Неистовый рыцарь - Шеннон Дрейк

— Почти ничего. После смерти короля он вернулся в Англию и был в Лондоне, чтобы присягнуть Вильгельму Руфусу. Больше пока ничего не известно, но… Лондон ближе, чем Нормандия.

— Да уж, — согласилась она.

И они снова стали ждать.

Внушительная армия Брета, пройдя через всю страну, добралась наконец до холмистой местности на подходах к Дальнему острову.

С тех пор как Брет принял решение идти сюда, прошла, казалось, целая вечность.

Рассвело. Он уже мог разглядеть величественное каменное сооружение, будто поднимающееся из моря. Прошло очень много лет с тех пор, как он впервые побывал здесь и испытал благоговейный трепет, увидев скалистую стену которая делала неприступным южный берег острова.

— Красота, а? — раздался за его спиной нежный женский голосок, и Брет едва удержался, чтобы не вспылить.

Рядом с ним возникла Элайзия. Если Брету удалось отговорить отца и братьев сопровождать его в этом походе после коронации Вильгельма Второго вполне можно было ожидать беспорядков, и там они были нужнее, а здесь была его земля и его жена, — то с Элайзией все обстояло по другому.

Поцеловав его в Лондоне на прощание и пожелав счастливого пути, Элайзия нашла себе надежных сопровождающих в лице нескольких монахинь, направлявшихся в Йорк, которых уговорила проводить ее до Уэйкфилда. Увидев ее там, Брет рассердился и категорически запретил ехать с ним, не желая, чтобы она находилась там, где, возможно, будет бой. Зная ее характер, он для верности даже посадил ее под замок в одной из комнат весьма неблагоустроенной уэйкфилдской усадьбы. Но она обвела вокруг пальца дворецкого, упросив его открыть дверь, и удрала. Когда она появилась среди воинов, Брет решил, что лучше, пожалуй, не спускать с нее глаз, и строго-настрого приказал Элайзии всю дорогу ехать позади него, глядя ему в затылок.

Прищурив глаза, Брет взглянул на сестру.

— Красота, — согласился он. — Ну ладно. Раз уж ты побывала там, внутри, то расскажи мне, как там все устроено.

Элайзия вздохнула:

— Я мало видела: просторный двор, потом внутренний дворик. Там есть несколько башен, и даже внутри крепости много возделанной земли и много людей, которые живут и работают там. Стены очень толстые. Даже ворота такие массивные, что их, уверяю тебя, трудно сжечь или сломать.

Брет кивнул, пристально вглядываясь через луга и долину в остров. Начинался отлив, и вокруг острова постепенно появлялась из-под воды песчаная полоса.

— Как ты собираешься брать его? — спросила Элайзия.

— С осторожностью, — сдержанно ответил он. — Чтобы воины могли перелезть через стены и открыть ворота, обычно возводят леса. Но на это нужно время, а с наступлением сумерек начинается прилив, и все леса унесет в море. Я намерен применить для осады таран…

— А прилив? Ведь он все равно смоет в море все приспособления.

— Вот именно. Я учел это и разработал специальное приспособление. Мой таран крепится на платформе из бревен, а ее мы поставим на якорь. Если верить строителям, за ночь наша работа не пропадет, и мы просто дождемся отлива и начнем штурм.

Серебристые глаза Элайзии сверкнули.

— О, Брет, надеюсь, твоя затея увенчается успехом!

— Моя дорогая сестричка! Не верится, что тебя так сильно заботит моя проблема. Похоже, ты сама жаждешь мести.

— А ты?

Он снова пристально взглянул на поблескивающие в первых лучах солнца стены крепости.

— Угадала, я хочу отомстить! — произнес он слегка дрожащим голосом.

Брет попросил отца Дамьена отслужить молебен за победу в праведном деле, затем приказал разбить лагерь и не откладывая готовиться к штурму.

Получив приказ, воины оживились. Они воевали вместе с Бретом много лет. Среди них были саксы, норманны.

Некоторые, как и он, были смешанного происхождения. И все они жаждали славы… и земли.

Ну что ж, он добудет для них землю. Этого мгновения он ждал, обуздывая гнев, давно.

И взял штурмом уже немало крепостей. Многому на учился.

Дальний остров падет.

Аллора видела, как развеваются на ветру синие с золотом боевые знамена Брета.

— Пусть приходит! — возбужденно воскликнул Роберт. — Пусть сделает свое черное дело! Но мы ему никогда не подчинимся.

— Смотрите, смотрите! — воскликнул Дэвид, указывая на песчаную полосу, вдоль которой по направлению к крепости мчался одинокий всадник.

Остановившись в сотне футов от ворот, всадник крикнул:

— Граф Уэйкфилд, лорд Дальнего острова, предлагает сдать без боя крепость, принадлежащую ему по праву!

— Передай ему, что он скорее сгорит в аду, чем дождется этого! — заорал в ответ Роберт. Он поднял копье и, не обращая внимания на протесты Аллоры, метнул его в рыцаря.

Он немного промахнулся, и копье вонзилось в песок возле конских копыт. Конь осадил назад.

— Ладно, я передам ваш ответ! — крикнул рыцарь и, повернув коня, галопом поскакал назад вдоль песчаной полосы.

— Как ты посмел напасть на гонца, дядя? — сердито набросилась на Роберта Аллора. — Неужели мы все забыли, что такое честь?

— Аллора, началось сражение, и тебе здесь нечего делать! — сердито заявил Роберт.

— Ошибаешься, мое место здесь. Я хозяйка Дальнего острова дядя! Острова, принадлежавшего Айону…

— Моего брата нет в живых, леди.

— Отец умер, но память о нем живет в моем сердце. И я помню, что слово «честь» было для него не пустым звуком. Тебе не удастся предать память о нем.

— Я не желаю сдаваться какому-то норманну!

— Аллора, Роберт, посмотрите! — прервал их Дэвид. Воины Брета, чтобы не рисковать жизнью, медленно продвигались вперед под прикрытие массивных деревянных щитов и волокли за собой какую-то невиданную конструкцию.

— Лучникам изготовиться! — заорал Роберт.

По его знаку лучники выпустили по противнику первый залп стрел. Аллора видела, как, описав плавную дугу, стрелы вонзились в щит.

— Огня! — крикнула она. — Подожгите стрелы, и они подожгут щит!

Второй залп был выпущен горящими стрелами, которые действительно в нескольких местах подожгли защиту. Но продвижение вперед продолжалось.

Стрелы сыпались дождем. Роберт приказал носить наверх кипящую смолу и поливать ею атакующих.

Неожиданно один из щитов подняли. Под ним оказался большой отряд лучников. Норманны дали ответный залп. Их тонкие стрелы перелетали через стены и падали на внутренний двор и галерею вдоль стен. Послышались крики раненых.

Наступающих снова облили кипящей смолой, среди них тоже раздались крики. Аллора почувствовала, как Дэвид обнял ее одной рукой, пытаясь увести с парапета.