Так точно дорогая - Барбара Данлоп

Потом картина внезапно изменилась. Они почему-то оказались лежащими в огромной кровати. Белоснежный тюль на открытых окнах колыхался от едва заметного свежего ветерка, дувшего с моря.

Слышались крики морских чаек и гудящий шум волн. Как сладко лежать рядом с Джеффри!

— Эшли? — его голос неестественно громко раздался прямо над ее ухом, а его мягкое дыхание чуть коснулось ее чувствительной кожи.

Она повернула голову и улыбнулась ему прямо в лицо, встретив теплый взгляд его карих глаз.

— Хочешь, я подвезу тебя домой? — спросил он.

Что? Домой? Она покачала головой. Нет. Вначале они должны заняться любовью.

Эшли вздернула подбородок, надеясь, что он прикоснется к ней своими нежными пальцами и погладит ее щеку.

— Может быть, кофе? — предложил он. — Ведь уже почти шесть утра.

— И это единственное, на что я могу рассчитывать? — пробормотала она самым сексуальным голосом, на который только была способна.

— А чего бы ты хотела? — в его голосе явственно прозвучал смех.

Эшли уже готова была без обиняков сказать ему, чего бы она хотела на самом деле, но внезапно кровать исчезла, и перед ней появился экран компьютера. И Джеффри больше не лежал рядом, а стоял, склонившись над ней в компьютерной лаборатории «Аргонавта».

Ледяной пот прошиб ее до костей. Господи, неужели она сказала ему во сне что-нибудь лишнее?

— Кофе тоже, в общем, неплохо, — отшутилась она.

— Хочешь, я принесу сюда или, может, спустимся вниз и позавтракаем где-нибудь вместе?

— А сколько сейчас времени? — Она выпрямилась в мягком кресле.

— Почти шесть, — отозвался он.

Она устало подняла руку ко лбу, убрала длинную челку и выбившиеся пряди из косы. Затем осмотрела юбку и широкую кофточку, все ли с ними в порядке и, вообще, на месте ли они. Два часа? Так она спала целых два часа?

Когда первое изумление прошло, она пришла в ужас. Да ведь за это время Джеффри вполне мог сделать все что угодно. Просмотреть все ее файлы, касающиеся презентации. Мог даже испортить текст или удалить его совсем.

— Итак, как я понял, мне отказано, — произнес он с наигранной тоской в голосе.

— Но я еще ни слова не сказала.

— Да это же написано на твоем лице, — он выпрямился. — Я честный человек, Эшли. Я хочу выиграть, но не желаю поступаться ради победы своими принципами.

Принципы? Какие еще принципы? Эшли в недоумении заморгала. Это слово не слишком часто употребляется в теле-бизнесе Лос-Анджелеса.

Она не знала, верить ему или нет.

— Кроме того, я ведь мог, воспользовался тем, что ты спишь. Хочешь, я куплю тебе бекон с яичницей?

— Я не ем мяса.

— Тогда я мог бы купить тебе легких булочек и фруктов. Тебе понадобится немало сил, чтобы выступить против меня на презентации. — Он замолчал, а потом нежно добавил: — С тобой все в порядке?

Она кивнула, крепко закрыв глаза, пытаясь отделить реальность от фантазии.

— Ну же соня! — Джеффри мягко положил ей руку на плечо. — Давай перекусим.

Эшли разрешила ему отвести ее в кафе. Он взял ее под руку, и они пошли.

Господи, он, кажется, стал выше ростом! Нет ей пора, видимо, отдыхать!

— Когда ты в последний раз спала? — спросил он мягким голосом.

Эшли пожала плечами, желая подальше отодвинуться от него.

— А какой сегодня день недели? — и она издала нервный смешок.

Его пальцы сжали ее руку чуть сильнее.

— Ага. Как я понимаю, мне лучше отвезти тебя домой, чтобы ты прилегла.

Эшли задержала дыхание, уткнувшись ему в грудь.

Ну не мог же он иметь в виду… Конечно, нет.

— Эшли? — снова позвал он ее, на сей раз, его голос действительно звучал тревожно.

— Джеффри, — прошептала она ему в ответ, повиснув на нем.

Только один маленький поцелуй. Она просто хотела сравнить. Только почувствовать то, о чем только что мечтала.

Его рука скользнула ей на талию и обхватила ее. Он покачал головой и прошептал что-то себе под нос. Потом прижал ее к своей груди.

Внутри нее что-то задрожало, потом она успокоилась и вздохнула.

— Это плохо, — снова прошептал он ей на ухо, убрав волосы, выбившиеся из косы.

— Да, — согласилась она, почувствовав жар, исходящий от его тела.

— Не могу поверить…

Она ждала, но он так и не закончил фразу. Она закинула голову, чтобы увидеть его глаза. В коленях появилась предательская слабость.

Это было плохо, но так соблазнительно хорошо.