. Из носа текла кровь.

— Ещё раз вякнешь, я тебе его доломаю! — прорычал парень Никите. Девушка сильно дернула грубияна за руку, а затем пыталась увести его от нас подальше.

К нам подходили люди. Подбежал жених с мужчинами. Я обернулась назад, чтобы посмотреть виновнику драки в глаза, но парень с брюнеткой затерялись в толпе.

— Что здесь происходит? — спросил один из мужчин. У Никиты испачкалась рубашка.

— Держи, — я дала ему носовой платок. Никита стоял, запрокинув голову назад. — Ну вот почему ты меня не послушал? Заступник. Ты не видишь, что он неадекватно себя ведёт?

— Маш, он был груб с тобой, — невнятно ответил Никита с платком на носу.

Да, сейчас мне было жалко его, но мужчины порой сами виноваты в своих поступках. Особенно, когда выпьют лишнего и начинают искать проблем себе. Я понимаю мотив Никиты — он пытался защитить меня, потому что и сама не отрицаю того, что тот чурбан не нормальный какой — то. Люди стали по — тихоньку расходиться.

На меня вдруг накатила сильная злость. Я побежала в сторону выхода. Заметив их на полпути, я прибавила бег. Никогда ещё я так не злилась на мужчину. Мои чувства сейчас граничили с гневом и ненавистью. Наконец, сравнявшись с ними, я встала перед парнем, не давая пройти.