Тень Элларии - Джулия Фокс

К вечеру солнце стало клониться к горизонту, окрашивая дома и крыши в тёплые золотистые оттенки.

— Нам пора, — заметила Мелисса, глянув на небо. — Уже почти шесть.

Мы неспешно вернулись на главную площадь. Фонтан тихо журчал, вокруг собирались люди, кто-то сидел на бортиках, кто-то стоял группками, ожидая заката.

Я остановилась рядом с Мелиссой и невольно огляделась по сторонам. Интересно, придёт ли он?

— Уже четверть седьмого, — Филипп прервал молчаливое ожидание, взглянув на наручные часы.

— Подождём ещё немного, — со вздохом сказала Мелисса, вглядываясь в толпу.

С ней спорить никто не стал. Все решили повременить, разговор вскоре завязался сам собой.

— Слышали, что прошлой ночью пьяные разгромили магазин тканей на Старой Мельнице? — тихо сказал Томас, переглядываясь с Филиппом. — Прилавок полностью вывалили на улицу.

— И никто их не поймал? — удивлённо спросила Августина.

— Поймать? — фыркнул Филипп. — Гвардейцы были слишком заняты патрулированием «важных кварталов». Они пришли только утром. А магазин выглядел так, будто по нему прошёлся ураган.

— Жалко же владельца, — тихо заметила я. — Представляю, как он утром стоял и всё разбирал…

— Разрушили имущество и оставили беспорядок, — спокойно сказала Мелисса. — Всё как есть. Пьяные не учли последствия своих действий. Страдания владельца — результат их ошибок, не больше.

— Ну, это Лиорен, — Томас пожал плечами. — Тут такое случается. Главное, чтобы никто не пострадал.

Я невольно посмотрела на отряд гвардейцев, стоявших неподалёку. Их было здесь не меньше десятка — все ради того, чтобы я могла спокойно ждать друзей. А в это время где-то на окраине могли грабить ещё один магазин, и защитить его было некому.

И вдруг их голоса стихли. Ноа пришёл с опозданием.

— Привет. — Он улыбнулся, но я словно не ощутила от него тепла. Наоборот, какую-то пугающую пустоту. Это было… странно. Я невольно его оглядела, ведь смогла теперь рассмотреть получше.

Юноша был выше знакомых мне ребят и, в отличие от темнокожего Филиппа и смуглого Томаса, непривычно «блёклым» для южного городка. Это сразу выдавало, что он приезжий, как и я. Тёмные вороньи волосы и холодные зеленые глаза мне отчего-то казались знакомыми, чем-то напоминая моего сводного брата. Он был непритязателен в одежде: светлая льняная рубаха без вышивки или красивого воротника, обычные потрёпанные брюки, изношенные броги.

Меня сразу заинтересовали символы, нарисованные на рукавах его рубашки, кажется, обычной краской или чернилами, звенящие браслеты и амулет на шее. Мы с девочками часто надевали украшения, но у юношей, особенно вне дворца, такое встречалось редко.

Ноа тихо усмехнулся из-за моего пристального взгляда, а я сразу почувствовала, как к лицу приливает жар. Он протянул мне руку для приветствия.

— Ноа.

Я пожала ему руку и мило улыбнулась. Прикосновение показалось странно холодным, пустым.

— Виолетта.

От его ответной улыбки прошла дрожь по телу. Он смотрел на меня слишком пристально, словно заглядывая в самую душу.

— Ну всё, хватит глазеть, — Мелисса хлопнула в ладоши, — идём на пляж! Солнце не ждёт.

— Время встретить закат! — согласился Филипп.

Августина тихо вздохнула, поднимаясь с бортика фонтана. Все двинулись прочь с главной площади.

Мы прошли через рынок, мимо лавок и шумной толпы, смеялись, спорили, кто первым доберётся до пляжа. Даже Августина улыбнулась, когда Филипп с Томасом устроили маленькую гонку, толкая друг друга плечами.

Вскоре мы вышли на берег. Море блестело под вечерним солнцем, ветер трепал волосы, воздух был полон соли и свежести.

— Вот это лето! — воскликнула Мелисса, расправляя плечи.

Я вдохнула солёный морской воздух и почувствовала лёгкость. Но взгляд мой снова сам собой метнулся к Ноа. Казалось, для него весь шум и веселье — лишь фон.

Филипп рванул к воде первым, а за ним — Томас, Августина и Мелисса. Я шагнула следом, но немного замедлила шаг, наблюдая за юношей. Он остановился.

— Ну что, — произнесла Мелисса, — кто первым в воду?

Ноа только кивнул мне, словно подтверждая, что наблюдает, но не участвует. И всё же его присутствие не отпускало меня, создавая странное напряжение даже среди веселья и смеха. Он не последовал за ребятами, а присел на песок. Я тоже не стала идти к воде, глядя на парней. Они стянули с себя одежду и нырнули в волны. Августина и Мелисса же остались у самого берега, задрав платья и заступив в море по колено.

Я присела на песок рядом, чувствуя, как прохладные крупинки под пальцами мягко проседают. Он не обернулся, лишь повернул голову, чтобы бросить на меня взгляд. Его зелёные глаза были холодны, пусты, и в них не отражалась ни радость, ни любопытство — лишь внимание, точное и изучающее.

— Не любишь купаться? — тихо спросила я, чтобы разрядить тишину. Голос осип, и меня сковал короткий приступ кашля.

Ноа молча кивнул. Ни улыбки, ни раздражения — ничего, кроме странного спокойствия, которое одновременно настораживало и притягивало.

К нам вскоре прибежали девушки и плюхнулись на песок рядом.

— Чего сидим? Так тепло! — Мелисса пыталась отдышаться после ребячества в воде.

— Ну, мы ведь на закат пришли смотреть?

Я в любом случае не полезла бы в воду. Кажется, я иду на поправку, не хотелось бы простыть.

— Закат, закат, на нас бы кто посмотрел! — ответил Филипп, который прибежал за подругами, оставив позади Томаса. Он взъерошил волосы близ нас; я, как и девчонки, возмущённо взвизгнула из-за капель воды, попавших на меня.

— Было бы на что посмотреть, — рассмеялась Мелисса, смахивая мокрые пряди с лица.

— Виолетта, так сколько ты ещё пробудешь с нами? — спросил вдруг Филипп, плюхаясь на песок рядом со мной.

— До конца лета, — я улыбнулась от мысли, что у меня ещё полно времени повеселиться.

— Ну всё, хватит сидеть, — Мелисса хлопнула в ладоши, — тянем Ноа в воду!

— Он что, согласится? — тихо поинтересовалась Августина.

— Давай, один раз ради нас! — Мелисса потянула Ноа за руку.

Он встал без возмущений, словно его и не надо было заставлять, и стянул с себя рубаху.

— Если я утону, это будет ваша вина.

— Ну и шуточки у