Вишенка 45. Сильным трусы не нужны - Мара Евгеника

Меня никто не слышит и слушать не собирается.

В ответ на мои слова наглец издает довольный рык.

И наглые и горячие губы Парамона уже ныряют в треугольник моей трешки, что пикантно видна в вырезе блузы.

Нахал бесцеремонно проводит языком по ложбинке между полушариями и поднимает свое довольное лицо.

Порочный взгляд его глаз проникает внутрь меня, распаляя и сжигая мои благие намерения.

Пытаясь остановить свое падение в пучину сладкого разврат, с трудом, но все же выдергиваю руку из горячей мужской ладони.

Тут же беспардонно кладу её на ширинку и сжимаю пальцы на выпирающем хозяйстве...

Глава 8

Была уверена, что наглеца это остановит. Но увы и ах!..

– Может лучше расстегнуть, чтобы тебе было удобнее, а мне приятнее? – тут же чувственно и возбуждающе рокочет в области шеи баритон Парамона.

И по моему телу от бархата и вкрадчивости его тембра пробегает будоражащая дрожь.

Пытаюсь взять себя в руки.

– Пустите! Я сюда пришла не вот за этим… Вы же хотели что-то обсудить со мной? – стараюсь говорить как можно увереннее и твёрже, но мой голос предательски томно вибрирует.

– Обсудить? А, да, хотел…Но…К херам все! Позже…

Понимаю, что от такого напора и темперамента отбиться мне будет крайне сложно.

Если еще взять в рассчет, как меня это все саму будоражит. То и вовсе безнадежно…

“Вот попала, так попала. Нет, пропала так пропала..,” – проносится в мозгу.

От пошлости ситуации и от напора и азарта Парамоши меня плющит до черных мушек перед глазами.

И еще выбивает почву из-под ног пульсация мужской плоти под тонкой тканью брюк, которую я чувствую пальцами.

– Не понимаю, о чем речь! – шепчу сдавленно осипшим голосом. - Если Вы хотите обсудить юридические вопросы, то давайте присядем за стол.

– Ничего не хочу обсуждать, - взгляд его синих глаз проходит по мне жаркой волной. – Ты ведь хочешь меня, малышка?

– Я для вас не малышка, а Виктория Вольдемаровна, – отвечая, старательно изображаю презрительный взгляд.

– Раз нет, то перестань давить на мои яйца. Это очень нежный орган. С ним нужно обращаться деликатно…

– Ага, щаз! Я так сдерживаю вашу агрессию, – откашливаюсь, чтобы голос стал громче и четче.

Парамонов саркастично кривит губы и отдирает мою кисть от своего гульфика и снова заводит руку за спину.

Сам наглым образом опять свободной ручищей мнет мою грудь.

Только теперь уже пальцами залезает под бюстик и начинает поглаживать и пощипывать сосок.

Непроизвольно напрягаюсь, вздыхаю и издаю стон.

Он приближает свое лицо к моему и мажет губами по моим.

– Нравится? Мокрая уже, с-сучЁ-ночка, – горячо и довольно шепчет наглец прямо мне в рот.

Дышу тяжело, стараясь от него отодвинуться. Но…

Мне так нравится, что уже самой хочется забраться на стол и раздвинуть ноги.

Громко сглатываю слюну.

– Уберите от меня свои ручищи, – не говорю, а стону, пытаясь сохранить невозмутимость на лице.

Парамонов тут же проводит большим пальцем по моим губам.

Очень хочу изобразить равнодушие и презрение к этому порочному и сексуальному альфачу. Но…

У меня ничего не получается. Это я понимаю по его насмешливому взгляду, которым он раздевает и уже трахает меня во всех позах.

– Давайте все же перейдем к обсуждению важных вопросов, – дергаюсь, но он еще сильнее прижимает меня к своему паху.

– Не неси чушь, Ника! Не будет сейчас никакого обсуждения! Не до этого, – рычит Парамоша.

– Пу-с-с-с-тите! - шиплю зло.

– Нет! Мы оба изрядно возбуждены. Назад дороги нет… Хочу тебя до звона в яйцах. Ты тоже… Я вижу это и чувствую…Чего ломаешься? Привыкла динамить мужиков? Диктовать свои условия? Да?

Парамонов гладит мое дрожащее тело горячей ладонью.

От его движений растекаюсь, как мороженка на солнце.

Прикрываю глаза от удовольствия.

И тут же чувствую мужские губы на своих.

Он снова жадно целует меня.

Глубоко проникает языком и заставляет мой сплетаться с его в жарком танго.

У меня нет больше сил сопротивляться.

Растворяюсь в страстном поцелуе.

Мои ноги слабеют, а тело расслабляется и обмякает.

Вишу на горячей мужской руке, что уверенно поддерживает мою спину.

Не знаю почему, но у меня возникает ощущение надежности.

Не успеваю заметить, как под задней частью колена оказывается прохладная опора.

Угловым зрением вижу – диван.

Дергаю голову и опять прерываю поцелуй.

– Вы реально решили поиметь меня прямо на этом грязном диване?

– А что не так?.. И диван, кстати, новый и чистый…Его на днях привезли.., – Парамонов говорит совершенно спокойно, словно речь идет о какой-то пустяковине.

От такой наглости кусаю его нижнюю губу до крови.

– Сучка! Злобная! – оскаливаясь, цыкает Парамоша.

– Баран упертый! – взвиваюсь в одну секунду. – Вы привычно решили, что я такая же, как все ваши шлюхи, которых вы привыкли иметь прямо на рабочем месте. Накося – выкуси!

Переходя на “ты”, на последних словах тычу Парамону в нос комбинацию из трех пальцев! Но…

Не успеваю даже и глазом моргнуть, как оказываюсь спиной на диване под его накачанным телом…

Глава 9

– Нахал! Наглец! Рас-пут-ник! Га-а-ад! – с раздраженного шипения перехожу на громкие томные стоны.

– Еще какой гад! И ты это скоро узнаешь! И будешь течь при виде меня! И стонать подо мной! И умолять будешь: “Сильнее и жестче”! – хмыкает в ответ бархатистый баритон.

Парамоша произносит каждое слово с такой интонацией, что мое тело в такт ему вибрирует.

На ментальном уровне у меня создается впечатление, что этот охальник настраивает меня, словно я музыкальный инструмент.

Приоткрываю веки. Смотрю на Парамона и снова обалдеваю.

Надо мной нависает тело атлета с отлично прокачанными мышцами. С шикарным разлетом плеч. Мощными ручищами и грудью с густой порослью волос.

“Как же он чертовски хорош. Не мужик, а модель с обложки модного журнала. Шикарный самец. На таких как он женская половина от пубертата и до полной потери памяти слюни пускает и мастурбирует, – тут же начинают летать в моем мозгу возбужденно-порочные мысли. – Твою дивизию, неужели и я в кружок члена “парамон-секси” попала…”

И тут же понимаю, что как-то быстро и глупо поддалась магнетизму его самцовой харизмы.

И вот уже даже распласталась под ним, как скатерть самобранка голая.

Осталось лишь на моем