Тени прошлого - Виктория Хорошилова

Поехала к матам разминаться. Тренер помог перебраться на маты и подал резинки. Сидел рядом, страховал и помогал разминать ноги. Благодаря его занятиям я укрепила спину и научилась стоять и даже сидеть без опоры для спины. Размяв ноги, он подтащил меня к шведской стенке и помог встать.

— Просто стоим.

Заметила, что за нами наблюдают почти все в зале.

— Да, ты местная звезда, — сказал он мне тихо с доброй улыбкой. — У тебя отличные результаты. А это ещё без операции и только на укреплении мышц. Как ощущения?

— Нормально.

— Обезболивающее пила?

— Нет, закончилось. Но пока терпимо. Ноги дрожат.

— Так-с, давай походим немного. Держись за меня и стену.

Смогла немного пройтись. Видела, как ошарашенно смотрит на меня троица парней, с которыми свидание не состоялось. Рядом с ними сидел их друг, он моложе и, как по мне, симпатичнее их. И взгляд тоже цепкий, но без осуждения. Он поднялся и подошёл к нам.

— Предлагаю держаться за меня, а не за стену.

— Мари, ещё осилишь? Можем дойти до турника, у тебя следом подтягивания.

— Хорошо.

В подставленную руку я вцепилась крепко. Он её согнул, как и тренер, и я держалась за них, как за перекладины. Каждый шаг давался невероятно сложно, и одна я бы точно не смогла идти.

— Хватит, — сказал тренер, но мы ещё не дошли до нужного турника.

Он сам подхватил меня на руки и отнёс к коляске.

— Пять минут отдыха, ты сильно дрожишь.

Пока отдыхала, тренера вызвал администратор, чтобы пообщался с потенциальным клиентом. А я пока могла расслабиться и попить воды. Тренер вернулся немного злой. Разозлил его, как ни странно, будущий клиент. Он от чего-то решил, что он важнее, чем уже существующий клиент, с которым тренер занимается. К счастью, ни Трой, ни администратор не сказали, кто клиент, а то бы вони было слишком много. Потому мой тренер просто назначил ему тренировку и ушёл. Правда, сразу ко мне он не подходил. Остановился возле четвёрки парней и обратился к парню, который мне помогал ходить.

— Алекс, подмени меня немного.

— Что случилось?! — удивились парни.

— Хамло одно решило, что он пуп земли. Не хочу, чтобы он видел, что занимаюсь с Маришей, иначе на неё наезжать будет. Незачем девочку ещё сильнее травмировать.

— Что нужно отработать? Слышал про подтягивания.

— Да, они у неё хорошо получаются. Просто страховать нужно и помочь зацепиться. Она занимается со своим весом, дополнительный ей не стоит брать.

Парень подошёл ко мне и сказал, что временно он мне поможет. Я от себя не ожидала, но его прикосновения были приятными. Пока подтягивалась, видела, что тренер даёт задания троице парней, с которыми перед этим общался, и те стали делать упражнения.

— Трой не хочет, чтобы кое-кто видел, что он с тобой занимается. Он не стыдится, а беспокоится о тебе. Тот тип может нагрубить тебе.

— Я уже привыкла, — сказала, не задумываясь.

Сделала положенную норму подтягиваний и потом поехала к следующему тренажёру. Программу на этот день знала. Выставила вес и перебралась из кресла на лавку.

— Авария? — догадался парень, я кивнула ему. — Я Алекс.

— Приятно познакомиться, Алекс, — робко улыбнулась, ощутив, как пылают щеки.

После тренировки поблагодарила Алекса за помощь и заехала в женскую раздевалку. Обтерлась влажным полотенцем и переоделась. Форму сложила в рюкзак и покатила к лифту. А он уже не работал. Пришлось ехать к администратору. Тот, услышав про лифт, встрепенулся. Вызвал ремонтников, а потом стал думать, как меня спустить на первый этаж. Ведь на эскалаторе я убьюсь сама, и нельзя в коляске. Подошёл Алекс и без разговоров взял меня на руки.

— Держись за меня, Мариша.

Смотрю на него ошарашенно. Мою коляску подхватил один из мужчин, свидание с которыми у меня не состоялось.

— Мэтью, — представился он. — Если что, мы не обиделись.

Просто кивнула. Парни проводили меня до улицы и узнали, как далеко мне ехать.

— Десять минут.

— Дорогу переходить нужно?

— Да, вот эту. Но тут светофор, и в два этапа переберусь.

Алекс сам меня перевёз через проезжую часть и только потом, попрощавшись, ушёл. Весь остаток дня возвращалась мыслями к парню. А потом вспомнила троицу, от которой сама ушла. Может, зря? Но сердце говорило, что всё правильно, они не мои. Наверное, они нормальные люди, но не мои. Вечером мне написал тренер.

«Сможем перенести наши занятия на раннее утро?»

«Да, конечно!»

«Как насчёт 5 утра?»

Задумалась, хотя мне-то всё равно, я дома всё время.

«Можно»

«Я только что понял, что тогда не смогу добраться. Самое раннее на 5:30, подойдёт?»

«Да, мне же всего десять минут до зала ехать»

«Хорошо. Дома потренируйся стоять у стенки и по паре шагов, держась за турник. От турника не отходи и не отпускай его. Максимум три подхода!»

«Хорошо, тренер»

Переделав часть дел, позанималась у турника. Стоять уже получалось лучше, ходить самой всё ещё страшно. Но я так радуюсь этим результатам. Тем, кто каждый день ходит, не задумываясь, не понять, как это — не мочь сделать и шага. И когда ты снова можешь сделать хоть пару шагов, это окрыляет и даёт надежду.

Утром заехала на кухню до завтрака. Хотелось успеть выпить кофе до того, как семья сядет за стол. Обидно видеть, что для тебя места за столом нет. По три тарелки с длинной стороны стола друг напротив друга, и на узкой части стола по одной тарелке. А ведь стол может раскладываться и быть на треть больше, и даже в два раза больше. Вздохнула и нажала пару кнопок на кофемашине. Она привычно зажужжала, готовя ароматный напиток.

— О, сестрёнка, доброе утро. Ты наконец-то решила позавтракать с нами? — спросил младший брат Антон, а потом заметил, что для меня места за столом нет.

— Дочка, сделай и папам кофе.

— Хорошо.

Достала ещё чашек и поставила следующую под носик кофемашины. Сама быстро выпила маленькую чашку и, дотянувшись, помыла за собой чашку и сразу вытерла. Ведь это была чашка одного из отцов. Сделала три чашечки кофе. Отцы подошли за ними. Меня перед этим поцеловали в щёку.

— Пап, — позвал младший из братьев, — а вас не смущает, что для сестры нет места за столом? И мне вот интересно, ты сама отказалась есть с нами за столом?

— Конечно, сама, — появилась мать. — Она понимает, что своим видом только портит нам аппетит. И тем более теперь у нас Аня живёт, и Марише нет места за столом.

— Так