Хозяин Священной Колыбели - Настя Любимка

– Сколько вам ходов, Ваша светлость? – вопрос мужчины прозвучал неожиданно.

– Двадцать четыре, Виктран. Здесь мне именно столько, а сколько было там – уже не имеет значения.

– Это не праздное любопытство. Вы привыкли общаться на равных, привыкли отдавать приказы и контролировать малейший шаг ваших людей. Проблема в том, что я не ваш человек. Я не подчиненный. Однако признаю, мне стоило поговорить с вами ранее. Ваша светлость, я частично сохранил память о жизни подле вас. Я помню вечера, которые вы провели, беседуя с доверенными лицами, их отчеты и ваши выводы, помню разговоры с лэдором Тирханом. Более того, я имею полный доступ к вашим документам и записям. Я не стал вас тревожить, но воспользовался всеми вашими наработками.

Говоря это, мужчина поднялся из-за стола, прошел мне за спину, туда, где находился шкаф, и ловко начал вытаскивать мои же записи, рассортированные по порядку, известному лишь мне.

– Здесь записаны ваши мысли об облегчении труда людей, о том, что можно внедрить для улучшения работоспособности и увеличения производительности. Тут – все о приспособлениях для работы в поле, рассортированное по задачам для мастеров кузнечного и гончарного дела… Здесь – для кухни, а это о блюдах… В частности, мне понравилась запись о морковке, которую стоит натереть как следует и приправить огненным перцем с уксусом, да подать к вареному картофелю… Мне сложно представить такое сочетание, но написано вкусно.

Виктран шутил, явно пытаясь как-то разрядить обстановку, а я…

Шах и мат, Настька, тебя сделали в твоем же доме! И нельзя сказать, что поступили неверно!

– Ваши схематические чертежи, несомненно, заинтересовали меня, и я рассчитывал позже обсудить каждое из устройств, пусть и половины не понял. Как и уделил должное внимание тому, что вы желали видеть на полях. Вот эти записи. Я действовал согласно вашему же плану и желаниям, потому что вы сумели на практике доказать, что ваш опыт ценен. Вам нужен был подсолнечник – десять телег с семенами прибудут уже в этом вехиме…

Вот это размах!.. Я сглотнула слюну. Давно я давила в себе желание пожарить семечек… У меня-то только небольшой мешок имелся!

– Вы сэкономили время, но поступили дурно, не спросив разрешения, – я говорила, а сама широко улыбалась.

Сердиться? Увольте!

Я думала, он праздно шатался весь месяц, а он перелопатил мои корявые записи, что-то там проанализировал и развил бурную деятельность… А ведь часть слов ему там явно неизвестна, потому что хоть и написано местными буквами, да на русском же языке!

– Прошу прощения, Ваша светлость, но в данной ситуации иначе я поступить не мог. И все же я совершил грубейшую ошибку, позволив вам находиться в неведении и допустив появление гнетущей атмосферы в доме. Я не мог предположить, что мой всегда рассудительный отец, который пусть и не во всем, но стал и вам поддержкой, решит воспользоваться мной и моим статусом в своих личных целях, а также опустится до оскорблений в ваш адрес.

Да черт с ним, с Амадео! Он – продукт своего времени. Ну решил меня укусить, место мое показать – так уже наказан. Куда интереснее то, что запланировал этот мужчина! Мои записи – явно капля в море.

– С момента пробуждения силы территория Колыбели увеличилась, вы это уже и сами поняли. Нам многого не хватает… Бывшие угодья эдора Ойдохи станут фермами, где будет разводиться птица, свиньи, кролики… Часть территории станет стайней [1] , помимо прочего скоро пригонят отары овец. Я взял на себя смелость выписать и тонкорунных овец, майроскую [2] породу, устойчивую к северному климату… Их еще не стригли. Вы же хотели заняться производством вязаных вещей?

Такие речи приятно слушать любой женщине... Сложив руки под подбородком, я влюбленным взглядом смотрела перед собой. Виктран все еще находился позади меня.

Ты погляди, какой молодец, а? Вы хотели это? Вот это, нате, пожалуйста! Выписал, купил, скоро доставят!

И я была более чем уверена, что он и людей нашел, которые за всем этим богатством будут приглядывать, ухаживать, растить…

Аргерцог и пятой части от уже сделанного Виктраном не предложил, даже не заикнулся! А ведь Виктран, несомненно, пользовался как служебными связями, так и родовыми! И, конечно, личными деньгами… Нет, его отец никогда не рассматривал меня как союзника и не желал развития моих земель. Козел!

А то, что Виктран не лгал – я знала наверняка. Сила бы не позволила… Ни ему мне солгать, ни мне ему…

– Ваша светлость, вы зимой на… луме, кажется? Да, на луме вязали. Вот и…

– Настя или Стейзи, как будет удобно. Хватит официоза. Садитесь, Виктран, я уже поняла, что вы в курсе всех моих планов. И мне невероятно приятно знать, что вы учли мое мнение и мои желания… Пусть все это и несколько неожиданно.

– Это моя область ответственности, Нас-тя… Анастейзи…

Я фыркнула, но поправлять не стала. Не привык еще, потом определится, как меня называть.

– Не учитывать ваше мнение о том, что вы считаете необходимым, было бы непростительным упущением. Ваши знания и опыт нужны этому миру.

– Итак, Виктран, какую все-таки роль вы мне отводите?

– Равноправного партнера, – не колеблясь, ответил мужчина, садясь напротив меня. – Но с оговоркой.

– И какой же?

– Мужчины и женщины мыслят по-разному, даже если они оба сильны духом, крепки телом и имеют устойчивые взгляды на жизнь в целом. Я не буду подчиняться вам, Анастейзи. Я не буду отчитываться в действиях, которые буду предпринимать для защиты Колыбели. Однако я открыт к диалогу и буду учитывать ваше мнение. Но вам придется принять тот факт, что последнее слово будет за мной.

– А если ваши действия окажутся ошибочными? Если они принесут вред? Мне, моим детям, моим людям? Предлагаете стоять в стороне? Странное партнерство, при условии, что за вами