Моя бесценная графиня - Кристина Холлис

Расстегнув молнию на портфеле, Кейти достала бумаги с набросками. Джованни сразу сосредоточился на них.

— Должно быть, это план переделки веселенькой спальни моего отца, — он взял у нее один из листов и внимательно посмотрел на него.

— Я звонила эксперту в Лондон, — объяснила Кейти, — и он считает, что можно перестроить дымоход, соединяющий спальню и Каминную галерею. Тогда камины в обеих комнатах будут исправно работать. Увидев, насколько современно оформлены кабинеты вашего офиса, я решила, что на вилле лучше всего сделать более интимную обстановку. Стены придется покрасить в кремовый, бледно-абрикосовый и терракотовый цвета. Шторы можно оставить белыми.

Джованни отпил воды.

— Я согласен, потому что хочу переделать все, без исключения. Вероятно, мои работники уже сообщили вам, что я нахожу белый цвет очень практичным? — Поймав удивленный взгляд Кейти, он поставил стакан, оперся локтями о столешницу и посмотрел на девушку провоцирующим взором. — Говорят, что в Белой спальне ночью гораздо легче отыскать женщину, мисс Картер.

Кейти густо покраснела, изо всех сил стараясь не отвести взгляда. Одна мысль о том, чтобы остаться в этой спальне ночью с Джованни Амато, внезапно вскружила ей голову. Что с ней происходит? Сейчас не время мечтать, даже если она сидит напротив самого желанного мужчины в мире. Кейти принялась твердить себе, что Джованни Амато всего лишь клиент и самый обыкновенный человек.

Однако она ничего не могла поделать со своими чувствами.

Наконец принесли закуски: поджаренный хлеб с оливковым маслом, солью, перцем и чесноком; салями, вяленые томаты, рис и ветчину.

— Кажется, теперь вы стали спокойнее, мисс Картер, — заметил Джованни, когда они принялись за еду.

— Просто теперь я привыкла к обстановке этого ресторана, синьор. Обычно я нечасто хожу в рестораны или на вечеринки, предпочитая есть дома вместе с отцом. Вся моя жизнь проходит на работе, синьор Амато.

Джованни одобрительно кивнул:

— Жаль, что у большинства женщин нет такой преданности к работе.

Принесли бокал красного вина.

— Это вино для моей гостьи, — пояснил Джованни официанту.

— Я думала, что вы заказываете вино для себя, — изумленно произнесла Кейти, когда перед ней поставили бокал с темно-красной жидкостью.

— Я никогда не пью, если сажусь за руль, усвойте это, пожалуйста, — он многозначительно улыбнулся.

— Мне не следовало критиковать вашу манеру вождения, — призналась Кейти. — Извините меня.

— Забудьте об этом. Я ведь начал прислушиваться к голосу рассудка только пять лет назад.

В словах Джованни был какой-то подтекст. Кейти посмотрела на графа и увидела, что он смотрит в никуда и мрачно улыбается. В его взгляде снова отражалась боль…

Джованни вернулся к реальности, когда заметил, что Кейти отпила вина. Поставив бокал на стол, она промокнула губы салфеткой.

— Так вы согласны с идеями, которые я вам предложила, синьор Амато? Окончательное решение вы сможете принять только после того, как увидите образцы тканей и схемы.

— Работайте дальше, а я, если понадобится, внесу изменения.

— Сначала я хотела использовать для декорирования комнаты цвета вашего фамильного герба, — произнесла Кейти. — Мне пришлось спуститься в Каминную галерею в сумерки, чтобы уточнить детали. Осветив фонариком генеалогическое древо вашей семьи, я увидела, что под вашим именем находится выцветшая пластина, не подходящая по цвету…

— Это обычный дефект, — быстро проговорил он.

На этот раз Джованни Амато старательно избегал ее взгляда, что было нехарактерно для него. Кейти была заинтригована, но решила не продолжать расспросы.

— Потом, синьор, я решила, что красный, голубой и зеленый цвета не слишком соблазнительны.

Джованни улыбнулся и поднял глаза.

— Эдуардо сообщил вам, что эта спальня была любимой у моего отца?

— Он намекнул на это, не вдаваясь в подробности. То, что вы сказали мне ранее, подтвердило мои подозрения.

Джованни изумился:

— То есть вы будете декорировать такую комнату, в которой хотели бы испытать соблазны?

Кейти во все глаза уставилась на него. Увидев выражение ее лица, он посерьезнел. Какое-то время они молча смотрели друг на друга. По непонятной для нее причине Кейти захотелось прикоснуться к Джованни, однако она быстро подавила это желание.

Девушка начинала понимать, что на некоторые вопросы, заданные Джованни Амато, лучше всего отвечать молчанием.

На следующее утро Кейти пришла в летний обеденный зал за несколько минут до установленного срока. Джованни уже сидел во главе стола и читал газету. Он был одет в строгий темный костюм и светло-голубую рубашку.

Услышав звук ее шагов, он отложил газету и с любопытством посмотрел на нее.

— Доброе утро, мисс Картер.

Кейти уселась подальше от Джованни.

— Спасибо за приглашение на завтрак, синьор Амато.

— Пустяки, мисс Картер, это всего лишь обычная вежливость. Вы мой гость.

Она улыбнулась слуге, который появился рядом с ней.

— Я ваш работник, синьор, а значит, вхожу в штат.

— Я так не думаю, поскольку мои работники не носят столь яркую одежду, — он указал на ее розовый облегающий топ.

Кейти покраснела.

— Здесь такая жара! Однако я не думала, что кто-нибудь заметит, как я одета. Не беспокойтесь, я переоденусь после завтрака. Мне этот топ и самой не слишком нравится.

Внезапно Джованни почувствовал возбуждение. Он задался вопросом, как скоро ему удастся соблазнить Кейти. Желая отвлечься от этих размышлений, он углубился в газету.

Кейти принесли капуччино, и Джованни, подняв глаза, встретился с ней взглядом. Между ними явно нарастало напряжение.

Зазвонил сотовый телефон Кейти.

Она уже собиралась отключить телефон, как Джованни попросил ее ответить на звонок.

— Пап, привет! Хорошо, что ты позвонил, только я сейчас занята. — Она замолчала, но Джованни махнул в ее сторону рукой.

— Продолжайте разговор, мисс Картер. Семейные дела важнее бизнеса.

Поговорив с отцом, Кейти нахмурилась.

— Проблемы дома, мисс Картер? — спросил Джованни, когда она убрала телефон в чехол, закрепленный на поясе.

— И да, и нет, синьор. Моя мать собирается приехать к моему отцу. Проблема состоит в том… — Она медлила, не в силах все сразу рассказать почти незнакомому ей человеку. Если бы только ее отец не был таким мягким и всепрощающим! — Проблема в том, что моя мать редко общается с людьми бескорыстно. Мой отец недавно перенес операцию на сердце, а каждый приезд матери создает неприятности.