Дождь в моей душе - Марина Зимняя

- Выметайся отсюда! - кричит он. - Что бы я больше тебя здесь не видел! Никакой ты ему не друг. Ты никогда не был отцу другом! Я знаю всех его друзей! Быстро ты сориентировался! Даже за задатком смотался. Если мы когда-нибудь и решимся на продажу, то купишь у нас ее точно не ты. Я прекрасно знаю, сколько должна стоить отцовская машина. И это далеко не полтора ляма!

Дядя Валера смотрит на него озадачено:

- Саша! Вы сейчас не в состоянии говорить о серьезных вещах. Позвонишь мне, когда подумаешь как следует, - он сует мне в руки визитку. - И думать я тебе советую своей головой, а не головой двенадцатилетнего мальчишки. В вас сейчас кипят эмоции. Позвони мне обязательно, когда вы успокоитесь. Только сделай это до того момента, как надумаешь оформлять документы на наследство. Тогда схема, которую я предложил, будет уже невозможна.

- Убирайся отсюда! Что бы больше тебя здесь не было! Не смей приходить к нам домой! - Матвей вырывает из моей руки визитку, рвет ее и бросает в мужчину. На лице Валерия Николаевича отображается удивление. Он качает головой и говорит:

- Саша. Твоему брату не помешает помощь психолога. Думаю, что у него нервный срыв… Я сам позвоню тебе через пару дней. Подумай, хорошо.

- Выметайся! Урод! - брат принимается выталкивать его в коридор. Через мгновение входная дверь хлопает.

- Матвей! Так нельзя! Ты что? Разве можно так разговаривать со взрослым человеком?

- Ну, он же не постеснялся попытаться нажиться на детях собственного друга, - Матвей изображает кавычки пальцами. - Шуруп, - вспоминает он прозвище, которое дал мне несколько лет назад. - Он пытался нагло тебя скамить. Папина тачка стоит как минимум на лям больше. Она же совсем свежая, там пробег тридцать тысяч всего. Сашка, мы не будем ее продавать!

- Матвей, успокойся! Я и не собиралась. Это же папина машина! Как мы ее продадим?

Но в одном этот человек прав. Нам нужно позаботиться о вступление в наследство. Завтра я проконсультируюсь с нотариусом. А еще мне срочно нужно найти работу. Боюсь, что без официального трудоустройства у меня могут возникнуть трудности с оформлением опеки над братом. Ему я, конечно же, об этом не говорю. Не думаю, что в его возрасте у него в голове могут возникнуть мысли, связанные с этой проблемой. Я даже обсуждать с ним не стала вероятность его переезда в Новосибирск к тете Нине. Я никуда его не отпущу. Он единственный родной мне человек. Это подарок мне от мамы с папой. Вспоминаю, как ревновала родителей к нему. Я десять лет купалась в их любви, а тут появился человек, с которым эту самую любовь мне пришлось делить. Теперь ругаю себя за свой эгоизм. Родители очень хотели второго ребенка и были так счастливы, когда он появился.

- Шуруп! Ну ты даешь? А посудомойку запустить не вариант - слышу из кухни. Брат начинает тарахтеть посудой. Направляюсь к нему. Он составляет тарелки в машину. - Саш. А они тебе снятся?

- Каждую ночь…

- И мне...

Мамочка! Папа! Спасибо за то, что он родился...

4.

Две недели спустя

- Кать! Я просто в ужасе! Я даже подумать не могла, что с устройством на работу могут возникнуть такие проблемы! Если так пойдет и дальше, то мне придется пойти кассиром во всем известную сеть с отличным названием. Этот магазин как раз в двух шагах от моего дома находится! - придерживаю телефон плечом, пытаюсь разыскать связку ключей в сумочке.

- Ты совсем уже! Нафига ты столько училась?

- Кать! Те вакансии, которые я рассматриваю, либо с мизерной зарплатой, либо неофициальные. А неофициально я и пофрилансить могу. Правда, за этот месяц я растеряла почти всех своих клиентов. Придется все начинать с нуля.

- Санечек. Неужели в вашем городе никому не нужен маркетолог? Может, ты еще не все варианты пересмотрела.

- Почему! Нужен! На зарплату от восемнадцати до двадцати пяти тысяч. Кать! Я даже коммуналку в нашем доме не потяну с такими заработками. А еще школа и хоккей Матвея в месяц тысяч пятнадцать съедают. Я и не знала, что родители платили такие суммы. Они ведь еще и коммерцию мне оплачивали…

- Ты думаешь, кассиры зарабатывают больше?

- Не знаю... Я интересовалась, в одном месте мне сказали от тридцати пяти. И график удобный… Смогу подрабатывать.

- Ты ненормальная! С твоими то мозгами! Она уже узнавала!

- Ну а что мне делать! Если в опеку справка нужна с работы. Либо моя, либо моего супруга. Где я возьму себе супруга? А Кать?

- Успокойся! Я уверена, есть еще варианты. Попробуй в фирмы, где работали родители, обратиться.

- В маминой я уже была. Там полный штат. А к папе - не знаю. На самом деле там крупный завод. Ну, по крайней мере, для нашего города это предприятие считается чуть ли не градообразующим. Но добираться туда просто нереально. Только на машине. С общественным транспортом там беда. Можно сказать, промзона. Туда либо на развозке, но на ней обычно рабочих возят, либо на собственном авто.

- Ну у тебя же есть машина!

- Смогу пользоваться только после вступления в наследство.

- Понятно. Что там у тебя с ипотекой?

- Все нормально. Страховка покроет. Правда, я испугалась не на шутку, когда решила, что мне придется платить и ее. Почти шестьдесят тысяч. Два с половиной года. Я даже пару месяцев не потянула бы.

- Этот хмырь больше не появлялся?

- Звонил два раза. Снова за ипотеку напомнил. Но она на тот момент уже перестала висеть дамокловым мечем над моей головой.

- Сань. Я приеду в пятницу, а в воскресенье вечером уеду обратно. Не отпускает меня Согратовна. Я уже и больничный брать подумывала, но она поняла бы, что заболела я не случайно. Я ведь пять раз писала заявление на отпуск за свой счет, а она мне его не подписывала. Эта мегера и так меня терпеть не может. А после того вообще бы жизни мне не дала. Так что решила так, хоть на