Розовые очки - Наталия Доманчук

— Хорошо, Кать, я все сделаю. Обещаю. Сейчас приду домой и сяду за русский, и математику, и даже историю прочитаю, честное слово!

— Ты целый день играл в футбол! — она топала ножкой.

— Ребята попросили постоять на воротах, ну не злись, все, я уже сел за уроки. Завтра будет пятерка, вот посмотришь!

И действительно была пятерка. Он никогда не обманывал ее, не обижал.

Никогда.

До того момента, пока она не узнала, что у него есть другая семья и две дочки…

Катя опять улыбнулась сообщению Марка «Как клубника?» и, не медля ни секунды, ответила: «Вообще не нравится. Такая красивая, мытая, сочная, кто-то ее даже маслом для загара смазал, и она сверкает на солнце, а вот пробовать совсем не хочется».

Марк прочитал сообщение и рассмеялся в голос.

Откинулся на спинку кресла и с улыбкой на губах продолжил пялиться в телефон. Ну вот что ей ответить? Очень хотелось пошутить. Или выдать что-то умное, высокоинтеллектуальное. Но он продолжал лыбиться и ничего путного придумать не мог.

«Как там наш мальчик?» — получил еще одно письмо от нее.

На это он смог быстро набрать ответ, хотя прекрасное настроение бесследно улетучилось: «Встал в шесть утра и вместе со мной поехал в офис. Пытается войти в курс моего бизнеса. Думаешь, получится?»

Катя долго не отвечала. Потому что не знала, что ему написать. Она не верила, что такие избалованные мальчики могут исправиться. Нет, к сожалению, он обречен. И Марк тоже. Не спасет этого капризного парня пылкая любовь, которую он придумал. Он все равно останется тем же баловнем судьбы, которому все можно. Да, сейчас ему не дали поиграться с понравившейся игрушкой, с симпатичной куклой по имени Катя, но, наигравшись вдоволь, он ее забросит. И хорошо, если не поломает.

«Я не знаю, что вам ответить. И поддержать хочется, и не обидеть…» — ответила, а самой тревожно стало.

«Обидеть? Тем, что я его профукал?»

Марк действительно профукал сына. По-другому никак не назовешь. И ему от этого было больно. Даже самому себе не хотел признаваться, что как только сын родился, Марк сразу почувствовал, что это не его ребенок. Каких-то особых изменений в жене он не наблюдал, но нутром чуял — у нее есть другой.

Тогда у него уже появились первые деньги, и он нанял детектива, который очень быстро собрал всю нужную информацию и доложил:

— Антон Каверин, 22 года, филолог, нигде не учится, ничем особо не занимается, живет в съемной квартире на Чистых Прудах. Отец — свободный художник, мать — актриса, есть родная сестра, в десятом классе. Ваша жена с ним видится три раза в неделю с 10 до 15.

Это было как кувалдой по башке — раз, и ты в отключке: голова тяжелая, ноги ватные, не держат, шум в ушах, и пелена на глазах.

Этот Антон на пять лет младше ее. Как? Почему?

Именно эти вопросы он и задал своей жене.

Маша совсем не растерялась и выложила мужу все, что наболело:

— Ты настоящий мужчина, добытчик, а он меня удовлетворяет в постели, что же тут непонятного?

— А я тебя в постели не удовлетворяю? — спросил, а сам уже знал ответ.

Когда удовлетворять? Вечно командировки и на работе допоздна. Не помнил, когда он к ней прикасался в последний раз. А теперь и не захочется.

Она тогда не поняла ничего, не поверила, что он ушел, не взяв даже своих вещей, просто развернулся и вышел из их квартиры навсегда.

Не навсегда. Вернулся он за сыном, через три года. Когда ее похоронил.

Маша разбилась на мотоцикле с каким-то малолеткой. Это был уже не Антон, а какой-то Кирилл. Хоронили в закрытом гробу. Маленький Алешка даже не знал, что у него есть папа.

Да и потом его редко видел, Марк скинул его на няню. Та обожала мальчонку и все ему позволяла. А Марк ей помогал — любая прихоть сына мгновенно исполнялась.

А о том, что не его этот ребенок, он старался не думать. Не сдаст же он его в детский дом?! Поднять и дать образование — это легче простого, а вот душу в него вложить? У него бы и не получилось.

Чтобы что-то дать — нужно это иметь в себе.

Марк же был пустой! С того самого дня как ушел от Маши. А может, он пустым и родился? Это он уже потом понял, а сначала пытался наполнить себя любовью. Он трахался, как кролик, каждый день, со всеми подряд. Чтобы доказать жене, что все у него хорошо, и он не только деньги умеет зарабатывать, но и в постели герой.

После смерти Маши, лет через пять, он решил еще раз попробовать жениться.

Да, по молодости он сильно ошибся, обжегся.

Но как ему хотелось возвращаться в дом, где бы его ждали!

И он стал искать себе жену.

Когда у тебя толстый кошелек, это очень трудно сделать.

Вернее, сделать-то это легко, практически любая прибежит на звон монет. А вот чтобы баба полюбила тебя не за деньги — это еще постараться надо.

Он пересел на метро, купил себе скромный костюм, снял однушку в Митино и начал охоту.

Очень скоро заметил, что даже с виду приличные девушки не задерживаются в его объятиях: одна ночь, вторая и они убегают.

Как-то познакомился с Олесей. Серьезная деваха, всего на пять лет его младше: ей семьи хотелось, детей. Они целый месяц встречались, то у нее на квартире, то у него. А потом она позвонила и сообщила, что больше встреч с ним не хочет.

Марк психанул, нагрубил, обозвал, потом так жалел! Не об Олесе и ее уходе, а о том, что надо было все же узнать причину. Ведь ясно же, что-то не так.

Эту информацию он получил от Марины. Его новая девушка и недели не выдержала. Мариша была прямолинейна и выложила на стол всю правду-матку:

— Ты же эгоист! Как с таким жить? Вроде нормальный мужик с виду, а посмотри, как ты накладываешь еду в тарелку? Ты легко можешь съесть все и даже не спросишь голодная ли я? Чего я хочу? Ты хоть раз поинтересовался, о чем мечтаю? Кто мои родители? Тебя не интересует, учусь я где-то или нет. И в постели… прости… но ты думаешь только о себе. Получил разрядку, отвернулся к стене, и все. Тебе плевать на меня?

— Не-е-е-т, — промямлил Марк.

И сразу все прояснилось. Конечно, ему плевать на нее. И на всех тех, с кем он встречался все эти годы.

Ему плевать на всех…

А потом задумался: «А на Машу?»

Сейчас стало ясно, почему она ушла, почему она выбрала того юнца.

— У тебя мания величия! Ты же эгоист, каких свет не видывал! — кричала ему Маша, когда он обувался, чтобы уйти от нее навсегда.

Она дернула его за рукав, чтобы он ее услышал:

— Ты хоть раз спросил, какие цветы мне нравятся?

Марк замер и зачем-то поинтересовался:

— Какие?