Босс, я не нарочно! или Я убью тебя, Ломова! - Мария Геррер

Впрочем, обтягивающие брюки, короткий пиджачок и высокие сапоги тоже очень украсили меня. Подобная экипировка безумно шла мне. Я ощутила себе настоящей леди – любительницей спорта вообще, и лошадей в частности.

Моя любовь к этим благородным животным испарилась сразу же, как только меня подвели к лошади. Вблизи она оказалась гигантской. Лошадь била копытом, махала хвостом и гневно косила на меня лиловым глазом.

– Самая спокойная кобылка во всей конюшне, – заверил меня тренер. – Зовут Бестия. Очень послушная. С ней справится даже ребенок.

– Бестия может быть спокойной? Что-то мне с трудом вериться. Да она меня сожрать хочет! Вон как зло смотрит!

– Не бойся, на ней катается Паша. Она добрая и дружелюбная. Погладь ее, – Герман взял мою руку, и мы вместе погладили огромную голову Бестии.

Она мотнула головой и радостно заржала. Я шарахнулась назад, оттоптала ноги и Герману, и тренеру.

– Ты ей нравишься, – ободряюще произнес Герман.

– Думаешь? – с сомнением покосилась на лошадь.

Неожиданно она подошла ко мне и положила тяжелую голову на плечо. Страх прошел. Я погладила лошадиную морду. У Бестии красивые глаза, темные, бездонные.

– Ну вот, вы и подружились. Теперь садись на нее.

– Как? – мне требовалась лестница-стремянка. Иначе на эту громадину не забраться.

Герман сцепил руки в замок и подставил мне.

– Наступай.

Это я сделать смогла. А вот закинуть вторую ногу на лошадь оказалось неимоверно сложно. Тренер держал лошадь под уздцы. Но она все время отходила в сторону или пятилась назад.

Тренер передал уздечку Герману, велел мне поставить ногу в стремя, а сам попытался держать меня за талию и подсадить в седло.

Я моталась из стороны в сторону, чувствовала себя корягой, но как ни старалась, в седло попасть не могла. Лошадь ошарашенно смотрела на нас и пыталась отойти от меня подальше.

В итоге у Германа поступил проще, хотя и не слишком по-джентльменски. Он подсадил меня, слегка пнув под пятую точку. Я, наконец, очутилась в седле.

Вставила ноги в стремена. Мне в руки вручили уздечку. Тренер повел лошадь на открытую площадку. Рядом со мной на роскошном вороном скакуне гарцевал Герман. В отличие от меня, он уверенно держался в седле.

– Знаешь, а мне нравится, – призналась ему. – Хорошо, что ты меня сюда привез. И Бестия очень симпатичная лошадь.

Он не успел мне ответить, у него зазвонил мобильник. Бестия покосилась на Германа и недовольно махнула длинным хвостом.

– Все, как всегда, – вздохнул Герман. – Позвонил Петр Васильевич. Теща решила, что раз я хочу забрать Пашу к себе, то лучше, если сделаю это немедленно. Она страшно устала, у нее мигрень и вообще, ребенок ее утомил морально и физически. Я должен сейчас же забрать сына.

– Так это же отлично!

– Не то слово, как! Ты пока потренируйся, а я вернусь через полчаса с Пашкой. Он будет рад составить нам компанию. Проедем по липовой аллее к пруду. Там дивные места.

Тренер объяснил мне азы верховой езды. В принципе все не слишком сложно. Но отсутствие опыта сказывалось. Я то заваливалась набок, то слишком сильно отклонялась назад. Полчаса пролетели незаметно.

Герман вернулся с Пашей. Мальчишка держался в седле так же уверенно, как и его отец.

– Тетя Юля, а почему вы так странно сидите? – поинтересовался Паша. – Вы почти легли на спину.

– Я по-другому пока не умею, – призналась ему.

А мне казалось, что я гордо держусь в седле. Грудь колесом, ноги в стременах, огонь в глазах. Постаралась принять вертикальное положение. Так и правда, оказалось значительно удобнее.

Мы больше часа ездили по окрестностям. Наслаждались прохладным бодрящим осенним воздухом, любовались дивными пейзажами. Мне понравилось ездить верхом.

Верховая прогулка завершилась, а я поняла, что мои проблемы только начинаются. Ноги с непривычки подкашивались. И что самое ужасное, я ходила как каракатица. Меня не оставляло ощущение, что я по-прежнему сижу на Бестии верхом.

Я едва доковыляла до ресторана. Герман уговорил выпить чай с шиповником для поднятия сил.

– А Поля умеет ездить верхом? – спросил меня Паша.

– Почти нет. Она катается на пони в городском парке.

– Научится. Это совсем просто, – оживился Паша. – Надо и ее будет взять с нами в следующий раз. Ей наверняка понравится.

– Даже не сомневаюсь, – Поля обожает лошадей. – Она будет рада.

– У меня возникла одна шальная идея, – лукаво улыбнулся Герман.

После верховой прогулки меня было ничем не напугать:

– Что за идея? Я уже согласна.

– А давай я познакомлюсь с твоей мамой.

Я едва не подавилась пирожком с грибами.

– Что, прямо сейчас? – и что скажет мама? Как она отреагирует на визит моего босса?

– Плохая мысль?

– Нет, почему? Хорошая… Или нет, не очень… Пожалуй, нормальная, – я судорожно просчитывала возможную реакцию мамы на наше внезапное появление.

Она же засыплет Германа вопросами. И меня тоже. Что она может спросить? Я догадываюсь. Мама не всегда бывает достаточно дипломатична. Хотя нет, она отлично знает, как важен для меня Герман.

А вдруг она спросит, когда мы поженимся? И что? Пусть спрашивает. Мысли судорожно метались в голове. Хорошо, или нет, если я сегодня познакомлю маму с Германом?

– А Поля дома? – спросил Паша.

И я поняла, что я просто обязана пригласить Германа и Пашу к нам домой.

– Поля дома, и она будет очень рада видеть тебя. И твоего папу. И моя мама тоже будет рада.

– Все будут рады! – констатировал Павел.

– Значит, покупаем торт и идем в гости, – подвел итог Герман и решительно поднялся из-за стола.

Глава 36

Я позвонила маме и предупредила, что веду к нам гостей.

– Юля, так нельзя! – разволновалась она. – Я же ничего не успею приготовить. Даже овощи для салата отварить не смогу. Чем я буду их угощать? И дома беспорядок. Я не подстриглась, на голове копна. И не подкрасилась, седых волос