Магическое фотоателье попаданки - Юки

— Очнулась? — услышала я довольный голос Зериуса.

И его лицо тут же замаячило надо мной.

— Ну ты и учудила, девица, — укоризненно покачал он головой, погляживая бородку. — Я уж думал — все, придется искать другого ученика.

— Пусть лучше расскажет, откуда ей известно заклинание кожи саламандры, — донесся сбоку хмурый голос Мелтона. — Такое, между прочим, только на последнем курсе в академиях изучают. Или ты, старик, что-то не договариваешь?

Я с трудом уселась в постели, борясь с головокружением, и повыше натянула одеяло, боясь даже заглядывать под него.

Так это граф меня вытащил? Что еще за заклинание? Последнее, что помню — я просто очень хотела жить. Неужели, магия снова считала мои мысли?

Губы сами собой расплылись в улыбке. А удобно, ничего не скажешь. Просто представить, что мне надо, и никаких долгих лет учебы, ни сложных ритуалов или зубодробительных заклятий…

Желая проверить новые силы, я пожелала взмыть в воздух, словно птица. Но приуныла, вспомнив, что сказал Зериус. Кажется, моя магия работает только в моменты смертельной опасности и сильного страха. Черт, а так хотелось быть всесильной… Как ни крути, надо учиться все-таки, хотя бы базовые основы знать. Может, и получится управлять даром сознательно.

Удивительно, но я почти не переживала по поводу того, что попала в другой мир. И что я теперь уже не совсем я. Ну а когда тут переживать, когда такое происходит? Магия, заклинания, враги, тайны. Голова просто кругом.

— Чего лыбишься? — зыркнул на меня Зериус. — Головой, похоже, сильно ударилась. О-хо-хо, что ж за непутевая девица.

Моя улыбка тут же угасла. Ох и язвительный старик. Как только настоящая Хелен его терпела? Кстати, он ведь ее и угробил своими экспериментами. А иначе, как бы я оказалась в ее теле?

— Ничего, — пробурчала я, усевшись в постели. — Какая еще саламандра?

— Та самая, что тебе жизнь спасла, — раздраженно пояснил граф, появившись рядом с кроватью. — Формально, конечно, это я тебя оттуда вытащил, но… Я успел заметить остаточные чары, что были на тебе. Это несомненно оно. Заклинание второго ранга стихии огня, — взгляд мужчины потемнел, как небо перед грозой, и он навис надо мной с угрозой. — И мне теперь интересно, кто ты, черт побери, такая?

Нервно сглотнув, я попятилась было назад. Рассказывать я ему ничего не собиралась, потому что, во-первых, и сама ни хрена не понимала, а во-вторых, как вообще сказать ему, что я из другого мира?

Но тут вдруг вспомнилось, что по его вине мы оба чуть не погибли, а я, между прочим, спасла его. И накатила такая злость, что я сама подалась к нему, приблизившись так близко, что мужчина опешил и дернулся назад.

— Я действительно понятия не имею, откуда все взялось и почему умею это, — процедила я холодно. — И, знаешь что, Мелтон — обычно за спасение жизни благодарят, а не наоборот.

Зериус тихонько хмыкнул, а граф скривился, будто ему подсунули лимон, и выпрямился, обжигая меня злым взглядом.

— Ну ты и нахалка. Простолюдинки с таким острым язычком, как у тебя, обычно плохо заканчивают. Радуйся, что я не такой, как остальные аристократы — они бы давно за подобное неуважение тебя наказали.

— Ну давай, вперед, — с вызовом посмотрела я на Мелтона. — Руку на женщину поднимешь? Или, вам, аристократам не привыкать?

Выругавшись себе под нос, мужчина круто развернулся, бросил что-то невнятное Зериусу и чуть ли не выскочил из комнаты.

— Не обижайся на него, — покачал головой старик, глядя вслед графу, как мне показалось, неодобрительно. — Он порой вспыльчив, но человек хороший. За тебя вон переживал, все ждал, пока очнешься, и не уходил.

— Угу, — пробурчала я, — очень хороший. — А потом добавила смущенно. — А вы мне одежду сменную не принесете?

Глава 9

Граф ушел почти сразу, едва я успела переодеться в поношенное, но чистое платье, и вернуться в гостиную. Там никого не оказалось, и я спустилась в лабораторию в поисках Зериуса. Тогда-то я впервые и увидела портал.

Он не был похож на то, что я ожидала, и напоминал скорей арку, наспех собранную из гнилых досок и ржавых гвоздей. Боже, он что, вручную ее собирал?

Сквозь нее виднелась все та же лаборатория, и непонятно было, работает она или нет.

— Сэкономил на камнях силы, да? — недовольно скривился Мелтон, так и не взглянув на меня. — Надеюсь, меня не выкинет где-нибудь в подземных катакомбах, как в прошлый раз?

— Обижаешь, — усмехнулся старик. — Да и тогда ты сам был виноват — нечего таскать с собой сильные артефакты, сбивающие настройки магического фона.

Граф недовольно сощурил глаза, взглядом сказав все то, что он думал о Зериусе, и быстро шагнул в арку. Я с любопытством заглянула за арку, но ничего не увидела — Мелтон исчез без следа.

— Ты так смотришь, будто никогда портала не видела, — хмыкнул Зериус.

А потом махнул рукой, и дерево арки рассыпалось трухой.

Чихнув, я замахала руками, отгоняя пыль, и сердито уставилась на старика. Он издевается? Может, рассказать ему, что я не Хелен? Да ну его нафиг, он же тогда с меня живой не слезет, пока не поймет, как я сюда попала и что могу.

— Не видела, — ответила я, скрестив руки на груди с мрачным видом. — Верней, не помню. Память у меня отшибло после твоих экспериментов, Зериус.

— Вона что… — протянул старик, оглядев меня с интересом. — А я-то думаю, чего у тебя характер таким скверным стал.

Я аж поперхнулась.

Да кто бы говорил! И ведь даже не извинился за то, что чуть не угробил меня. Хотя, о чем я, как раз таки угробил, но не меня.

— Ты тоже не образчик человеколюбия, между прочим! — возмущенно воскликнула я, начиная закипать.

— Вот, — поднял палец старик, — об этом и говорю. Раньше ты была воспитанней, и не позволяла себе так со мной разговаривать.

— Видимо, я ударилась головой сильней, чем думала, — пробурчала я, поняв, что спорить с ним бесполезно. — Но я действительно все забыла. Что это за место, почему дом такая развалюха, но всякие аристократы прячутся тут от врагов. И что вообще творится в мире?

Я решила не церемониться и списать все на амнезию. Других выходов не видела, и вернусь ли я в родной мир, неизвестно. А значит, надо обживаться в этом — но как, если я ничего о нем не знаю?

— Кхм… — глаза старика стали по полтиннику, и он тяжело осел на